Следующим днем Бай Мусин смог проснуться только к обеду.
Когда он открыл глаза, часы показывали одиннадцать часов утра.
От нахлынувших воспоминаний минувшего вечера его лицо слегка напряглось.
Выражая согласие, он не придал этому такого уж большого значения.
Может, он и не имел большого опыта, но все-таки изучал основы физиологии в свое время и даже успешно сдал курс по этому предмету. Он не думал, что возникнут какие-то трудности.
К тому же, в сравнении с Инь Ю, который только-только достиг совершеннолетия, он считался взрослым, поэтому должен был воспринимать все спокойно.
Проблем быть не могло.
И все же когда Инь Ю притянул его в свои тесные объятия и увлек в долгие поцелуи, заставившие онеметь горло, попутно стягивая с него одежду, он осознал собственную чрезмерную наивность.
Изначально потерянный в туманном чувстве страсти, он вдруг погрузился в безмятежность.
Он предавался раздумью только о том, насколько высок Инь Ю, совсем позабыв о других, более интимных вещах и о том, находятся ли они в пределах нормы.
Это была огромная ошибка.
После короткой заминки он наконец откликнулся; бесстрастно вернул пуговицы полурасстегнутой пижамы в петли и сказал:
— Думаю, нам стоит подождать несколько дней, прежде чем принимать решение.
Бай Мусин четко разграничивал свои возможности.
Именно это удерживало его общение в допустимых рамках. Не испытывая особого влечения к другим людям, он лишь исполнял пассивную роль. Однако, учитывая реальность, он был просто бетой, а не мягкотелым омегой. Об этом лучше было забыть.
Он не хотел оказаться в больнице по столь нелепой причине!
…Инь Ю, со своей стороны, остолбенел от его реакции.
Его настроение резко упало с парящего на седьмом небе от счастья до громко разбивающихся осколков в глубоком мраке.
Он уставился на Бай Мусина, растерянный и расстроенный, словно пес на любимую ароматную кость, в одно мгновение отрастившую крылья и взмывшую в далекие облака, по несчастью для него.
Бай Мусин медленно покачал головой.
— Нет.
Для осознания очередного отказа Инь Ю потребовалось несколько секунд.
Это были естественные, неподвластные его контролю реакции организма.
Более того, исходя из прочитанных им любовных романов, люди казались весьма требовательными в этом отношении. Они часто упоминали цифру 28 или 32, потому он и беспокоился, не сочтет ли Бай Мусин его неполноценным.
Будучи чужеземцем в человеческом мире, он не понимал, что большинство таких романов строились на динамике альф и омег, крайне отличавшихся от бет, и вместе с тем преувеличивали в сравнении с действительностью многие вещи, делая их практически нереальными.
За исключением таких несведущих инопланетян, как он, никто не стал бы воплощать подобное в реальность.
Это превратилось в настоящую насмешку.
Инь Ю стоял, продолжая держаться за край ремня, выглядя при этом потешно и жалко.
Бай Мусин, чувствуя некоторую вину, попытался оправдаться:
— Это наш первый раз, и нам не хватает опыта. Не стоит торопиться.
Все же, отойдя от удара, Инь Ю вновь обрел способность говорить.
— Я-я учился, не волнуйся, — выпалил он. — Пусть я и новичок, я не допущу тех ошибок, которые совершают девственники.
Он даже сделал заметки о том, как доставить удовольствие своему партнеру.
Надо сказать, в этом аспекте у людей присутствовало гораздо больше разнообразия, чем у его унаследованных воспоминаний, что действительно поражало воображение.
«Но дело же не в новизне?» — подумал Бай Мусин. Очевидно, нет. Это был вопрос совместимости.
Опыт можно наработать, но, если оборудование выходит из строя, ты же не можешь просто отрезать кусок на месте?
Как раз в тот момент, когда Бай Мусин собирался опять отказаться, Инь Ю придвинулся к нему ближе, увлекая в объятия и бормоча:
— Мы можем просто поцеловаться? Хотя бы немного?
По-прежнему не избавленный от чувства вины за несдержанное слово, Бай Мусин, конечно же, уступил этой маленькой просьбе.
Только поцелуи, ничего больше.
Однако после того, как Инь Ю отстранился от его губ, раздалась еще одна мольба.
— Я могу прикоснуться к тебе, совсем чуть-чуть?
