Готовый перевод Surviving In A Broken World / Выжить в разрушенном мире [❤️]: Глава 48.

— Хён, мне тяжело… Кхе-кхе…

— …Можем сделать это завтра?

Ча Юхёк немного помедлил, прежде чем ответить. Моя игра, должно быть, подействовала. Что бы ты ни планировал, пожалуйста, давай сделаем это завтра!

— Нет. Ты же знаешь, что мы не можем делать исключений.

Хо Чжун, приверженец строгих правил, твёрдо покачал головой и достал из-за пояса флакон с жидкостью кроваво-красного цвета. Это был тот самый препарат, который он так и не смог дать Бэ Ёнпалю. Я вспомнил, как Отаку предупреждал меня быть осторожным с красным веществом. Я схватил Ча Юхёка за рукав и начал кашлять как сумасшедший.

— Кхе! Кхе! Кхе!

— …Этот парень, похоже, уже нарочно так делает.

Чёрт, он догадался. Я перестал кашлять и закатил глаза, осторожно взглянув в сторону, — Ча Юхёк нахмурился. Тем не менее, он не выглядел сердитым. Ча Юхёк заставил меня прислониться к нему, взял бутылёк у Хо Чжуна и приоткрыл мне рот. Он засунул бутылёк глубоко в рот, не оставив мне выбора, кроме как проглотить её залпом.

Я попытался вытолкнуть языком горлышко, оказавшееся прямо у основания языка. Но как мог мой язык противостоять силе Ча Юхёка? В конце концов, красная жидкость потекла по моему пищеводу. Вскоре после этого мои глаза постепенно стали красными, а взгляд — затуманенным. Одновременно я почувствовал странную лёгкость, словно моё тело парит в воздухе. Что это за ощущение... У меня щекочет в горле. Что-то... заставляет меня чувствовать, что я должен говорить... говорить... что говорить?..

— Расскажи мне всё, что ты знаешь о Бэ Ёнпале.

— …Кальмар… уродливый…

В ответ на вопрос Ча Юхёка мои губы сами собой зашевелились. Может быть, этот препарат!.. Это сыворотка правды?! Как они вообще смогли создать такое? Нет! Если я расскажу всё, что скрываю, моя жизнь закончится прямо здесь!

— Он... убил девушек из клубной комнаты... и сбежал... Я впервые увидел его здесь после наступления Дня Тьмы...

Когда я замолчал, потому что мне больше нечего было рассказать о Бэ Ёнпале, Ча Юхёк облегчённо выдохнул. Он, казалось, был рад, что я не заодно с Бэ Ёнпалем.

— Почему ты украл ключи от машины?

— ...Сесть в машину... И уехать... Мой друг ждёт...

— Друг? Ты хочешь встретиться с другом?

— Да... Мой друг. Красивый...

Этот идиот, который улыбается во все зубы, говоря, что Ким Чжэён красивый, — это абсолютно точно не я. Хотя Ким Чжэён и не уродливый.

— Так вот почему ты пытался сблизиться с Бёлем и Далем?

— Потому что мне нужны были малыши, чтобы взять машину и уехать…

— Ха-ха-ха.

Ча Юхёк притворно рассмеялся. Хо Чжун, стоящий позади него, щёлкнул языком, как старик.

— Тск, ты действительно сошёл с ума. Ты знаешь, насколько опасно выезжать на машине? Это возможно только если ты Ча Юхёк. Ты просто собирался поехать к своей девушке?

— Это не моя девушка...

— Вау, ты даже не встречаешься с ней?

— Ага...

Это какая-то новая форма пытки? К тому времени, когда действие препарата пройдёт, и я приду в себя, я, наверное, умру от стыда.

— …Если ты хотел увидеться с другом, просто сказал бы мне.

Ча Юхёк обнял меня и погладил по волосам. Я поднял голову, чтобы посмотреть на него. Конечно, моё зрение было полностью затуманено, и я ничего не видел. Моё тело, как и мой рот, двигались сами по себе.

— Ты убьёшь моего друга…

— Что?

— Не убивай его, ублюдок Ча Юхёк...

Я всё-таки сказал это.

Услышав мои слова, Ча Юхёк и даже Хо Чжун — оба замолчали. Я не видел их лиц и не мог понять, о чём они думают, и это только усиливало мою тревогу.

«Провидческий сон, защити меня. Защити меня, пока я не выпалил ещё чего-нибудь лишнего! Защити! Защити!»

Иначе я попаду в ловушку и погибну. Почему ты не защищаешь меня от этого?!

Я отчаянно пытался призвать навык у себя в голове. Эта штука всегда срабатывала как будто по собственной воле, всякий раз, когда я был в опасности. Я не был уверен, является ли «провидческий сон» особым навыком или чем-то иным, но этот навык явно не хотел, чтобы я погиб. Поэтому и в этот раз...

В тот момент мои мысли оборвались, как будто перегорел предохранитель.

***

— Не убивай его, ублюдок Ча Юхёк...

Сон Ынсу произнёс эти слова и опустил голову. Подумав, что действие препарата, должно быть, уже закончилось, Ча Юхёк оглянулся на Хо Чжуна. Но стоило Хо Чжуну протянуть руку, чтобы проверить состояние Сон Ынсу, тот внезапно поднял голову.

Хо Чжун: «...»

Столкнувшись с мёртвым взглядом, молчаливо устремлённым на него, Хо Чжун замер, а протянутая к Сон Ынсу рука напряглась от напряжения. Странное ощущение, как будто в человеческую оболочку проникло нечеловеческое существо, распространилось по всему его телу. Яркая индивидуальность Сон Ынсу, которая ещё несколько мгновений назад была так очевидна, исчезла без следа.

