Готовый перевод The Falling Merman / Падение русала [❤️]: Глава 69

На двух разных языках, даже при дословном переводе, эмоции, передаваемые одним и тем же словом, могут быть совершенно разными.

Закончив говорить, Лань Бо нежно потёрся кончиком своего носа о кончик носа альфы. Однако глаза Бай Чуняня потемнели. Он оттолкнул лицо Лань Бо и спрятал голову в сгибах его рук. У него защемило сердце.

Лань Бо застыл от удивления и перестал выделять успокаивающие феромоны.

В сыром и тёмном заброшенном здании фабрики аромат феромонов постепенно исчез. Беспокойство в теле альфы, которое только что было подавлено, снова вскипело, а обжигающий жар, разливавшийся по венам, сделал Бай Чуняня окончательно несчастным.

Дрожащими пальцами он вытащил из кармана ключи от машины. Фары машины зажглись, дверцы открылись, и он бросил ключи Лань Бо, нетерпеливо приказав:

— Садись за руль. Поехали.

Лань Бо нахмурился, взял у него из рук ключи от машины, схватил Бай Чуняня за воротник и потащил его к передней части машины.

— Тебе... плохо?

Бай Чунянь схватил Лань Бо за тонкое забинтованное запястье и отцепил его от своего воротника.

— Да. Очень. Разве ты не видишь, что мне сейчас тяжело? Ты можешь заставить меня чувствовать себя лучше, если будешь держаться от меня подальше.

Лань Бо уставился на него в изумлении.

— Что ты на меня так смотришь? Как будто я тебя чем-то обидел. Я всегда делал то, что ты хочешь, но как ты относишься ко мне в ответ? Как в тот раз, когда ты сказал, что пытался убить меня только для того, чтобы попросту отправить на тот свет. — Указательный палец Бай Чуняня зацепился за воротник и оттянул его вниз, показывая Лань Бо шрам. — Ты солгал мне. Ты вообще никогда не говоришь правды. Так какого черта ты это сделал? Почему ты избегаешь смотреть на меня?

Альфе, попавшему в затруднительное положение, было трудно контролировать свои эмоции. Он прижал Лань Бо к земле и заломил ему руки за спину.

— Я знаю, что ты король своего клана, но что с того? Ты думаешь, что ты такой непобедимый? Я не хочу причинять тебе боль, но это не значит, что я этого не сделаю.

Лань Бо был прикован к земле. Крепкие и сильные руки альфы до хруста сжимали его кости и суставы. Его хвост извивался и бился об пол. Тонкий кончик его наэлектризованного хвоста хлестал по широкой спине альфы. На светлой коже Бай Чуняня остались красные следы от ударов.

Треск! Плечо Лань Бо издало мимолетный громкий звук. Его суставы выворачивались до тех пор, пока не были окончательно вывихнуты альфой, который не учёл силу своих рук.

Он резко закричал, отчаянно сопротивляясь. Он опрокинул Бай Чуняня на спину и рыбьим хвостом отбросил его к стене на расстояние трёх метров. Бай Чунянь резко ударился спиной. Он опёрся о стену одной рукой и дотронулся до своего лица.

Вывихнутая правая рука безвольно свисала вдоль тела. Лань Бо не знал, как вправлять кости, поэтому он неловко поднял левую руку и попытался вернуть правую в исходное положение, но в ответ получил только сильную боль. Он сполз на пол в оцепенении, не зная, что делать дальше.

Бай Чунянь прислонился к стене, стиснул зубы и уставился на растерянного омегу, сидящего на земле.

В безмолвном заброшенном здании фабрики было слышно только тяжёлое дыхание; особенно чётко различались хриплые выдохи.

С тихим звоном к ногам Бай Чуняня подкатилась чёрная жемчужина, излучающая синеватое сияние. Он не хотел двигаться, но его рука просто среагировала раньше, чем мозг. Он поднял жемчужину и подержал её на ладони. Затем он услышал серию щёлкающих звуков.

