Готовый перевод After the Protagonist of the Sadistic Novel Turns Into a Salted Fish! / Ленивая жизнь бывшего героя садистского романа! [❤️]: Глава 20.2

Для человеческого рода, который мог прожить всего одну-две сотни лет, без физиологической эволюции их срок жизни был слишком мал. Это все равно что сравнить муравья с человеком — всего лишь мимолетный миг. 

Этот способ совместной эволюции также выработался с целью ухаживания.

В конце концов, помимо ползания по вселенной и сеяния хаоса, у Ицзя имелось не так много возможностей по-настоящему использовать силу своего партнера, и поиск партнера — их главный приоритет. 

Если не сейчас, то когда?

Инь Ю еще долго смотрел на Бай Мусина у кровати. Он медленно шевелился, словно клей приклеил их ноги к полу, иногда делая несколько шагов вперед, а затем отступая назад. 

Он даже тщательно осмотрел всю комнату, выискивая любую область, которая могла бы потребовать его внимания.

Наконец, с неохотой закрыв окно и плотно задернув шторы, чтобы зародить атмосферу безопасности и уюта в комнате, он все-таки нашел причину уйти. 

Хотя он норовил остаться здесь на неопределенный срок, ему по-прежнему приходилось помогать Бай Мусину заботиться о ферме и приводить в порядок различные дела. 

Быть компетентным компаньоном означало уметь добывать пищу снаружи и управлять гнездом внутри.

Этому не требовалось обучения — то был инстинкт, заложенный в генах всех организмов. 

Несмотря на то, что Бай Мусин с энтузиазмом откликнулся на его ухаживания (да-да, тот самый инициативный поцелуй), Инь Ю и не думал расслабляться. В противном случае, разве он не стал бы похож на тех неполноценных мужчин, которые были чрезмерно внимательны, а после женитьбы превращались в ленивых скупердяев? 

В таком случае он бы остался без пары!

Люди отличались от них: они меняли партнеров на половине пути! Инь Ю ненавидел такие обычаи!

Что это было за слово… Развод или расставание? Он не мог припомнить.

В любом случае, он не даст Бай Мусину ни единого шанса произнести это слово! 

Инь Ю подумал о своих комментариях, оставленных ночью на романтическом форуме, пока он изучал методы ухаживания за людьми, и его сердце внезапно поразило чувство кризиса. 

С решимостью в сердце Инь Ю плотно закрыл дверь за собой и тут же погрузился в суету, не смея останавливаться ни на мгновение. 

* * *

Бай Мусин, естественно, не знал о бурных внутренних переживаниях Инь Ю.

Он крепко проспал большую часть дня, совершенно не подозревая о великолепном закате, озарившем небо своими мягкими оттенками, когда он наконец пошевелился. 

Открыв глаза, он сразу же почувствовал голод. Все-таки он ничего не ел целый день, и пустота в желудке вызвала мгновенный приступ голода. 

Однако он не мог позволить себе задержаться на этом. 

Бай Мусина до сих пор терзали затаенные страхи из-за его прошлого опыта, когда он, будучи омегой, впадал в жар.

Каждый раз, когда у него поднималась температура, это сигнализировало, что он все сильнее погружался в водоворот, именуемый как «период течки». 

Именно его изначальная неосведомленность о собственных особенностях привела к тому, что ситуация накалилась до необратимого предела.

После перерождения, во время которого его железа была удалена и он был госпитализирован, каждая ночь проходила в неспокойном сне. 

Он размышлял о возможности дифференцироваться раньше. 

До перерождения эти мысли не раз посещали Бай Мусина. 

После него, когда он попал в больницу сразу после удаления желез, Бай Мусин тревожно спал каждую ночь, не зная, связано ли это с чрезмерной потерей крови. 

Железы находились в особом месте, что делало невозможным использование большого количества обезболивающих.

Много раз ему снилось, как он просыпается в своей прошлой жизни от тихого мигания разноцветных линий и цифр на контрольном оборудовании, смотрит на белый потолок больницы, не в силах понять, от чего болит его шея — от раны или от течки.

Было ли его перерождение просто сном?

Когда он очнется от сна, будет ли он все тем же омегой, запертым в столичной звезде и преследуемым несколькими альфами, которые подходили ему на сто процентов?

Его руки и ноги оцепенели от охватившего его холода.

Только когда он с натугой потянулся рукой, чтобы коснуться марли и почувствовать слабый запах крови, он смог избавиться от этого неприятного чувства. 

Зрачки Бай Мусина почти неосознанно сузились: первое, что он сделал при пробуждении, — протянул руку и коснулся затылка. 

Кожа там была гладкой, и при более сильном надавливании не чувствовалось никаких отклонений. Бай Мусин с облегчением вздохнул.

Пожалуй, нет...

В конце концов, перед началом операции он проштудировал старые учебники и тщательно изучил расположение желез, чтобы убедиться, что разрез получился достаточно чистым.

Бай Мусин не сомневался в своих силах, а его многолетний опыт службы в армии до сих пор пригождался в некоторой степени. 

Кроме голода, он не чувствовал никакого дискомфорта. 

Все попросту походило на долгий сон — отчего-то Бай Мусин был уверен в этом. Но как только он проснулся, то совершенно забыл его содержание, которое оставило после себя лишь пустоту, словно послевкусие. 

Должно быть, то был хороший сон. Даже с отсутствием каких-то воспоминаний о нем его сердце все равно наполнялось чувством облегчения и радости. 

Не было той глубокой усталости, как раньше после побега из продолжительного сна. 

Его тело казалось мягким и расслабленным.

Словно вся тяжесть прошлого была смыта.

Даже легкое чувство депрессии исчезло. 

На самом деле после операции его физическое состояние как будто было не таким хорошим, как прежде. 

Возможно, как и в случае с угрозами доктора, железы беты не имели никакого значения в ухаживаниях, но все равно являлись частью организма, взаимосвязанной с другими гормональными системами. Их повреждение могло иметь определенные последствия.

Конечно, это также могло повлечь изменения в мышлении. 

После долгих лет вынужденного пребывания в общественных кругах столичной планеты в прошлой жизни, ему наконец удалось сбежать и стать фермером. При этом уклад его жизни становился все более и более ленивым.

В прошлом он мог бодрствовать днями и ночами на поле боя, а теперь он с трудом сохранял такую умственную энергию. Как только люди расслаблялись и теряли веру, усталость легко одолевала. Бай Мусин уже получил соответствующие знания на курсах психологии. 

Но теперь, по окончании войны и ухода на пенсию, интенсивность его работы на ферме была незначительной. Так что это было не столь важно. 

Бай Мусин чувствовал себя уверенно и спокойно. Он не паниковал по этому поводу.

Кому не понравится, что его тело становится лучше?

В любом случае, возможно, благодаря чуткой интуиции, он чувствовал, что это не так уж плохо.

После некоторого времени, проведенного в размышлениях о своей прошлой жизни, Бай Мусину захотелось проверить, как обстоят дела в данный момент.

Странно, почему он вдруг так долго спал? Лихорадка была настолько сильной?

http://bllate.org/book/12999/1145326