Готовый перевод I Couldn’t Set Sail Today / Я не смог сегодня отправиться в плавание [❤️]: Глава 22.1. Я хочу устроить банкет

Внизу Хань Тяньшэн все еще не оправился от охватившей его паники.

— Я действительно это видел.

Сюнь Эр больше походил на выброшенную на берег рыбу, чем на человека, его тело извивалось или словно плыло. Сцена была до крайности жуткой.

После захода солнца в гостиной стало очень темно.

Чжоу Цянь не мог ясно разглядеть многие детали, но размытость картинки выглядела еще более шокирующей.

Хань Тяньшэн думал, что ему конец, но Сюнь Эр, похоже, не хотел терять время и даже не смотрел в его сторону.

Оказавшись лицом к лицу с врагом, Хань Ли спросила:

— Что он делает наверху?

— Ничего хорошего.

Не дожидаясь ответа Хань Тяньшэна, Чжоу Цянь внезапно посмотрел наверх.

Он ощутил затаенную обиду Сюня-богача и прикусил кончик языка до крови.

— Снова стемнело. Сюнь Эр, этот ублюдок, не пойдет ли он к статуе злого бога загадывать желания?

Другие тоже думали об этом, их лица побледнели. Чего мог пожелать Сюнь Эр?

В любом случае, это точно не пожелание долголетия для них.

Как раз в тот момент, когда все готовились к самому худшему, раздался системный сигнал. Это был как весенний гром, гремящий у них в ушах.

[Благословение злого бога.]

[В этот день Сюнь-богач наконец все вспомнил.]

Системный сигнал и короткие несколько слов заставили всех почувствовать себя как в холодном подвале.

Механический голос звучал не так заторможено, как их мысли, а скорее холодно и ровно.

[Прошлое — самая душераздирающая вещь, а Сюнь-богач раздражен до смерти.]

Чжоу Цянь хотел свернуть себе шею и издать звук кричащей курицы, он тоже умирал. Сюнь-богач все вспомнил, не означает ли это, что все их усилия пропадут даром?

[Прошлые события, будь то жизнь или смерть, Сюнь-богач рассматривал как карму, а его возмездие — это вы.]

Чжоу Цянь всегда умел находить позитивное в любой ситуации:

— Ну, хоть так.

Было сказано «вы», а не он лично.

Хань Ли сверкнула глазами.

[Если вы убьете своих сообщников, то сможете получить шанс искупить свои грехи перед Сюнем-богачом.]

[Сюнь-богач снял дружелюбие со всех игроков. Убив участника, игрок может получить его дружелюбие до того, как оно было снято.]

Из-за взлетов и падений недавно активный разум Чжоу Цяня был стерт с лица земли.

[В связи с открытием «Арены убийств» действие правил приостанавливается для игроков, добавляя одну звезду к сложности до начала следующего инстанса.]

В двух словах, игра успешно занесла острое лезвие над головами у всех, как будто до этого проблем было недостаточно.

[Сюнь-богач скоро умрет и окончательно станет злобным призраком.]

[Через десять минут основное задание изменится с «Лучшего наследника» до «Испытания на выживание».]

[Продержитесь двенадцать часов, чтобы выйти из инстанса.]

[Игроки, воспользуйтесь моментом и сражайтесь!]

Глаза Чжоу Цяня забегали.

«Кажется, у трех главных NPC в особняке есть свои способы эволюции».

Женщина-призрак полагалась на каннибализм, Сюнь Эр полагался на таинственный энергетический шар, а Сюнь-богач полагался на их смерть.

Лицо Хань Ли было бледнее, чем у призрака. Испытание на выживание обычно длилось не менее трех дней, о двенадцати часах раньше никто не слышал...

Это практически означало, что шансов на выживание нет.

Нет, шансы все же есть!

Она посмотрела на других игроков, которые обманывали вместе с ней.

В то же время все смотрели друг на друга.

Хань Ли и Чэнь Цзянь почти мгновенно заострили внимание на Чжоу Цяне, потому что, убив этого игрока, они могли завоевать дружелюбие того же уровня до того, как оно было сведено к нулю.

У Чжоу Цяня было больше всего очков дружелюбия, и, хотя в игре это не оговаривалось, но, судя по опыту, все, кто участвовал в убийстве игрока, получат его дружелюбие.

И Хань Ли, и Чэнь Цзянь подумали об одном: «Смерть кита дает жизнь мириадам организмов».

