Готовый перевод 0 and 1 / 0 и 1 [❤️]: Глава 30

Я постарался вспомнить, где читал об этом.

Разумеется, мне не удалось вспомнить ничего конкретного. Тогда я выписал названия всех книг, прочитанных мною и хоть как-то связанных с темой экзамена, и сослался на них.

Мне не нужно было перечитывать лист с ответами, я уже понял свои ошибки.

Это была полная катастрофа. В памяти всплыла длинная речь герцога Пая. Он сказал многое, но суть сводилась к одному: нужно ещё раз повторить материал. Остальные слова были лишь украшением его основной мысли.

Даже такие простые вещи, как «делайте домашние задания» или «учитесь», герцог Пай выражал именно в таком ключе.

Дот принёс из библиотеки все книги, которые я изучал до этого. Я сложил их в башенку и отобрал только те, что соответствовали теме.

«Военные достижения короля-завоевателя». «Походы». «Зарубежные начинания».

Перелистывая страницы, я подчёркивал нужные абзацы. Я не знал, как лучше учиться, поэтому решил запоминать всё наизусть.

Я не доверял своему разуму, гораздо больше полагаясь на своё тело. Повторяя, я заставлял губы и руки запоминать.

Последний раз, когда я усердно трудился над учёбой, наверное, был в первом классе средней школы. Это была первая и последняя попытка.

После смерти отца я оказался в смятении, не зная, что делать дальше. Тогда мне казалось, что учёба — это единственный выход, но вскоре я сдался. Мне не хватало способностей к обучению.

В старшей школе наш классный учитель говорил, что успех в учёбе — результат не таланта, а упорного труда. Что это самый верный путь к успеху в нашем несправедливом мире.

У меня имелись сомнения. Я хотел зарабатывать деньги, но времени катастрофически не хватало. Так что добиться успеха мне, видимо, было не суждено.

В любом случае, в отличие от меня, Джеффри находился в той среде, где можно было приложить усилия и попробовать.

— Дот.

— Да, принц?

Дот притащил стопку чистой бумаги и оставил её на столе. Чернила и перо уже ждали своего часа. Я покрутил пальцами и размял запястья, услышав тихий щелчок.

Ну что ж, для начала попробуем написать это десять раз.

Дот принёс мятный чай, оставив чашку на столе, и его освежающий аромат наполнил комнату.

Он верил, что мятный напиток способен прояснить ум и повысить концентрацию. Более того, по его мнению, он усиливал способность к запоминанию. В любом случае, Дот считал его незаменимым спутником во время учёбы.

Когда я впервые услышал о мятном чае, то посчитал его за какой-то игровой предмет. Хотя мне не доводилось встречать его в игре.

Конечно, мятный чай не принадлежал к числу игровых предметов. Это просто сработала увлечённость королевы и Дота различными псевдонаучными концепциями обучения.

Я выпил мятный чай из вежливости. Дот спросил с довольной улыбкой:

— Хотите ещё?

— Спасибо.

Осушив чашку, я протянул пустую посудину, и Дот с энтузиазмом в глазах вышел из комнаты. Казалось, мой живот вот-вот лопнет от выпитого.

Наконец воцарилась тишина. Я принялся записывать на бумаге всё, что запомнил.

Написанное мной невозможно было сосчитать. Я закрывал книгу и проверял свои знания. Когда только что выученное не всплывало в памяти без заминки, я вновь хватался за ручку.

Запястье пронзала ноющая боль, а шея была напряжена. Я выпрямил спину, и мои кости захрустели от этого движения.

Кто-то постучал в дверь.

— Ваше высочество! Прошу прощения, что прерываю ваши занятия. Вы говорили, что если придёт посланник барона Баумкухена, я должен дать вам знать как можно скорее…

Голос принадлежал Доту.

Алекс.

Я отложил перо и встал.

— Иду. Скажи ему подождать в приёмной.

Это помещение располагалось довольно далеко от спальни.

— Хорошо, — отозвался Дот.

Что, если Эдвард проснётся, пока я буду принимать посланника в приёмной? Не запаникует ли он? Больной ребёнок внезапно просыпается в незнакомом месте… Эдвард скоро должен прийти в себя.

— Постой, Дот. Проведи его в соседнюю комнату. Мы встретимся там.

— В вашей личной гостиной?

Голос Дота звучал удивлённо. Это место было довольно личным и предназначалось для встреч с близкими людьми. С тех пор, как я оказался в теле Джеффри, я не приглашал туда никого.

— Да. Мне кажется, Эдвард вот-вот проснётся.

— Хорошо, принц. Я приведу посланника.

Дот исчез.

На самом деле то помещение было меньше, чем приёмная. Диваны стояли довольно близко друг к другу, и стало ясно, почему это место использовалось для других целей, а не как приёмная.

Я уселся в кресло. По замыслу игры барон Баумкухен должен был спасти Алекса, но в этот раз я тоже оказался вовлечённым в эту историю. Исход оставался для меня загадкой.

