Готовый перевод The Falling Merman / Падение русала [❤️]: Глава 75

Несмотря на то, что во время экзамена ATWL Лань Бо уже пережил имитацию стадии зрелости, Бай Чуняню всё равно было непривычно слышать, как тот свободно говорит на человеческом языке.

Бай Чунянь стоял неподвижно, его кадык ходил ходуном, и он совершенно потерял дар речи. 

— Как долго продержится этот эффект? — Спокойный голос Лань Бо давил на уши альфы. Кончик его холодного как лед хвоста зацепился за воротник Бай Чуняня, расстегивая его, обнажая ключицы и грудные мышцы.

— Сутки, — сухо ответил Бай Чунянь.

— Я буду беречь это, — улыбнулся Лань Бо, приподнимая тонкими пальцами специальные железные цепи, закрепленные на его шее и запястье. — Высокотехнологичное человеческое изобретение, висящее на мне, лишает меня всех сил.

— Дай-ка я сниму это, — Бай Чунянь присел на одно колено возле бассейна и снял ремни, удерживавшие Лань Бо. Несмотря на то, что костяная броня Бай Чуняня могла легко и быстро пробить сплав, он всё равно приложил ладонь рядом с кожей Лань Бо, чтобы наручники и ошейник её не поцарапали.

Лань Бо не скрывал своего пылающего взгляда. Он смотрел на сосредоточенное лицо альфы, и его влажная, с длинными перепонками рука нежно провела по скуле Бай Чуняня.

Закончив с цепями, Бай Чунянь нерешительно протянул руку: 

— Ты... можешь держаться за меня.

После того, как путы были сняты, раны на лице Лань Бо постепенно зажили. Его кожа сияла также ярко, как и раньше, а локтём он опирался о бортик бассейна. Он придвинулся ближе к лицу альфы и хрипло прошептал:

— Ты пялился на меня. Хочешь меня поцеловать?

Это было не так заметно, когда он был на стадии культивации, но его голос оказался похож на голос одного французского певца, которого любил Бай Чунянь. У него было ангельское личико, но тембр его голоса был мягким и чарующим, сравнимым с ароматом крепкого кофе или роскошного вина, деликатно разливающегося по бокалу. 

Бай Чунянь изо всех сил старался подавить свои желания, сжимая протянутую к Лань Бо руку в кулак.

— Эй, — Лань Бо подпер голову рукой и посмотрел на Бай Чуняня, — ты рассматриваешь это как предательство меня на стадии совершенствования?

— Заткнись. — Бай Чунянь схватил его за худые плечи, яростно вцепился в губы, и прикусил, отчего у Лань Бо перехватило дыхание.

— Пошли, — он вытащил омегу из воды и прижал его к груди, чтобы согреть. Ледяная вода вызвала у Лань Бо переохлаждение, и скорость его регенерации снизилась. Грязные раны на его теле покрылись бледными волдырями, и резкий переход от холода к жаре нанёс огромный вред телу русала. 

— У тебя неплохая техника поцелуя… Практиковался заранее? — Лань Бо послушно обвился вокруг Бай Чуняня, обернув кончик хвоста вокруг его левой ноги. Он облизал губы, вспоминая о поцелуе, который они разорвали секунду назад.

Бай Чунянь убежал, прижимая его к себе, стараясь не попадаться на глаза камерам, и прошептал: 

— Я могу своим языком завязать кончик твоего хвоста в узел.

— Нет, не можешь, — Лань Бо обнял его, кончик тонкого хвоста нежно потёрся о промежность альфы сквозь плотную брючную ткань. — Кончик моего хвоста — одно из самых чувствительных мест, ты не можешь просто так засунуть его в рот.

Бай Чунянь выдавил из себя «твою мать» сквозь стиснутые зубы, отреагировав почти мгновенно. Он высвободил одну руку, поймал Лань Бо за хвост и засунул тот в карман брюк, чтобы Лань Бо больше не отвлекал его.

Невинная реакция альфы понравилась Лань Бо. Он взял в рот мочку уха Бай Чуняня и прикусил её. 