После недолгих раздумий Бай Мусин вновь согласился.
Вот так все и пошло по накатанной с вьющимся вокруг него Инь Ю, словно маленькая собачонка с беспомощным и умоляющим взглядом.
Бай Мусин запомнил только мерцающий серебряный свет в его глазах: исходно сгущенное серебро размельчилось и разлилось в его очах, подобно притягательной и таинственной галактике.
Мало-помалу ситуация вышла из-под контроля.
Он не понял, как это произошло.
Поначалу Бай Мусин намеревался воздержаться. Однако к тому времени, как он осознал, что что-то идет не так, Инь Ю уже добился желаемого.
До больницы дело не дошло, но в самом начале действительно было несколько некомфортно.
Хотя все оказалось не так страшно, как он себе представлял, и это неприятное чувство постепенно растворилось.
Инь Ю не солгал. Он с воодушевлением продемонстрировал множество хитроумных способов умаслить его. Иногда Бай Мусину казалось, что это чересчур, что в этом нет нужды, однако Инь Ю вообще не имел границ, что расширяло горизонты Бай Мусина.
Конечно, как человеку польщенному, это ощущалось хорошо, если не брать во внимание смущение.
Не будем останавливаться на этом.
Больше всего удручало, что они договорились лечь спать до одиннадцати часов для соблюдения здорового режима, пока за всеми ласковыми словами Инь Ю, его милым поведением и уговорами Бай Мусин внезапно не обнаружил, что уже полчетвертого утра!
После всего они вместе приняли ванну, а затем завалились спать. Сон Бай Мусина оставался безмятежным и нетронутым, пока его не разбудил шум встающего Инь Ю. Однако заверениями и ласками он быстро вернулся в царство Морфея. И в следующий раз, когда он уже окончательно пришел в себя, было одиннадцать часов дня.
Бай Мусину не хотелось шевелиться. Ему казалось, словно он выполнил десять подходов самой интенсивной тренировки, как и раньше.
Он не ожидал, что это будет так утомительно. Бесспорно, он не прилагал особых усилий, просто поднимал ноги и изгибал талию соответствующим образом. По логике вещей дело было весьма легкое, без особых напряженных движений.
Как ни посмотри, Инь Ю тоже должен был утомиться, верно?
И все же парень проснулся до рассвета полный энергии, позаботился о ферме, прибрался и приготовил ему сытный завтрак.
Бай Мусин ничего не понимал.
Некоторое время он просто ошеломленно моргал, а потом медленно поднялся с кровати. Вставая, он издал стон, схватившись за поясницу.
Во время завтрака цвет его лица все еще выглядел неважно.
По обыкновению он придерживался равнодушного выражения на лице, однако сегодня он казался особенно холодным, как будто покрытым слоем инея. В его взгляде, обращенном на Инь Ю, виделся намек на пристальное внимание.
Он начал сомневаться, не слишком ли упростил Инь Ю в своих мыслях.
Бай Мусин никогда ни для кого не менял своих решений. Как же он мог так легко забыть обо всем прошлым вечером под влиянием Инь Ю?
Слишком невероятно.
Он всегда считал Инь Ю немного глуповатым и наивным. С самого начала он уверовал, что, будучи зрелым взрослым человеком почти тридцатилетнего возраста, он не поддастся манипуляциям этого ребенка.
Теперь же он не был так уверен.
Почему ему казалось, будто Инь Ю обвел его вокруг пальца? Действительно ли он был таким невинным, каким выглядел?
Инь Ю был искренен в своих извинениях, когда упал на колени перед Бай Мусином, лепеча так, словно по-настоящему раскаивался:
— Прости, Мусин, это все моя вина. Наверное, я перевозбудился, потому что это был мой первый раз. Нам следует больше практиковаться в будущем.
* * *
По неведению Бай Мусин уже полмесяца как был женат.
В прошлом за полмесяца он поучаствовал бы в дюжине сражений, если бы дело требовало особой срочности.
Для жизни в основном сосредоточенной на земледелии и скотоводстве, полмесяца протекали довольно медленно: времени едва хватало на то, чтобы посевы отпустили новый побег.
Между тем, за прошедшие дни жизнь Бай Мусина претерпела огромные изменения.
Для начала он обрел спутника жизни, своего законного супруга, и ушел от уединенной жизни к той, где каждый день проводил рядом с ним — в частности, с Инь Ю, изо дня в день ходящим за ним по пятам от пробуждения до отхода ко сну.
