Готовый перевод No moral / Никакой морали [❤️] [Завершено✅]: Глава 1.1. Юстиция

Акт 00

Суды — это воплощение закона джунглей.

Удар следует за ударом в яростной схватке на плечах леди Юстиции, и после раунда методичной борьбы между защитниками справедливости и правды всемогущая богиня поднимает руку сильнейшего.

П.п.: Леди Юстиция (лат . Iustitia) - аллегорическое олицетворение моральной силы в судебных системах. Ее атрибуты - повязка на глазах, весы и меч. В древнеримской мифологии – богиня правосудия,  эквивалентна греческой богине Дике.

Здесь под силой не всегда подразумевается материальное богатство или власть.

Порой хорошо подготовленный Давид может победить Голиафа, который недооценил своего противника.

Адвокату До Юншину нравилась такая неформальная сторона этого официального места.

— Адвокат, пожалуйста, приступайте к заключительному слову. — судья, сидевший лицом к действующим лицам, взглянул на стол подсудимого. Юншин в своем темно-сером костюме и чистой рубашке встал со своего места справа от судьи и почтительно склонил голову. Затем он вышел к центральному проходу зала суда.

«Клац, клац».

Прямая спина, четкие шаги и отглаженный костюм  — Юншин был воплощением идеала, когда шел к трибуне. Его чопорное лицо выражало смирение, но глаза сверкали умом и остротой.

Он оглядел галерею, глаза были наполнены упорной решимостью добиться желаемого результата на этом поле сражения.

— Ваша честь, во-первых, я хотел бы выразить свою признательность суду: спасибо вам, прокурору, который потратил последние несколько месяцев на этот процесс, и публике, которая пришла посмотреть на это слушание. Теперь я хотел бы обратиться к главному вопросу этого дела.

В этом деле известный спортсмен подвергся нападению с применением оружия со стороны своего гражданского партнера и был жестоко убит. Юншин выступал в качестве защитника. Погибший в течение нескольких лет завоевывал многочисленные золотые медали на летних Олимпийских играх, поэтому он был национальным героем. Это вызвало огромный интерес со стороны прессы и простых граждан.

Когда Юншин впервые узнал об этом деле из новостей, он подумал, что мотивом будет что-то относительно обычное, например, верность или финансовые проблемы. После расследования были найдены доказательства мелких конфликтов, а обвиняемая отказалась от адвоката. Подозрения в ее виновности начали формироваться.

Однако правда, которую случайно узнал Юншин, рассказывала совсем другую историю. Всплыли бесчисленные смягчающие обстоятельства. В течение долгого времени обвиняемая подвергалась жестокому психологическому насилию со стороны истца, в результате чего последние остатки ее достоинства были уничтожены.

С того дня Юншин навещал женщину и настойчиво пытался ее убедить: «Я помогу вам. Может, вы и находитесь в глубокой темноте, но вы там не одна».

— Это дело имеет некоторые уникальные особенности. Трагическая ситуация и факты вынудили обвиняемую взять в руки тупое оружие и замахнуться им после того, как она не смогла выдержать регулярные садистские издевательства, которым подвергал ее мучитель. На протяжении всего процесса я предоставил огромное количество доказательств бесчеловечного обращения с подсудимой за последние восемь лет совместного проживания, — последовательно излагал Юншин свои аргументы, стоя прямо перед судьей. Его уверенные манеры и речь неожиданно зачаровывали. Все присутствующие в зале суда внимательно прислушивались к его словам.

Пока Юншин был поглощен своими обязанностями, в дальнем конце галереи Кан Сехон, партнер юридической фирмы «Догук», сидел, скрестив ноги, и внимательно наблюдал за Юншином.

Роскошный костюм на крепком, благодаря регулярным физическим упражнениям, теле придавал ему весьма щеголеватый вид. Его элегантный образ, выглядевший так, словно его тщательно создавали долгие часы, гармонично сочетался с высокомерным блеском в его глазах.

В холодном взгляде Сехона не было и намека на сочувствие ни к ответчику, ни к истцу. Его взгляд, бездушный, словно сердце его владельца сделано из камня, был устремлен на Юншина, как стрела, пронзающая цель. Его длинные пальцы поглаживали гладкий подбородок, пока он осматривал адвоката с ног до головы.

«Адвокат До Юншин...» — размышлял он.

Подтянутый внешний вид Юншина, аккуратный костюм, спокойный голос и искреннее отношение впечатляли, но прежде всего Сехона заинтересовала убежденность Юншина в своих словах.

Это не было самообманом для успокоения нервов или бесполезным упрямством в погоне за победой. Юншин был адвокатом, который искренне верил в честность и правдивость своего клиента. Он лучше других знал, что только так можно восстановить справедливость по отношению к жертве.

За кротким лицом Юншина скрывалось его сильное чувство ответственности и профессиональное мышление. Даже по стандартам Сехона, язвительно критикующего других людей, Юншин как юрист превзошел ожидания.

Тем не менее, если бы Сехона спросили, хочет ли он взять Юншина под свое крыло, он ответил бы категорическим «нет».

Не зная об интересе Сехона, Юншин уже подходил к концу своего выступления. Его голос стал более сильным.

— Убийство — это преступление. Оно заслуживает наказания. Однако наша Конституция предусматривает основные права человека. Я убедительно прошу суд принять во внимание следующее. В течение восьми лет подсудимая подвергалась постоянным издевательствам за закрытыми дверями, и ее действия нельзя приравнивать к очередному преступлению, совершенному в пылу момента. Ваша честь, читали ли вы «Большие надежды» Чарльза Диккенса?

Председательствующий судья, который сидел посередине и внимательно слушал заключительное слово, кивнул. Юншин мягко улыбнулся, как будто был рад найти что-то общее с судьей.

— Это мое любимое произведение. Этот отрывок есть в книге, я перефразировал его...

Затем Юншин повернулся, чтобы посмотреть на галерею.

В этот момент он вдруг потерял дар речи. Он встретился глазами с Сехоном, который не сводил с него глаз. Юншин не мог сосчитать, сколько раз это уже произошло.

В их профессии не было никого, кто не знал бы Кан Сехона из юридической фирмы «Догук».

У него было много сторонников и еще больше соперников.

Юншин не мог понять, почему человек, который был настолько занят, что ему нужно было планировать время, чтобы отдохнуть, пришел сюда. Его неожиданное появление и хищный взгляд, который так и норовил разорвать его на куски, были откровенно неприятны.

«Не думаю, что мы с ним подходим друг другу», — подумал Юншин.

Юншин на мгновение выдержал взгляд, значение которого он не знал, затем повернулся к судье и продолжил:.

— «Как ужасно было бы человеку, замерзая насмерть, обратить к ним лицо свое, ...и не найти ни помощи, ни сострадания среди мерцающей бесконечности?» Ваша честь, мы не можем допустить, чтобы подсудимая замерзла насмерть в одиночестве на бесплодной и холодной земле. Я надеюсь, что вы еще раз подтвердите, что права человека живы в нашем законодательстве. Спасибо.

http://bllate.org/book/13119/1161921