— Здесь стало так жарко… Почему ты покраснел? Стесняешься?

— Замолчи, — Бай Чунянь выпустил угнетающие феромоны. Переутомлённая железа Лань Бо в настоящее время была ещё слаба, поэтому чужие феромоны действовали на него сильнее. Он с шипением втянул в себя воздух, уткнулся лицом в плечо альфы и затих. — Когда я буду трахать тебя, я тоже буду запугивать тебя, используя свои феромоны.

— Конечно, — прошипел Лань Бо, — только попробуй.

Теперь он мог сосредоточиться на пути к отступлению. 

Завернув за угол, они увидели в конце коридора двух патрульных полицейских. У обоих на поясе висели пистолеты. Когда они заметили Бая Чуняня, держащего Лань Бо, они на секунду опешили, но затем быстро выхватили пистолеты, и связались по рации с начальством, докладывая о ситуации.

Кран раковины в углу был неплотно закрыт. Кончики пальцев Лань Бо испустили электрический ток, и струящаяся вода перетекла в руку Лань Бо, формируя прозрачный гранатомёт, и он выпустил шесть водяных бомб в двух полицейских.

Несмотря на то, что Лань Бо не увеличил плотность воды до уровня стали и, следовательно, не создал эффекта настоящей бомбы, заряды всё равно нанесли значительный урон при взрыве. Взрывная волна отбросила двух полицейских, окатив их водой с ног до головы. Разумеется, в их рациях также произошло короткое замыкание, поэтому дальнейшую информацию они передать не могли.

— Держись крепче, — сказал Бай Чунянь. 

Лань Бо услышал его и, обхватив альфу за талию, схватился за одежду на его спине. Бай Чунянь сжал его в ответ. Словно ловкий и свирепый кот на охоте, он бесшумно миновал несколько красных лазерных лучей и побежал по намеченному маршруту.

Оружие Лань Бо менялось в зависимости от источников воды, мимо которых они пробегали, — иногда это был пистолет, а иногда — базука.

Водные заряды были выпущены с достаточной точностью, чтобы противник потерял сознание. Никто не мог преградить им путь. Однако после взрыва на земле остались только лужицы. Затем влага испарилась, что не оставило никаких свидетельств того, что произошло нападение.

У здания Следственного изолятора их уже ждал чёрный бентли. Внезапно раздался сигнал тревоги. Бай Чуняня и Лань Бо, скорее всего, уже заметили и выслеживали. 

Домино подпёр подбородок рукой и прислонился к краю окна машины. 

— Вот это уже проблема. Если их засекут камеры наблюдения, то всё, ради чего мы работали, пойдёт прахом. Пойду помогу им, что-ли.

Альфа за рулем молча согласился.

Домино выскочил из машины и снял капюшон. Его усики поднялись из кудрей, он подобрал с земли камешек и подбросил его высоко в небо. Пара сверкающих красных крыльев маячила позади него; крылья бабочки едва трепетали, показывая, что его способность J1 была активирована.

Способность желёз бабочки-гекубы, «Цепная реакция»: случайное действие может полностью изменить развитие событий (направление действия невозможно контролировать). 

Летящий камень попал в полевой цветок, пробившийся сквозь щели полуразрушенной кирпичной стены. Пчела, сидевшая на растении, испугалась, с жужжанием взлетела, приземлилась на оконную раму Центра временного задержания и заползла внутрь через маленькое отверстие.

Полицейский, который в данный момент преследовал Бай Чуняня и Лань Бо, столкнулся с пчелой, которая ужалила его в нос. Он громко закричал и выстрелил из пистолета — пуля разбила камеру наблюдения, упала и опрокинула дезинфицирующее средство, стоявшее на подоконнике.

Сотрудник службы безопасности в диспетчерской заметил, что на одном из мониторов внезапно появились помехи, поэтому он связался с офицерами, патрулирующими район, и доложил ситуацию.