К тому же, он обнаружил, что совсем обленился. Когда это началось?
Стать трудолюбивым и дисциплинированным довольно нелегко, ибо путь в гору сложен. Однако стать лентяем проще простого.
Не прошло и двух-трех месяцев, всего спустя пару недель Бай Мусин понял, что превратился в нерадивого бездельника.
Он практически не работал на ферме — большую часть дел на себя взял Инь Ю. Парень искрился от количества своей энергии. Не давая ему работать, он будто потешался над ним, вызывая у Бай Мусина странное чувство, как если бы он держал дома большую собаку и при этом не выпускал ее на прогулку.
Даже приготовлением пищи и другими домашними делами в основном занимался Инь Ю. Бай Мусин иногда помогал ему, но его вклад едва ли был таким значительным.
Если так подсчитать, самым частым занятием Бай Мусина за последние полмесяца стала рыбалка на берегу моря!
Тем не менее, из десяти случаев он выловил рыбу раз восемь, а это практически сводилось к тому, что он вообще ничем не занимался.
Выходило дурное положение дел. Если в комфортной обстановке человек потакал дурным привычкам, то в момент опасности он останется как без рук.
Опекаемый чужой заботой и защитой никто не мог прожить вечно.
Он не должен был так потворствовать своей лени.
Однако каждый раз, когда он пытался собраться с духом и мотивацией, Инь Ю уговаривал и обольщением вынуждал снова лечь ничком.
Вот именно, что обольщением.
Вследствие этого Бай Мусин точно убедился, что его внешне честный… ну, на самом деле он вовсе не выглядел честным, но первое впечатление Бай Мусина сильно исказилось из-за его внешности и впечатлений в интернете — в действительности его муж был тем еще хитрецом.
Не то чтобы Инь Ю отличался особой искусностью в этом деле — это было бы слишком щедро для его интеллекта. Он по сей день не понимал многих обычных вещей об Империи и часто отпускал шутки, однако он всегда находил способ манипулировать Бай Мусином и заставлял того следовать его советам.
Бай Мусин, придерживающийся дисциплины более двадцати лет, обернулся ленивым и загнивающим человеком, каким никогда не смел себя представить.
Хотя, как ни странно, вопреки упадку его работоспособности до нуля, его телосложение стало лучше по сравнению с предыдущим.
Теперь ему не нужно было даже особо стараться, чтобы отчетливо проглядывали очертания его пресса.
Причина этого явления тоже была проста.
Все опять же возвращалось к Инь Ю.
Во время их первого раза Бай Мусин остался недоволен тем, сколько времени это заняло. Инь Ю с искренним видом пояснил, что так произошло в связи с нехваткой у него опыта и практики, оттого он так усердно практиковался с Бай Мусином, заявив, что это только поможет в достижении совершенства процесса.
Однако, чем больше они практиковались, тем хуже становилось; поясница Бай Мусина ныла почти каждый день.
К тому моменту, когда он осознал обман, мышцы его живота оказались натренированы.
Он долго размышлял, а затем скачал программу для борьбы с мошенничеством.
После недолгих поисков он так и не смог найти никаких преступлений, связанных с тем, что его новоиспеченный муж обманом заставил его тратить более четырех часов в день на… интимные занятия. К какой категории жизни это можно было отнести?
Дорогие наши читатели!
💓
💓
ВАЖНО!
💓
💓
В контакте мы открыли новую функцию для ускорения переводов! Теперь стало проще, переводчики, что согласны участвовать в ускоренных переводах сами выставляют свои проекты. Теперь вы можете донатить на ускорение перевода сразу в ВК. И самое главное - теперь вы можете делать это сообща! Если несколько человек выберут один проект, сумма уже не будет казаться такой большой! 🐰
Все кто поучаствуют в ускоренных переводах получат доступ к проспонсированными ими главах.
Мы выбрали несколько целей на переводы проектов, которые скоро завершатся.
Если сумма соберется полностью, переводчик закончит проект, если же нет, то отработает ту сумму, которая накопилась.
Спасибо вам всем за любовь к нашей команде и нашим проектам, это очень важно для нас. Спасибо, что вы с нами!
Ссылка на нашу группу ВК: https://vk.com/webnovell
http://bllate.org/book/12999/1145347
Сказал спасибо 1 читатель