Бай Чунянь поджал губы и подошёл, присев на корточки рядом с Лань Бо и вытирая его лицо.

— Ты всегда такой, всегда вот так.

Он придержал Лань Бо за вывихнутое плечо и умело, с силой надавил на него. Сустав встал на место. Лань Бо вздрогнул, схватившись за повреждённое плечо. Он оттолкнул от себя Бай Чуняня, и цвет его хвоста сменился с синего на красный; сейчас он тоже подавлял свой гнев.

Бай Чунянь опустил голову, присел на корточки, одну за другой собрал жемчужины и рассовал их по карманам.

Внезапно он что-то заметил и повернулся боком, чтобы прислушаться.

Послышались какие-то почти неуловимые потрескивающие звуки. У него был очень острый слух, поэтому он точно знал, что в этом заброшенном здании, кроме них, есть и другие люди.

Планировка это заброшенной фабрики была идентична планировке предыдущей фабрики по производству морепродуктов. Она была трёхэтажной; первый и второй этажи являли собой открытое пространство, а рядом стояли железные стеллажи, на которых можно было хранить товары, и металлические мостки, по которым могли ходить люди.

Лёгким шагом Бай Чунянь добрался до железной полки и стал бесшумно рыться в темноте.

Среди груды пустых коробок он обнаружил три тела. Трупы были ещё свежими, но их кожа обгорела и пахла так, словно в них ударила молния.

Бай Чунянь рылся ещё некоторое время. Он обнаружил холодильник, несколько пакетов со льдом, портативное осветительное оборудование, немного анестетиков, кровоостанавливающую марлю и скальпель.

Он снова услышал слабое дыхание, которое слышал ранее.

Бай Чунянь пошел на звук и осторожно подошёл ближе. Он обнаружил на земле крепко связанного мужчину. Его рот также был заклеен скотчем, и он, очевидно, был обездвижен с помощью каких-то препаратов. Его глаза всё ещё могли двигаться, что указывало на то, что действие препарата постепенно сходило на нет.

Бай Чунянь наклонился и сорвал скотч со рта омеги, обнажив знакомое мрачное лицо — того, кто нанес им последний удар перед собственной смертью на предыдущем экзамене. Борзая омега Сяо Сюнь.

Тело Сяо Сюня было парализовано, и он не мог пошевелить даже пальцем. Бай Чунянь осмотрел его тело и увидел, что на шее сзади был разрез ровно на железе.

Проработав так долго в секретной службе, он хорошо разбирался в теневой стороне рынка. Он мог догадаться, что охотники за железами задержали Сяо Сюня и пытались удалить его железы, чтобы продать их на черном рынке.

Сяо Сюнь продемонстрировал свою отличительную способность J1 только на экзамене, но, судя по его результатам и итоговому рейтингу, его способности могут развиться дальше.

Охотники за железами, которые, очевидно, оставили все хирургические инструменты, ещё раз подтвердили догадку Бай Чуняня: только железы, размер которых превышал M2, стоили того, чтобы пойти на такой риск и продать их.

Примерно через две минуты действие анестезии немного ослабло. Бай Чунянь похлопал его по лицу, пытаясь привести в чувства.

— Ты можешь говорить?

Язык Сяо Сюня онемел, и он ответил, запинаясь:

— Спасибо.

Бай Чунянь встал и посмотрел на Лань Бо сверху вниз. Он поклонился и взял Сяо Сюня, как принцессу, затем медленно спустился по железной лестнице.

У Лань Бо ушло некоторое время на то, чтобы успокоиться, и чтобы его хвост снова стал синим. Когда он обернулся, то внезапно увидел Бай Чуняня, который нёс неизвестно откуда взявшегося омегу. Его хвост стал ещё более насыщенного красного оттенка, чем раньше. Даже жабры, скрытые за щеками, покраснели и надулись от гнева, превращая Лань Бо в полностью красную рыбу.