Офицер, который как раз собирался заступить на дежурство, получил известие от службы безопасности. Пепел от сигареты упал на подушку кровати, и он даже не заметил этого. Когда он вышел из комнаты, ветер разогнал пепел, из-за чего загорелась простыня. Пламя пошло дальше: с подушки перекинулось на оконные занавески, на книги на столе, а с них — на всю книжную полку.

Обширный пожар распространился за пределы комнаты, вызвав возгорание этанола — разлитого недавно антисептика. Загорелись и тряпка для уборки, швабра, а также грязные простыни и одежда в тележке для уборки, оставленной неподалёку. Пожарная сигнализация обнаружила дым и возгорание, поэтому для тушения огня было разбрызгано огромное количество воды. Весь коридор погрузился в хаос.

Патрульный офицер, который всё ещё находился в холле, забыл свою изначальную задачу посреди этого хаоса.

Бай Чунянь выполз из вентиляционного отверстия вместе с Лань Бо. Он спрыгнул с высотного здания, бесшумно приземляясь на цыпочки, смягчая падение, а затем исчез со старой шумной улицы.

Бентли завёлся, Домино скользнул в машину, и затем они незаметно покинули территорию Центра временного задержания через чёрный ход. 

Хань Синцянь и Сяо Сюнь находились неподалёку. Они вернулись к месту, где сражались Лань Бо и группа жуков-бомбардиров. Место кровавой сцены было оцеплено; полиция уже начала расследование.

В укромном месте Хань Синцянь использовал свою способность J1 «Сброс силы» восстановив разрушенные стены, покрытые кровью и следами сражения, вернув их в первоначальный вид.

После этого он применил «Сброс силы» к фотокамерам, с которым работали офицеры, снова и снова сокращая срок их службы вдвое, пока они не нажали кнопку спуска затвора в последний раз. Камеры начали дымиться и, по итогу, были безвозвратно испорчены.

Сяо Сюнь взобрался на высотку, пока полиция снизу поддерживала порядок. Он достал оружие, чтобы обстрелять полицейские машины. Повреждая автомобильные бензобаки, он вызвал мощный взрыв, поднявший бурю негодования среди прохожих. Люди кричали, утверждая, что это был теракт. Они бежали, устраивая беспорядки, записывая и выкладывая видео на общедоступные платформы, чтобы привлечь внимание общественности. 

Технический отдел Альянса приступил к работе сразу после получения этой новости. Для Дуань Яна было проще простого взломать городскую сеть видеонаблюдения. Он без труда удалил все сцены, в которых фигурировал Лань Бо, и успешно возложил вину за беспорядки на несуществующую террористическую организацию. Горожане подумали, что полицейские уже задержали террористов, и с энтузиазмом отправили несколько благодарностей за усилия полиции.

Всё выглядело так, словно вчерашней драки никогда и не было. Дело о том, как Бай Чунянь вломился в центр временного содержания и кого-то оттуда вытащил, было похоже на то, как камень уходит под воду; все улики исчезли.

Технический отдел доложил обо всем президенту.

После того, как президент Ян закончил выяснять все подробности истории, он молча сдавил кофейную кружку, которую держал в руках, отчего та разлетелась осколками. Он напугал маленького омегу-помощника, стоявшего рядом с ним, до такой степени, что у того подкосились ноги, и он опустился на колени на ковер, чтобы собрать осколки. 

— Объяви, что в час дня состоится совещание руководителей, — сегодня даже в голосе всегда рассудительного и доброжелательного президента звучали внушительные нотки. Он спокойно посмотрел в компьютер и равнодушно заявил, — Прошло слишком много времени с тех пор, как я обращал внимание на эту тюрьму для мошенников; сегодня они замышляли что-то против меня.

— Пусть Бай Чунянь возвращается на тренировочную базу. Ему лучше не появляться тут какое-то время. Кроме того, Хань Синцянь, ни о чем не переживай, я позабочусь о последствиях.

— Хорошо. Вас понял, президент.

Бай Чунянь не остался в городе. Он сел на паром, чтобы вернуться на тренировочную базу на острове Гринфлай. 

