Готовый перевод 0 and 1 / 0 и 1 [❤️]: Глава 40

Когда я уставился на Грея, выражение его лица стало постепенно меняться, становясь всё более и более странным.

— Что?

— Нет, просто ты прав, — я перевёл взгляд на детей. — Кажется, я забыл представиться. Джеффри Бискотти.

Детей моё имя не особо-то заинтересовало. Казалось, их внимание приковало лишь то самое слово, которое Грей произнёс первым.

— Принц?..

— Правда, настоящий принц? Но тогда почему…

— Т-с-с-с! Хватит!

Дети перешёптывались между собой, а затем девочка толкнула мальчика локтем в бок. Тот крякнул от неожиданности.

— Ну? Ты что-то хотел сказать? Говори, я не обижусь, — обратился я к мальчику. Девочка тут же замотала головой, но замерла, как только я перевёл взгляд на неё. Видимо, она была поумнее?

Я попытался разрядить атмосферу и улыбнулся ей. Глаза девочки округлились.

— Я думал, все принцы должны быть блондинами… — мальчик воспользовался моментом и ответил вместо неё. На сей раз глаза девочки округлились уже с совершенно другим выражением: «Как же ты глуп!».

— Почему ты так решил?

Я едва сдерживал смех, а мальчик без тени смущения брякнул:

— В сказках все принцы — блондины!

— Макс! — воскликнула девочка.

— Что? — растерянно пробормотал мальчик.

— Принц ведь может и не быть блондином!

— Верно. Но бывают и блондины.

— Правда?

— Ага. Разве его величество не блондин?

Дети выглядели совершенно сбитыми с толку. Как бы это объяснить? Ну, есть же генетика… ДНК? Биология? Доминантные и рецессивные гены?

Честно говоря, я и сам не особо разбирался в этом.

К тому же, если продолжить эту тему, они могут спросить, почему я не блондин, а это уже будет неловко.

— Тогда почему вы не блондин? — однако мальчик уже сам додумался до этого.

— Хм… хороший вопрос.

— Да заткнись ты! Директор же велел нам вести себя прилично!

Девочка снова ткнула его локтем, на этот раз так стремительно, будто её рука превратилась в лезвие, мгновенно заставив мальчика замолчать.

Упоминание директора вызвало в памяти образ Алекса.

А, ну да. Это же благотворительное мероприятие для поддержки детского дома.

Видимо, этих детей выбрали для участия благодаря их приятной внешности. Ведь аристократы предпочитали опекать опрятных и симпатичных сирот, чтобы те радовали глаз.

— Принц, мероприятие скоро начнётся. Пожалуйста, подойди ко мне, — позвала королева.

— Мне пора идти. Можете есть всё, что стоит на столах. Берите руками, если удобно. А вы участвуете в самой программе?

— Мы выучили стихи. Нам сказали прочитать их перед благородными гостями, — ответила девочка.

— У вас всё получится. Не волнуйтесь. Все здесь пришли, чтобы поддержать вас.

Я ободряюще улыбнулся детям и бросил взгляд на Грея. На его лице застыло странное выражение.

— Что? Ты тоже идёшь?

— Нет… То есть да. Иду.

К моему удивлению, он покорно последовал за мной. Я уж думал, он начнёт ворчать: «Зачем ты таскаешь меня за собой, если мы всё равно не задерживаемся надолго?».

Королева и герцогиня, казалось, успели стать закадычными подругами. По крайней мере, со стороны это выглядело именно так.

Но когда я приблизился и услышал их беседу, реальность оказалась несколько иной.

— Говорят, недавно герцог Пай высоко отозвался о нашем Джеффри. Он похвалил его выдающиеся академические достижения.

— О, как прекрасно! Его светлость ведь редко кого удостаивает своей похвалы. Хотя, конечно, наш Грей с детства проявлял склонность к наукам. В академии даже сказали, что будет жаль упустить такого одарённого юношу…

— Хо-хо.

— Ха-ха.

Моё лицо мгновенно вспыхнуло. Чтобы разделить это мучительное чувство, я взглянул на Грея — но он лишь гордо поднял подбородок, сохраняя на губах ту самую идеальную улыбку.

Это была та же улыбка, которую я видел, когда он стоял рядом с канцлером. Состояние железной стойкости, чьи уши, кажется, вообще не пропускают слова…

— Вы хорошо провели время с его высочеством? Он же уводил тебя с собой, чтобы поговорить о чём-то важном, — с тёплой улыбкой поинтересовалась королева.

Видимо, здесь возникло недоразумение. Она, похоже, решила, что мы с Греем близкие друзья, удалившиеся пообщаться наедине.

— Да. Его высочество проявил ко мне заботу.

