Готовый перевод Story of a Villain / История злодея [❤️]: Глава 2.20

Разум опустел. Все дальнейшее запомнилось как-то смутно и невнятно.

Чхонъу попытался развернуться и убежать, но спустя жалких четыре шага его поймали за лямку рюкзака. Кричащего и сопротивляющегося, его внезапно поднял и закинул себе на плечо, как мешок картошки, тот самый мужчина со шрамом.

И уверенно зашагал вверх по холму к дорожке, ведущей в деревню VIP-гостей.

Ворота в дом номер семь были широко распахнуты. От их вида Чхонъу задергался в конвульсиях, словно в припадке. Но его легкую, а для «похитителей» так и вообще невесомую, тушу без проблем закинули во двор. Охрана подтолкнула парня глубже на несколько метров и с грохотом запахнула тяжелые ворота.

— Извините… — Чхонъу не мог сдаться. Бледный почти до посинения, он крепко вцепился в почти порвавшуюся от грубого отношения лямку рюкзака и повернулся к воротам. — Откройте, пожалуйста. Просто откройте ворота, можно?

Чхонъу отчаянно забарабанил в металлические створки двумя руками, но вдруг резко отскочил назад. На ум пришла страшная мысль.

Чем больше он будет шуметь, тем больше вероятность, что Ку Вонджэ скоро появится здесь. И затащит его прямо в дом за волосы — ему не привыкать.

Чхонъу проглотил рвущиеся наружу всхлипы и огляделся. Газон еще был влажным от дождей, а изрядно похолодевший ветер зловеще завывал между деревьев. Тут ему на глаза попалась пятиэтажная каменная пагода, установленная в качестве декорации у небольшого пруда. Желая поскорее спрятаться, парень быстро метнулся туда и уже за стеной присел на корточки.

Вокруг стояла удушающая тишина. Прохладный осенний ветерок свободно гулял по телу. Чхонъу обнял свои колени руками и понурил голову. Нижняя половина тела, которую всего два дня назад беспощадно терзал тот мужчина, нещадно болела даже от малейшего движения.

Чхонъу всхлипнул.

— Бабушка…

Почему-то сейчас он особенно остро соскучился по ее теплым объятиям, способным утешить любую его, даже детскую печаль, приятно пахнущим женьшенем и благовониями.

Соскучился и по своему другу Кюджину. Ему просто хотелось вернуться к старой спокойной жизни с бабушкой, хотелось снова посещать школу…

Как он оказался в такой ситуации?

Здесь все было странным, пугающим и неприятным. Не было ни одного человека, что мог обнять и успокоить. Чхонъу чувствовал себя жалким.

Его всхлипы медленно стихали.

Кап. Кап. Чхонъу ощутил, как что-то холодное дважды ударилось о его шею. Медленно подняв голову, он увидел повисшие на краю крыши пагоды капельки дождя, теперь падавшие ему прямо на лоб. Как бы гордо ни сияло солнце на небесах, дождь все равно взял свое.

«Это ведь называют «лисьим дождем», не так ли?»

Слабо моросящий дождик на рассвете. Дождь, который часто называют «дождем в женитьбу тигра»*. Чхонъу пусто смотрел на мелкие капли, с каждым мгновением становившиеся все больше и больше. Небо начало тухнуть.

П. п.: В Корее существует легенда о влюбленном в лису облаке, что было вынуждено наблюдать за ее свадьбой с тигром и молча плакать, прячась за солнцем. По этой причине дождь в солнечную погоду называют «лисьим» или «дождем в женитьбу тигра».

Фигуру Чхонъу накрыла длинная тень незаметно подошедшего к нему человека.

Чхонъу, все еще на корточках, медленно поднял голову. Стоило его глазам встретиться с холодным взглядом, он вдруг осознал: бежать некуда. Сколько бы он ни старался, этот человек все равно будет возвышаться над ним.

— Зачем ты все время пытаешься спрятаться? — раздался из-под черного зонта угрожающе низкий и отстраненный голос. Из-за зажатой в зубах сигары произношение казалось еще резче, чем обычно.

Чхонъу шмыгнул носом и пробормотал:

— Потому что вы мерзкий.

Веки Ку Вонджэ на мгновение дрогнули — такого ответа он явно не ожидал.

— И ваше… ваш… тоже мерзкий.

В таком положении — сидя на траве, обняв руками колени — Чхонъу казался еще меньше. На черные спортивные штаны вместе с дождем покапали слезы.

— И бусины… бусины особенно…

Мужчина не проронил ни слова в ответ.

— Они слишком мерзкие. Мне… мне от них было так больно… я думал, меня вырвет… нет, мне просто страшно. Я не хочу больше этого видеть. Потому что это правда слишком…

Правда. Слишком.

