Готовый перевод I Delayed My Death Because Of a Will / Из-за завещания смерть пришлось немного отложить [❤️]: Глава 18

Юн Со бродил по пещере, по его внутренним ощущениям, примерно десять дней, но босса так и не нашел и вернулся в лагерь. Атмосфера в базовом лагере была не просто мрачной и подавленной, она была почти безнадежной.

— Ч-Чэюн...

— Охотник Со Чэюн...

Члены команды Ли Домина смотрели на него с непередаваемым ужасом. Юн Со быстро оглядел их. Несколько отсутствовали. И Ли Домина тоже не было. Ужасное предчувствие заставило Юн Со застыть на месте.

Ли Канджин, в команде которого и был Ли Домин, медленно подошел к замершему Юн Со.

— Чэюн, прости... Мне очень жаль...

— За что?

— Прости, если можешь...

— За что ты извиняешься? Что, черт возьми, я должен простить?

Но Ли Канджин мог только молить о прощении, снова и снова.

Юн Со не мог смириться с утратой. Он лихорадочно бродил по маленькому базовому лагерю, выкрикивая имя своего друга:

— Где ты, Ли Домин? Опять твои шуточки. Выходи уже. Я знаю, что ты жив. Выходи сейчас же...

Ли Канджин обнял Юн Со, пытавшегося рыть землю голыми руками, не обращая внимания на то, что у него ломаются ногти.

— Хватит. Чэюн, остановись. Домин на самом деле погиб.

Находясь в объятьях Ли Канджина Юн Со сглотнул рыдания, которые подступили к горлу.

Он никак не мог поверить. Ли Домин умер.

Его единственный и самый лучший друг ушел, извинившись за то, что был плохим товарищем, и никогда не вернется. А он просто отмахнулся от него, не зная, что они видятся в последний раз. Ему следовало быть мягче и добрее с тем, кто эмоционально нестабилен.

Но как бы сильно он ни сожалел об этом, теперь это было бесполезно. Ли Домин был мертв.

— Мне жаль, Чэюн. Прости.

— Мы не смогли уберечь твоего друга. Прости нас.

— Все будут помнить о благородном самопожертвовании Домина.

Все вокруг пытались утешить Юн Со. Они пытались поддержать самого младшего бойца, понимая, как тому больно.

Юн Со хотелось кричать. Но злился он не на товарищей, а на систему Гайя и на весь мир.

Благородное самопожертвование? Такова цена справедливости? Он умер первым, потому что взял на себя ответственность как сильный человек, а это было представлено как благородное самопожертвование.

Тогда Юн Со принял решение:

«Если это и есть справедливость, то я больше не буду жить по справедливости»

Но он подавил свои горе и гнев.

Ли Домин был не единственным из его команды, кто погиб. Некоторые были тяжело ранены и умирали. Мстители, которые теряли своих партнеров, родственников или любимых тоже сражались, подавляя свою печаль, чтобы защитить мир.

Ему пришлось держаться за это слабое чувство справедливости, пока они не выбрались из Великого подземелья.

— Пока не время.

Юн Со вырвался из объятий Ли Канджина, его глаза покраснели от сдерживаемых слез:

— Ли Домин умер, так что время снова движется. До взрыва осталось очень мало времени, а мы еще не нашли ни одного босса в этой зоне. Сейчас не время, скорбеть будем позже.

На самом деле не было времени горевать о смерти друга.

Друг Юн Со рисковал своей жизнью, чтобы спасти Землю, теперь Юн Со был обязан исполнить его желание.

А как только они покинут Великое подземелье, он откажется и от справедливости, и от своей жизни.

Ли Канджин взглянул Юн Со в лицо. Губы того были плотно сжаты. Могло показаться, что он проверяет, все ли с Юн Со в порядке. Юн Со понимал, что его глаза, должно быть, опухли, и голос, вероятно, звучит неуверенно.

Однако, даже если бы он и правда был не стабилен и не в порядке, времени горевать действительно не было. Уже все мстители были в нестабильном состоянии, но все равно сражались. И без «Горизонта событий» им будет вдвойне тяжелее. Сейчас не было времени грустить.

В этот момент Ли Канджин, до этого молча наблюдавший за выражением лица Юн Со, медленно проговорил:

— Время не будет двигаться. Теперь я буду использовать «Горизонт событий».

— Что?

— «Тень Гайи». Этот навык позволяет копировать чужой навык и овладеть им. Я скопировал навык Домина перед его смертью.

Глаза Юн Со расширились от удивления.

— Навык Гайи? Хён, ты тоже избранный?

Ли Канджин очень удивился этому «тоже».

— У тебя тоже... навык Гайи?

Юн Со кивнул и объяснил свой навык.

В то время система Гайя еще не была совершенной, поэтому, применив «Человеческую энциклопедию», можно было узнать только имя, возраст и пол. Никто не мог узнать ваши навыки и характеристики, пока вы не покажете их сами.

Только когда они поделились друг с другом своими навыками Гайи, они поняли, что, став избранными, оказались одинаковыми.