— О, неужели? О чём же вы беседовали?

— Он дал мне ценный совет о том, как правильно представляться. Мне было неловко среди взрослых, и я не знал, как лучше вести себя. Должно быть, я слишком явно выдавал желание сбежать, — Грей отвечал с непоколебимой стойкой улыбкой.

Тем не менее каждое его слово было колкостью в мой адрес.

Кажется, его мастерство словесной эквилибристики уже достигло максимального уровня. Это было очевидно даже без игрового интерфейса.

— Видимо, юный герцог склонен к застенчивости, — заметила королева герцогине.

Та лишь махнула рукой:

— Это из-за уроков фортепиано в детстве. Артистические натуры всегда такие ранимые…

Неожиданно его колкости обратились против него самого. Однако улыбка Грея не дрогнула. Он лишь скромно опустил глаза, заставив королеву умилиться.

— Жаль, что мы не учили Джеффри игре на фортепиано. Артистизм ведь нужно развивать с самого детства…

Кажется, мне пора снова бежать.

Королева, столь увлечённая разговором, даже не заметила моего тихого исчезновения.

Бесшумно ретировавшись, я прислонился к холодной стене вдали от любопытных взглядов. Здесь уже не было слышно докучливых разговоров. Прикрыв рот рукой, я едва сдерживал смех. Хотя, возможно, мне скорее хотелось плакать.

Неожиданно рядом со мной возник Грей. Я ведь не звал его с собой на этот раз. Видимо, пришёл сам.

Он явно сдерживал раздражение. Лицо оставалось бесстрастным, но лоб заметно покраснел.

О, значит, когда ты нервничаешь, у тебя краснеет лоб?

Очень заметно, кстати. Впрочем, я притворился, что ничего не вижу.

Королева и герцогиня оказались одним типом родителей: они одинаково умели давить на детей.

Если бы Джеффри не издевался над Эдвардом в детстве, возможно, они с Греем даже подружились бы.

— Что? — спросил Грей, даже не глядя на меня. А я уже хотел сделать вид, что не заметил его состояния.

— Ничего.

— Говорите уже.

— Да не о чем говорить.

— Но вы же хотите!

— Может, ты хочешь что-то услышать?

Тебе нравятся подколы?

Кажется, у нас уже был подобный диалог.

— Вы и так всё сказали своими глазами.

— Так в чём проблема, артистичный и ранимый Грей?

— Так и знал, что вы это скажете.

Он фыркнул. А я едва не расхохотался. Грей вдруг показался мне… милым? Что со мной происходит?

Он сердито повернулся ко мне спиной. Если подумать, разница в возрасте между Греем и теми детьми была невелика. Он и сам ещё ребёнок.

Мне стало немного совестно за поддразнивание, и я приблизился к нему в попытке успокоить.

— Канцлер и герцогиня явно верят в тебя. Должно быть, это большое давление.

«Я понимаю тебя», — таким был подтекст моих слов. В вопросах родительских ожиданий Джеффри тоже был экспертом. Может, так нам удастся найти общий язык? А заодно и немного поднять уровень его симпатии ко мне.

Грей посмотрел на меня с немым вопросом.

— Какое давление? Это же пустяки.

…А?

— Ты прав. Родители верят в меня. Именно поэтому я волнуюсь. Они поддержат любой мой выбор. А значит, я не могу ошибиться. Ведь даже если моё решение будет неверным, они всё равно будут верить в меня.

Грей нахмурился, изучая моё лицо. Его взгляд был таким пристальным, будто он выискивал что-то в моих чертах. Возможно, оценивал «Джеффри». Хотя, судя по всему, он уже давно записал его в отбросы.

Грей был другим.

Моя фраза про «взрослость» была насмешкой… но в нём действительно было что-то зрелое. Вообще, все романтические персонажи в этой игре такие: и Эдвард, и Алекс.

Кроме Джеффри, конечно.

Джеффри — это персонаж, чьё чувство несоответствия ожиданиям королевы превратилось в комплекс неполноценности. Я пытался дать героине самого достойного его любовного интереса… а в итоге подсунул ей самого худшего.

Выходит, Грей куда лучше Джеффри.

Пока я переживал кризис самооценки, началась официальная часть мероприятия. Организаторы позвали детей. Те, дрожа, вышли в центр зала. На них устремились взгляды гостей.

— М-мы… б-благодарим вас за п-поддержку. В з-знак благодарности мы… написали стихи.

— Мы их п-прочитаем.

Дети говорили по очереди. Похоже, сейчас начнётся.

Аристократы терпеливо ждали. Девочка замерла: её губы дрожали, а лицо становилось всё краснее. Было видно, что она нервничает.

http://bllate.org/book/13014/1146862