Лань Бо разразился гневной тирадой. Ситуацию усложнял тот факт, что он говорил на своём родном языке, а звуки, вылетавшие из его рта, едва ли можно было связать в отдельные слоги.

— О чём ты говоришь? — Бай Чунянь намеренно прижал Сяо Сюня ещё ближе и даже развязал куртку на поясе, чтобы накинуть её на тело Сяо Сюня.

Сяо Сюня прошиб холодный пот. Он не хотел быть участником этого конфликта, но действие анестезии ещё не прошло полностью, и это мешало ему двигаться.

Лань Бо выхватил Сяо Сюня из рук Бай Чуняня, неся его на руках, и свирепо посмотрел на Бай Чуняня. Он снова в гневе закричал, и в этот раз было абсолютно понятно, что это были крайне оскорбительные ругательства.

Лань Бо кончиком хвоста открыл дверцу машины и бросил Сяо Сюня на заднее сиденье. Затем он набросился на Бай Чуняня и занёс кулак, чтобы ударить его.

Бай Чунянь отбил его атаку, но не успел увернуться от летящего в него кулака другой руки. Бешеная рыба ударила его по подбородку и повалила на землю. Лань Бо обвился вокруг альфы, кусая и грызя его, желая оторвать кусок плоти от тела Бай Чуняня.

Бай Чунянь лежал на земле. На самом деле, он почти не сопротивлялся, словно кот, доверчиво показывающий свой живот. Только когда кулак Лань Бо отклонялся в сторону и костяшки пальцев ударились о бетон, Бай Чунянь остановил его.

— Ты такой сильный. — Бай Чунянь облизал уголки своих губ, покрытых ссадинами, и слегка улыбнулся.

Лань Бо устал, он лежал на груди альфы и тяжело дышал. Шея и грудь Бай Чуняня были покрыты синими и красными отметинами. Бесчисленные синие рыбьи метки превратились в сплошное месиво.

Бай Чунянь сел, держа Лань Бо на руках. Он поцеловал волосы Лань Бо, затем открыл пассажирскую дверь и посадил его внутрь.

Было довольно жалко это признавать, но, несмотря на то, что он был весь в синяках, это было лучше, чем равнодушное отношение Лань Бо. Он надеялся, что из-за ран омега испытает вину и позаботится о нём. Да, у него были крайне низкие требования.

Бай Чунянь сел за руль и задним ходом выехал из тёмного здания завода. Лань Бо все ещё был раздражён. Он молчал, свернувшись калачиком на сиденье, и не двигался.

Сяо Сюнь медленно подвинулся и уселся в углу заднего сиденья. Он отбросил куртку Бай Чуняня, в которую был завернут, на другой конец сиденья, держась подальше от неё, хотя феромоны альфы могли унять боль его израненного тела.

Бай Чунянь вёл машину, продолжая говорить:

— Ты услышал много того, чего не должен был слышать. Неважно, заставлю ли я тебя замолчать или просто увезу с собой, я не отпущу тебя домой в любом случае.

Равнодушный голос Сяо Сюня всё ещё звучал ослабленно:

— Это зависит от тебя, у меня больше нет дома.

— Что случилось?

Сяо Сюнь был не очень разговорчив и вообще не любил много общаться, но у Бай Чуняня не было другого выбора, кроме как докопаться до сути и в общих чертах разобраться в ситуации.

После сдачи экзамена ATWL статус Сяо Сюня в семье немного повысился. Некоторые старейшины были готовы признать его способности и обучили его вести небольшой семейный бизнес.

Теперь его дни были лучше, чем раньше, но толпа завистливых людей стала ещё больше. Главе семьи срочно понадобилось наладить деловые отношения посредством брака, и, как омега, Сяо Сюнь, естественно, был представлен в качестве разменной монеты.

Сяо Сюнь решительно отказался.

