Готовый перевод No moral / Никакой морали [❤️] [Завершено✅]: Глава 77.3 Панацея

Сехон поднялся с постели, быстро оделся и, протянув руки, жестом подозвал к себе Юншина.

Юншин почувствовал необычную доброжелательность, исходящую от старшего мужчины. Понаблюдав за ним, Юншин невольно моргнул и крепко обнял его за шею.

***

Сжимая в руках документы, Юншин вышел из лифта. Перед тем, как отправить меморандум, он хотел уточнить все вопросы с Сехоном. Судя по всему, у адвоката-партнера в данный момент была очень важная встреча в конференц-зале VIP.

Их встреча была неминуема, поэтому необходимо было заранее вернуться в свои офисы. Юншин решил, что сможет сэкономить свое время, дождавшись прихода Сехона, и дать ему возможность просмотреть документы.

Однако, когда он поднялся на самый верхний этаж и вошел в конференц-зал VVIP, в помещении воцарилась тишина. Юншин ожидал встретить как минимум секретаря или телохранителя клиента, а может, и несколько сотрудников «Догук», если Сехон был на встрече. Однако на этаже царила тишина. В недоумении Юншин осторожно толкнул дверь в конференц-зал VIP, но обнаружил, что он совершенно пуст.

— Неужели встреча уже закончилась? — Пробормотал он, быстро возвращаясь к лифту.

Должно быть, они разминулись, поскольку лифт, на котором он поднимался, был единственным опускающимся. Разочарованный упущенной возможностью, он подумал о том, чтобы спуститься одному. Однако, сколько он ни ждал, ни один лифт не поднимался, что говорило о том, что на нижних этажах, скорее всего, многолюдно.

Юншин взглянул на свои документы и направился к аварийной лестнице. Спускаться пешком получится быстрее. Осторожно открыв дверь, он начал спускаться, когда услышал громкие голоса, доносящиеся откуда-то снизу.

Поначалу он решил, что это спор между двумя сотрудниками службы охраны. Большинство сотрудников фирмы редко пользовались лестницей. Однако, когда голоса стихли, он понял, что его первоначальное предположение было ошибочным.

— Ты что, с ума сошел? Ты знал об этом, но согласился оставить адвоката До здесь, — раздался хорошо поставленный и отчетливый голос адвоката Сон.

— Я в своем уме. Ты убедишься, если я проведу экспертизу дееспособности? — раздался равнодушный голос Сехона, и Юншин сразу понял, в чем дело.

Очевидно, между двумя людьми, обычно поддерживающими дружеские отношения, возник конфликт. Михи казалась необычайно взволнованной, а Сехон отвечал ей с большим сарказмом, чем обычно.

Глубоко задумавшись, Юншин прислонился к прохладной стене, крепче сжимая документы. Стараясь не шуметь, он на цыпочках направился к выходу через тот же дверной проем, через который тихо вошел. Однако, услышав знакомое имя, он замер на месте.

— Сехон, До Икен уже начала процедуру медиации в суде, не поставив в известность своих родственников. Она подала заявление сразу после того, как едва преодолела десятилетний порог для раздела имущества. «Сухан» настаивает, что она действовала из зависти. Честно говоря, я согласилась бы с этим. Чтобы разобраться во всех тонкостях, мне нужно провести дополнительное расследование, но все же...

Сехон резко вмешался.

— Директор До Икен будет судиться в любом случае. Заявление о посредничестве было лишь средством исчерпания административных средств, а конечная цель — судебное разбирательство. Нет необходимости проводить отдельное расследование. Если тебе не хватает знаний, то задай мне вопрос.

— Зачем мне советоваться с тобой по этому вопросу?

— Я ее адвокат.

Михи насмешливо хмыкнула, ее тон говорил о том, что она услышала самое нелепое заявление, которое только можно себе представить. Юншин еще никогда не видел, чтобы она так нервничала.

— Ты представляешь ее интересы? Иск о разводе — это борьба. Твоя тактика — схватить противника за метафорические узды и подчинить себе! Вас обоих потащат вниз вместе! И ты сделал это, не посоветовавшись со мной... Как ты мог создать такой колоссальный беспорядок?! Как только другие партнеры узнают об этом, слухи распространятся очень быстро. Что ты собираешься делать?

— Я уже принял решение. Я получил ее инструкции. С каких пор ты вмешиваешься в мои дела? Выбор клиентов был моим единственным условием при приеме на работу в эту фирму. Ты, конечно, не забыла об этом?

— Кан Сехон, это совсем другое дело. Почему ты взялся за это дело о разводе? Если уж пришлось, надо было встать на сторону директора Ю. «Сухан» — наш самый важный соратник в этой стране. Если отбросить тебя, как насчет других партнеров? А новые юристы? Ты подумал о том, сколько юристов работает под твоим началом? Сотни! Учитывая, что только в этом году нам нужно взыскать с «Сухан» и ее дочерних компаний около десяти миллионов. Если наши отношения испортятся, мы все обречены!

— Я уже сказал тебе. Если необходимо, разорви со мной связи в фирме. Я готов быть уволен с крайним ущербом.

П.п.: «Уволить с крайним ущербом» — эвфемизм для приказа совершить убийство. Выражение появилось во время Вьетнамской войны, когда ЦРУ «увольняло» (то есть, убивало) наемных оперативников, которые подозревались в содействии противнику. В данном контексте Сехон имеет в виду, что готов к тому, что не сможет больше работать в данной сфере после того, как его уволят.

Услышав эти слова, Юншин вздрогнул. Сехон и Михи, похоже, уже успели пережить ряд конфликтов и предложить свои решения. Сехон, должно быть, поставил на кон свою карьеру по причине, неизвестной Юншину.

Мысли Юншина неизбежно вернулись к предыдущим словам Михи.

«Ты знал об этом, но согласился оставить адвоката До здесь».

«Он что, готов пожертвовать чем-то из-за меня?»

Юншин заерзал, крепче сжимая папки, отчего бумаги зашелестели.

От волнения, что его могут услышать, парня прошиб холодный пот. К счастью, двое внизу были поглощены разговором, не замечая его присутствия.

— Сехон, ты вдруг вообразил себя воплощением богини Юстиции? Неужели? Тебя не волнует, что твоя карьера может быть разрушена?

— Моя карьера не будет разрушена. Взявшись за это дело, я не испорчу свой послужной список.

http://bllate.org/book/13119/1162076