Пока я с нетерпением ждал, прибыл посланник барона. Это был высокий человек в шляпе.

Его голова склонилась передо мной в знак уважения. Несмотря на его потрёпанную одежду, внушительная фигура производила впечатление.

— Сэр, что это за вид? — спросил я, уставившись на него.

— Меня раскусили? — барон Баумкухен приподнял шляпу. — Не думал, что маскировка будет раскрыта так легко.

— Вам не кажется, что ваш внушительный рост не позволяет притворяться кем-то другим? Зачем вы так оделись?

Даже если его лицо скрывалось за шляпой, снизу всё было видно. К тому же его телосложение явно не соответствовало образу посланника.

— Лучше так, иначе всем станет известно, что я наведывался к принцу.

— Я всё ещё не понимаю.

Барон Баумкухен округлил глаза.

— Так мне стоит вернуться и явиться к вам в великолепных нарядах и с орденами на груди. Ах, и ещё в сопровождении нескольких камергеров королевы, как на официальном мероприятии.

— Вы смеётесь надо мной?

— Ни в коем случае.

Баумкухен потянулся почесать затылок, но ему помешала шляпа. Он снял её и бросил куда попало, а затем тяжело вздохнул.

Меня охватила тревога. От его странных шуток складывалось впечатление, что ситуация не столь критична. Однако он не смел встретиться со мной взглядом.

Он словно прятался, как человек, совершивший ошибку и не знающий, как в этом признаться.

— Сэр?

Барон Баумкухен начал бросать на меня неоднозначные взгляды. Он рассчитывает, что я уловлю их смысл? Простите, что не оправдываю ваши ожидания, но я ничего не понимаю.

Если есть какая-то проблема, то просто скажите. У нас есть отличный способ общения — диалог.

Вот в чём заключалась проблема жителей королевства.

Я не выдержал и заговорил первым:

— Как обстоят дела с тем делом? У вас есть что-то важное, что нужно сказать напрямую?

Неужели Алекса не нашли? Сердце заколотилось в груди. Если из-за моего вмешательства всё пошло наперекосяк…

— Не знаю, как выразиться… Боюсь, мои слова будут бессвязными из-за путаницы в голове.

— Просто скажите, как можете. Я никогда не ждал от вас красноречивых речей.

— Нет, дело не в этом… Ладно.

Баумкухен убрал руки от растрёпанных волос.

— Ваше высочество, раз вы разрешили, я осмелюсь спросить прямо: почему вы ищете этого ребёнка? Вы сказали, что необходимо отыскать его и обезопасить. Обеспечить защиту для одного ребёнка — не такая уж непосильная задача для вас. По правде говоря, есть очень мало людей, которых ваше высочество не может защитить. Не позволите ли вы мне узнать причину?

Барон Баумкухен говорил без остановки. Его лицо раскраснелось от волнения.

Причина поиска? Потому что он Алекс Баумкухен.

Но я не мог так ответить барону Баумкухену.

Причину, по которой я не мог взять его защиту на себя, было трудно выразить словами. Мне пришлось бы затронуть тему чрезмерной опеки королевы и долго и подробно рассказывать о её тревогах и опасениях.

Что же сказать? Что королева настолько привязана к Джеффри, что не простит вора, укравшего вещи у слуги принца? Что, если слух о воре-карманнике во дворце принца дойдёт до неё, случится настоящая катастрофа?

Такое было стыдно произносить вслух. Я знал, что, если выскажусь так, меня сочтут маменькиным сынком. Я даже не мог представить, что Баумкухен будет беспокоить меня из-за такой мелочи.

В голове пролетало множество мыслей, но из моих уст вырвалось лишь одно:

— Нет.

— Хорошо, — Баумкухен вздохнул. — Я понимаю. И понимаю причины вашего молчания.

В самом деле?

От удивления я чуть не потерял контроль над выражением своего лица. Я не ожидал, что барон Баумкухен так легко отступит. Что, по его мнению, значило «я понимаю»?

— Тогда я докладываю. Как вы и велели, я встретился с начальником стражи. Он утверждает, что не в курсе исчезновения одного из зданий приюта. Поэтому я приступил к собственному расследованию. Выяснилось, что за его продвижением по службе стоит барон Рикотта, один из сторонников королевы. Два дня спустя после исчезновения приюта барон Рикотта явился во дворец с просьбой о встрече с королевой. Это всё, что мне удалось выяснить.

Его речь была длинной и запутанной.

В моей голове царила сумятица.

Это вовсе не то, что я хотел узнать.

— Что это был за приют?

— Учреждение использовало бездомных детей для продажи, а также занималось их обучением ремёслам для получения дани.

— Что за безумие! Это что, центр подготовки преступников?

Что происходит с настройками Алекса? Алекс Баумкухен всегда являл собой образ честности и благородства.

http://bllate.org/book/13014/1146852