Упорно повторяя одни и те же слова, Чхонъу вновь похоронил лицо в коленях и не сдержался: истерика взяла свое. Изогнутая шея скоро покрылась красными пятнами. Несмотря на растерянность, глаза Ку Вонджэ сохраняли свою прохладу. Сигарета меж его губ плавно качнулась, отчего пепел незримо посыпался на землю.

Спустя некоторое время Чхонъу пришел в себя в достаточной степени, чтобы смутиться и попытаться подавить всхлипы.

— Обед готов, — через боковую дверцу для персонала выглянул работник общей кухни. Удивленный его появлением, Чхонъу крупно вздрогнул.

— Нарыдался? — лениво уточнил Ку Вонджэ и поднес сигару к губам.

Чхонъу, все так же на земле, сжался и задумчиво принялся тягать пальцами мертвую желтую траву.

— Не… не знаю.

Парень загнул травинку покрасневшим кончиком пальца. Ку Вонджэ понаблюдал за цеплявшимися за его длинные ресницы слезами с долей удовольствия, прежде чем слегка наклонить голову.

— Мерзко, больно, отвратительно, страшно. Еще что-то? Прочие жалобы будут?

Чхонъу слабо качнул головой. Мужчина отошел назад и бросил:

— Тогда вставай.

Чхонъу неловко поднялся на затекшие от долгого сидения и оттого ослабевшие ноги.

Видя, что парень сам нормально ходить не в состоянии, Ку Вонджэ небрежно схватил его за запястье. Никакого подтекста или враждебности в его прикосновении не было, но Чхонъу рефлекторно напрягся. Мужчина в ответ на это лишь тихо фыркнул.

Внутрь гостиной дома номер семь они прошли в неловкой хромающей манере.

От представшего ему зрелища Чхонъу чуть не запнулся. На широком длинном столе в несколько рядов стояли разнообразнейшие блюда кухни Товонхян. Раньше Чхонъу доводилось лишь украдкой смотреть на них, если его звали на кухню или в столовую, чтобы с чем-то помочь.

— Сядь, — спокойно приказал Ку Вонджэ сзади. Несмотря на желание отказаться, Чхонъу нехотя поплелся к сиденью.

Стоило увидеть блюда поближе, как парень окончательно потерял дар речи.

Напиток по особому рецепту поваров Товонхян из меда, персиков и молока; дымящиеся пельмешки, завернутые в хрустящее белое кимчи и украшенные побегами камыша; овощи в темпуре, выполненные в форме кусочков торта; пикантная каша из черного кунжута и просяная каша; сладкий с ноткой горчинки салат из женьшеня; блестящая говяжья вырезка, креветки на гриле с маслом, жирный морской окунь…

Не говоря уже о не менее аппетитных гарнирах на красивых подносах, включая черный рис и рагу из морепродуктов.

Для обычного обеда это слишком много. Чхонъу большую часть этих блюд даже ни разу и не пробовал. Тем более, что еду для VIP-клиентов готовят из ценных натуральных продуктов, выращиваемых безо всяких искусственных удобрений, что явно прибавляло блюдам нулей в стоимости. Хотя это можно было понять, просто посмотрев на цены самых ингредиентов.

Ку Вонджэ тем временем обошел гостиную и растянулся на кресле с подголовником у широкого окна. На небольшом круглом столике рядом с ним лежали разнообразные чертежи зданий, планшет и аккуратно разложенные фотографии земли.

— Сядь, — повторил мужчина в небрежной манере.

Чхонъу поджал влажные губы — они еще побаливали в тех местах, где Ку Вонджэ по ним попадал. Парень не имел ни малейшего желания есть это, даже если от этого зависела его жизнь.

Конечно, он был голоден. После затянувшегося на двое суток сна его желудок болел так, что с простым голодом это было не сравнить. Но в такой ужасной и пугающей ситуации Чхонъу не смог бы впитать в себя даже легкую кашицу. В горле все еще было сухо.

— Если честно, я сейчас не очень голоден, — произнес Чхонъу, схватив воздух губами. — Прошу, поешьте сами. Я могу просто сходить в рабочую столовую…

— Я, по-твоему, спрашиваю? — перебил Ку Вонджэ, поднеся к своим глазам планшет.

— А?

— Тебе кажется, что меня интересует твое мнение?

Чхонъу сделал глубокий вдох, пытаясь успокоиться.

Его взгляд невольно коснулся чужих рук. Большие длинные пальцы без труда удерживали прямоугольник планшета.

Эти жилистые руки без малейших сомнений хлестали Чхонъу по щекам и ягодицам, не принося ни капли удовольствия. Парень до сих пор не мог забыть шок от первого шлепка. Тогда ему показалось, что ему в лицо прилетел камень. Болело просто ужасно.

— Вы не выглядите заинтересованным в моем мнении, — попытался безучастно ответить Чхонъу. — Но сейчас я не в настроении что-либо есть, поэтому просто…

— Зачем мне знать, какое у тебя там настроение?

http://bllate.org/book/13013/1146795