Он ещё не окончил школу. Он мечтал пойти в армию. Он не хотел оказаться запертым в богатом семейном дворике в качестве жалкой певчей пташки, которая прислуживала мужу, детям и родственникам мужа.

Все знали, что семья грейхаундов ценит альф и презирает омег. Его старший брат и средний братья не любили его с детства. И после экзамена Сяо Сюнь стал их врагом номер один. За спиной они связались с охотниками за железами, чтобы организовать похищение.

Поскольку Сяо Сюнь лишился своих желёз, даже его способность рожать детей для семьи грейхаундов стала бесполезна. Никто не заступился бы за него, не говоря уже о том, чтобы преследовать нескольких молодых альф, которых семья оберегала как зеницу ока.

— Ты только что убил тех нескольких охотников за железами? — Бай Чунянь пристально посмотрел на дорогу впереди и поддразнил его.

Сяо Сюнь покачал головой.

— Они привели меня туда, чтобы извлечь мои железы, но тут появились вы двое. Они прекратили то, что делали, и попытались сначала убить вас.

— А потом?

— Вы, двое бессмертных, сражались, и он... — Сяо Сюнь посмотрел на Лань Бо, — Он внезапно выпустил электрический ток. Эти люди стояли на железной раме, поэтому их моментально поразило током. Они привязали меня к изоляционной доске для операции, так что со мной всё было в порядке.

— О, тебе повезло, — Бай Чунянь набрал номер Хань Синцяня.

— Я только что заметил, что у тебя очень резкие перепады настроения. — Хань Синцянь сказал деловым тоном, — Ты что, прыгал с тарзанки?

— Я сейчас возвращаюсь на базу. Ты ворчишь, как мамаша. Мне сделают укол, когда я вернусь.

— Хорошо.

— О, кстати, я подобрал маленькую бездомную собачку. Она в моей машине, и у неё повреждена железа. Посмотришь?

— У него повреждена железа? Какова степень повреждения? Причина? — Хань Синцянь мгновенно перешёл на серьёзный тон.

— Ай, я сейчас за рулем, я дам ему поговорить с тобой, — Бай Чунянь снял наушник и протянул его Сяо Сюню.

Сяо Сюнь надел устройство, но не знал, что сказать.

В наушниках раздался нежный голос:

— Здравствуй, ты можешь говорить?

Сяо Сюнь бессознательно пробормотал:

— Я... могу.

Он услышал скрежет ручки, доносящийся с той стороны. Хань Синцянь поинтересовался:

— Как ты получил ранение? Как ты себя чувствуешь?

Голос Сяо Сюня становился всё тише и тише:

— Порез... вероятно, два сантиметра длиной. При попытке извлечь железу… Она кровоточит, болит, ммм... не так уж и сильно.

— Ладно, это звучит не слишком критично, — Хань Синцянь записал несколько деталей, затем терпеливо объяснил, — Найди мягкую чистую ткань и закрой ссадину, чтобы остановить кровотечение, затем расслабь тело. Не используй энергию своей железы, чтобы продолжать оставаться в сознании. Через некоторое время Бай Чунянь доставит тебя сюда, и я позабочусь о тебе. Тебе просто нужно поддерживать рану в чистоте. Не паникуй, рана не серьезная.

— Хорошо... — Сяо Сюнь внимательно слушал. Тон альфы был нежным и спокойным. Возможно, это было как-то связано с его профессией, но он от природы излучал спокойствие и ощущение безопасности.

Когда разговор закончился, Бай Чунянь протянул руку за своим коммуникатором, но Сяо Сюнь не отдал его. Бай Чунянь обернулся, чтобы посмотреть на него — омега был в трансе, держа в руке наушник. Только когда Бай Чунянь издал звук, напоминающий ему о том, чтобы он пришел в себя, тот вернул его, положив на ладонь альфы.

http://bllate.org/book/13021/1147750