— Чёрт. Я уже подумал, ты потерял сознание, — проворчал Хо Чжун, убирая руку.

Парень, казалось, не заметил изменившуюся ауру Сон Ынсу.

— Так ты и есть человек, избранный Им.

Странный, искажённый голос наложился поверх обычного голоса Сон Ынсу. Ча Юхёк повернулся к Хо Чжуну, чтобы убедиться, что не только он услышал его.

— Что, чёрт возьми…

Хо Чжун застыл на месте. Тюремный надзиратель, который открывал дверь контейнера, чтобы войти, замер, как и еле дышавшие люди из других камер. Время будто остановилось, и только Ча Юхёк с Сон Ынсу продолжали дышать.

— Ха, тратить Его силу на такие мелочи — тоже своего рода талант.

Сон Ынсу усмехнулся с механическим выражением лица. Странный голос не переставал говорить. Ча Юхёк почувствовал, что фигура в его руках больше не была Сон Ынсу, и на мгновение он засомневался, стоит ли отпустить юношу на пол.

— Продолжай держать его. Если, конечно, не хочешь, чтобы у этого идиота сломался нос.

Сон Ынсу — нет, «оно», обитающее в теле Сон Ынсу, — прочитало мысли Ча Юхёка.

— Кто... вы? — спросил Ча Юхёк, глядя на Сон Ынсу пристальным взглядом. Он чувствовал угнетающее присутствие таинственного существа, разговаривавшего с ним, но при этом уловил в нём что-то знакомое, отличное от отвращения, которое он испытывал при виде красной луны или монстров. «Оно» не представляло для Ча Юхёка опасности.

— Тебе не нужно это знать. Мы всё равно больше никогда не встретимся.

— Пожалуйста, скажите мне. Кто этот человек, о котором вы говорите?

Вежливый вопрос Ча Юхёка вызвал смех у этого существа. Звук, вырвавшийся из равнодушного существа, был совершенно гротескным.

— Для такого ничтожного существа ты довольно приятный. По сравнению с другими, то есть. Но я не могу вмешиваться в дела людей; я не могу тебе ничего сказать. Я просто появился, потому что этот дурак слишком громко кричал, это было неприятно.

— Вы внутри тела Ынхо?

— Что-то в этом роде.

Ча Юхёк рассеянно подумал, не являлся ли он каким-то ангелом-хранителем. Но «оно» гневно закричало, как будто обиделось.

— Ангел-хранитель? Не смеши меня! Этот несчастный — всего лишь талисман!

— …Талисман*?

П.п.: 액막이 (сущ.от гл. 액막이하다) — предотвраща́ть беду́/несча́стье.

— Я могу служить Ему, но быть связанным с этим гнусным человеком совершенно отвратительно!

Казалось, его слова глубоко задели самолюбие этого существа. Каждый раз, когда он злился, Ча Юхёк чувствовал покалывание по всему телу. Чтобы успокоить его ярость, он склонил голову в знак извинения.

— …Если это прозвучало грубо, прошу прощения.

— На этот раз я прощаю тебя.

— Спасибо.

— Хм. Поскольку этот глупец так беспокоится, полагаю, я должен сказать тебе об этом. Хотя не уверен, что всё будет передано правильно.

Его тусклые глаза начали наполняться золотым светом.

— Человек, избранный Им, запомни. Это сосуд для возвышенного... И когда... произойдёт, то... придёт.

— Я... не слышу тебя ясно.

— Это... нельзя. Даже если это противоречит твоим убеждениям.

Кхе!

Закончив говорить, Сон Ынсу сдавленно кашлянул и изверг поток крови. Едкая красная жидкость пропитала его грудь. Взгляд Сон Ынсу, наполненный золотым светом, постепенно начал фокусироваться. Одновременно с этим рядом с его виском появилось слово.

Остановившиеся механизмы вновь пришли в движение. Надзиратель вошёл в тюремную камеру, дверь контейнера закрылась, и Хо Чжун двинулся так, как будто никогда не останавливался. Сон Ынсу несколько раз моргнул, прежде чем потерять сознание. До тех пор, пока его глаза не закрылись, слово с обозначением характера Сон Ынсу оставалось неизменным, ярко и чётко паря в воздухе.

Слово «злой».

— Ю-Юхёк-хён. Луна снова...

В мгновение ока пространство внутри тюрьмы словно озарилось закатным светом. Ча Юхёк поднял взгляд на прозрачное окно в потолке. Красная луна полностью заполняла его. Это зрелище напоминало кошмар того дня. По мере приближения красной луны Ча Юхёк уже не мог сдерживать кипящую ярость.

— Оставьте на каждом этаже минимальное количество людей. Остальных эвакуируйте в подвал.

— А что с заключёнными?

Ча Юхёк передал Сон Ынсу тюремному надзирателю. Надзиратель, взяв Сон Ынсу, указал на людей за решётками. Ча Юхёк холодно оглядел их, прежде чем ответить.

— Оставьте их здесь. Они всё равно преступники.

— И его тоже?

Надзиратель указал на Сон Ынсу. На лице Ча Юхёка вновь отразилось замешательство. Очевидно, перед тем, как потерять сознание, характер Сон Ынсу отобразился как «злой», тогда как прежде он был «добрым». Это был первый случай, когда характер человека изменился. Когда он очнётся, многое нужно будет проверить. Добрый он или злой, и почему «оно» находится в его теле...

http://bllate.org/book/13073/1155418