Ли Канджин не упоминал о своих навыках, потому что не хотел, чтобы другие беспокоились понапрасну. Перед смертью Ли Домина он спросил разрешения скопировать его навык, и, конечно, Ли Домин разрешил.

— У Домина был еще навык «Сон Гайи».

— Что это за способность?

— Я не знаю. Он пытался применять его много раз, но ничего не происходило. Мы хотели... его позже... — голос Юн Со задрожал. Ли Канджин понимающе похлопал его по плечу.

Они рассказали другим о своих навыках Гайи и нашли еще двоих с подобными способностями. Это были два оставшихся командира групп. У одного было «Око Гайи», а у другого «Сердце Гайи».

Это означало, что все командиры групп, включая покойного Ли Домина, были избранными.

— Он был слишком благородным... не вписывался в этот мир.

Хотя после смерти Ли Домина сражения продолжались и время шло, Ли Канджин и другие мстители часто говорили что-то подобное о Ли Домине. Особенно те, кто был с ним в одной команде, практически обожествляли его к концу эпопеи Великого подземелья. Когда они начинали восхвалять его друга, Юн Со испытывал прилив гнева и кричал:

— Разве он был единственным? Все, кто погиб здесь, были благородными, не возводите его на пьедестал!

— Чэюн, когда мы выберемся отсюда, давайте расскажем всем о подвиге Ли Домина. Можно даже написать его биографию, например «Героическая жизнь Ли Домина».

— Делайте что хотите.

— Тебе все равно? Он же был твоим лучшим другом, ты должен возглавить это дело.

— Не собираюсь этого делать.

В день, когда Юн Со осознал, что его лучший друг мертв, он решил, что покончит с собой, как только они покинут Великое подземелье. Товарищи быстро догадались о его решении, но ему было все равно, знают они или нет. В это время решение мстителей свести счеты с жизнью было обычным делом. Были и такие, как Юн Со, которые собирались покончить с собой, когда сражения в Великом подземелье закончатся.

Однако, казалось, его соратникам претила мысль о том, что их младший товарищ планирует собственную смерть.

Тогда-то и начался этот абсурдный шквал последних желаний...

Вскоре после гибели Ли Домина они обнаружили всех трех боссов лабиринта. Это были: монстр с ядовитыми щупальцами, бесформенный туманный монстр и монстр-двойник, который имитировал любую внешность. Монстр с щупальцами был жестоко убит Юн Со и Хэпсалем. С двумя другими справиться оказалось гораздо сложнее. Хотя Юн Со и держал щит до тех пор, пока у него не иссякла магия, там полегло немало мстителей.

Когда последний монстр третьей зоны был повержен, в живых оставалось только 303 охотника, включая Юн Со, который уже выслушал 202 последних желания.

— Ловля морского леща? Имеет ли это смысл? Я ни разу в жизни не рыбачил.

— Что же поделать... Он специально оставил это пожелание тебе.

— Почему именно мне? Есть же много других, почему именно мне?

— Все просто обожают младших. Не расстраивайся так.

Ли Канджин похлопал того по вздрагивающему плечу, но его слова совсем не утешили Юн Со.

Когда они добрались до последней зоны Великого подземелья их осталось всего четверть от вступивших в него. Это был храм, и, не используя «Горизонт событий», они провели там в общей сложности 16 дней.

У Ли Домина запас магии был гораздо больше, чем у Ли Канджина. Хотя тот и копировал его навык, но магической энергии в нем было как у обычного иного А-класса, и он не мог долго удерживать «Горизонт».

— Чэюн, ты и... вы же оба постоянно боролись с истощением? — горько спросил Ли Канджин, борясь с собственным истощением. Это случалось с ним не в первый раз, но и нечасто, поэтому он вновь почувствовал жалость к двум молодым мстителям, которые регулярно страдали от истощения.

К тому времени Юн Со был полон желания поскорее закончить с зачисткой подземелья и последовать за своим другом. Он безжалостно убивал монстров, используя навыки атаки больше, чем навыки защиты.

Его оружие также питало особую любовь к крови монстров, поэтому со стороны сцена, в которой он и его оружие рубят монстров, выглядела как безумный охотник и проклятый меч.

— Это место совсем не для детей... Поздновато об этом говорить, но это не лучшая обстановка для ребенка... — пробормотал, задыхающийся как рыба без воды, Ли Канджин, глядя на окровавленного Юн Со. Вокруг него раздались возгласы согласия. Хотя Юн Со уже не был ребенком, в глазах мстителей он все равно оставался самым младшим.

Планировка храма была не такой сложной, как в лабиринте, но он был огромным и изобиловал ловушками. Если вы наступали не туда, в вас летели острые копья, а если касались не того места, вниз летели большие и тяжелые железные шары. Это было похоже на подземелье из игры или фильма.

На высоких колоннах были высечены изображения, которые могли быть мифологическими, а потолок периодически осыпался кусками камня. Вокруг были разбросаны покрытые мхом алтари и статуи, кишащие насекомыми. За одним из алтарей обнаружились ступеньки, ведущие вниз, в темноту. Казалось, что здесь еще не ступала нога человека, но мстители ринулись туда без колебаний.

http://bllate.org/book/13078/1155817