Как будто заметив яростный огонек в глазах каждого, будущий студент колледжа сглотнул.

— Все, успокойтесь. В такой момент мы не можем позволить себе панику.

Его слова прозвучали негромко, они не только не смогли подавить убийственное намерение, но и сделали атмосферу еще более напряженной.

Не так давно будущего студента колледжа несправедливо обвинили, и Чжоу Цянь спас ему жизнь.

Студент колледжа стиснул зубы и внезапно указал наверх.

— Смотрите, Сюнь Эр.

Когда все посмотрели в нужном направлении, он схватил Чжоу Цяня за руку, чтобы сбежать.

Потянул.

Еще раз.

Без толку.

Студенту колледжа хотелось плакать, глядя на очень худого человека. Почему он не двигался с места?

Надо сказать, что в это время он все еще находился в оцепенении.

— Эх.

Чжоу Цянь тихо вздохнул, глядя на Хань Ли и остальных наполовину насмешливо, наполовину разочаровано.

— Вы должны прислушаться к мнению интеллектуалов: нехорошо убивать друг друга, единство — это сила.

Слова о единстве достигли ушей опытных игроков, и на их лицах осталась только насмешка.

Хань Ли и Чэнь Цзянь собирались напасть вместе, а Хань Тяньшэн хотя и потерял много крови, имел мало средств против призраков, но много против людей.

Глаза Хань Ли опустились.

— Извини.

Извинения были искренними, люди — существа эгоистичные, а она просто хотела жить.

— Не нужно извиняться. Просто оглянись, — спокойно сказал Чжоу Цянь.

Хань Ли рассмеялась.

— Я восхищаюсь тобой. Как ты можешь разыгрывать такие детские трюки с этим глупым студентом в момент жизни и смерти?

Тук.

По спине Хань Ли пробежали мурашки, когда что-то коснулось ее плеча.

Действительно что-то коснулось.

Тук, тук.

Постучали уже дважды.

Чэнь Цзянь тоже почувствовал это, пот выступил у него на щеках. Он медленно обернулся. В какой-то неизвестный момент позади него появился большой паук с тысячами глазами. Ужасающее нечто сжимало трость одной длинной ногой и стучало ею по спинам.

Стоявший перед ним Чжоу Цянь слабо улыбнулся.

— Я дам вам еще один шанс передумать.

Перед ними стоял Чжоу Цянь с лицом, излучающим ядерную доброту, а позади них — неизвестный монстр.

Тайна странной женщины до сих пор не разгадана, откуда взялся этот паук?

Размер монстра все еще увеличивался, в определенной степени, а его серповидные паучьи лапы опасно висели на шее Хань Тяньшэна.

Он явно показал, что значит быть заложником в бою.

Хань Ли немного запаниковала. Монстры всегда тупо убивали людей, они не брали заложников. Этот паук, должно быть, подчиняется игроку.

Выражение лица Чэнь Цзяня тоже выглядело напряженным, он смотрел на Чжоу Цяня, а в его глазах читалось сомнение.

Никто не задавал вопросов.

Совершенно очевидно, что независимо от того, о чем они спросят, ответа не будет. Если они действительно захотят сразиться, то, возможно, не смогут победить, не говоря уже о том, что их все еще немного беспокоит странная женщина, внезапно появившаяся в поместье.

Сухие губы задвигались, и Хань Ли стала первой, кто заговорила:

— Единство…

Эта фраза была необъяснимо постыдной, она стиснула зубы и сказала:

— Это сила.

После Чжоу Цянь кивнул.

— Верно.

Многоглазый паук подполз к нему и отдал трость.

Трость.

Веки Хань Ли яростно затрепетали.

Черт побери!

Они хотели заполучить трость, а ее украл этот парень.

Не обращая внимания на возмущение в глазах остальных, Чжоу Цянь с удовлетворением погладил набалдашник.

Тонкие и белые пальцы играли с тростью и, наконец, остановились на голове журавля. В темноте ощущался необъяснимый привкус тщеславия. Чжоу Цянь осторожно провел кончиками пальцев по каждой бороздке, и когда он коснулся определенного места, то послушался тихий щелчок.

— Вот.

После того как он прикоснулся кончиками пальцев к желобку и сильно надавил на него, из клюва журавля выпал маленький золотой ключик.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: перевод редактируется

http://bllate.org/book/13080/1156080