Остров был изолирован от новостей внешнего мира; никто не знал, какая кровавая битва произошла только что. Стажёры тренировались мирно и в строгой дисциплине день за днем. Тем не менее, здешняя атмосфера ослабила бдительное беспокойство Бай Чуняня.

Когда паром причалил, стажёры выстроились в два ряда, чтобы встретить его в обычном порядке: они отдали честь, приложив правую руку к груди. Бай Чунянь облачился в форму инструктора — чёрную спецовку без рукавов, кожаный жилет, камуфляжные штаны, армейские ботинки до середины икры и черную фуражку с козырьком.

Внимательные студенты заметили, что их инструктор сегодня выглядел несколько измождённым, но никто не осмелился высказать это вслух. Бай Чунянь поприветствовал стажёров, как и прежде. Светлячок и рыба-клоун стояли в конце очереди. Увидев инструктора, они расчувствовались и обняли его.

После возвращения из боевых действий в госпитале Энь Си несколько стажёров были награждены медалью Вольной птицы самим президентом. После окончания учёбы в этом году они могли вступить в поисковый отдел Бай Чуняня в качестве официальных сотрудников. 

— Очень хорошо, — Бай Чунянь погладил их по головам в своей грубой манере, — Не будьте заносчивыми, когда присоединитесь к моей команде. Вы должны усердно работать, а также получить хорошие баллы на выпускном экзамене

В ответ ему раздались жалобные стоны.

— Перестаньте ныть. Если вы, ребята, продолжите раздражать меня своими рыданиями, я разверну вас и отправлю домой.

После того, как Бай Чунянь успокоил двух маленьких омег несколькими словами, он повернулся и внимательно посмотрел на Би Лансина. 

— Как успех с тренировками?

Фигура Би Лансина стала крепче с тех пор, когда он только прибыл на базу, а его кожа приобрела здоровый пшеничный оттенок. Он немного подрос, стал казаться выше и стройнее, чем раньше.

— Я придерживался установленного расписания, — ответил Би Лансин.

Светлячок тихо возразил:

— Дело совсем не в этом. Он занял первое место по всем предметам на экзамене на этой неделе… Он получил отличные оценки даже по теории… Рядом с ним у нас не ни шанса.

— Кстати, о теоретическом занятии, — повернулся Бай Чунянь к светлячку, — ты уже окончил курс логики? 

Светлячок убежал, сверкая светящимся задом.

Остров Гринфлай, на котором вновь появился демон-инструктор, оживился.

Нижняя часть Лань Бо была погружена в морскую воду, и он держался за внешний край лодки, чтобы удержаться на плаву. Он подпёр голову рукой и наблюдал, его глаза следили за каждым движением Бай Чуняня.

— Мой маленький рэнди очень популярен. — Он небрежно подпёр щеку, играя с водой. Его пальцы размешали морскую воду, и он вылепил из гидратированной стали котёнка, который мог двигаться. — Мой.

Он ущипнул полупрозрачного котенка за загривок, поднял извивающееся существо, а затем сунул его в рот и принялся жевать.

По спине Бай Чуняня пробежал холодок. Он обернулся, чтобы взглянуть на Лань Бо, который прятался рядом с паромом; их разделяли несколько стажёров-омег. Внимание стажёров целиком и полностью было приковано к Бай Чуняню, поэтому они не заметили, что рядом с паромом всё это время находился омега, который смотрел прямо в глаза их инструктору.

Несколько омег с глазами, полными обожания, расспрашивали Бай Чуняня об операции в больнице Энь Си, но он был рассеян и продолжал вглядываться в море. 

— Инструктор?

— Ах, да… На этот раз операция была очень опасной, я расскажу вам о ней позже, ребята... — Небрежно ответил Бай Чунянь, всё ещё не в силах оторвать взгляд от мерцающего в кристально чистой воде русала.

Лань Бо беззлобно подмигнул ему и беззвучно произнес одними губами: 

— Кончик моего хвоста испачкан водорослями, сможешь ли ты чувственно вылизать его своим языком?

Несколько омег прошептали друг другу: 

— Смотрите, инструктор злится.

http://bllate.org/book/13021/1147756