Готовый перевод After Getting A Job in the Nether World, I Became Famous / Подрабатывая, становлюсь популярным! [❤️]: Глава 1.2. Запах призрака

Лань Хэ не вникал в разговор, а только думал о жареных куриных лапках.

Фарфоровая миска выглядела очень старой. Куриные лапки были разрезаны пополам: румяные и пропитанные соусом, они были украшены рубленым луком, молотым имбирём и сушёным острым перцем. Густой и приятный аромат обволакивал ноздри.

Внезапно кто-то перехватил тянувшуюся за куриными лапками руку Лань Хэ. Это была одна из женщин, перебиравшая овощи. Она загадочно сказала:

— Вы двое, будьте осторожны сегодня ночью. Старик Сун, который вчера умер, жил как раз в соседнем доме.

Внезапно сигарета Чэн Хайдуна потеряла свой аромат, и он в сердцах сказал: 

— Вот дерьмо! — а затем продолжил: — Что у вас за люди такие! Вы сдали нам его дом? В какой комнате он жил?

Женщина ответила:

— Это его сын решил сдавать. Старик жил в комнате с восточной стороны.

Другие женщины перебили её:

— Перестань их запугивать, молодые сейчас не верят во все эти суеверия. Тем более комнату старика Суна освободили за два дня, и он умер не в ней, а в комнате своего сына.

— Мы сначала не собирались ничего говорить. В деревне всё было решено заранее.

Из слов женщин стало понятно, что старик всё время жил в этом доме, и хотя он умер не в своей комнате, но практически до самой смерти находился там.

В комнате с восточной стороны как раз остановился Чэн Хайдун. Он с ужасом представил, что все вещи, которые были в комнате, принадлежали покойному. Хайдун с силой стиснул бычок зубами, посмотрел на отстранённого Лань Хэ, который всё ещё мечтал о жареных куриных лапках, и воскликнул:

— Алё! Ты здесь вообще?

— Здесь, — Лань Хэ с трудом оторвал взгляд от еды. — Надо найти кого-нибудь из рабочего персонала и попросить другую комнату. Если нет, тогда я могу поменяться с тобой.

Он так непринуждённо сказал это, что Чэн Хайдун невольно подумал, что накручивает себя и его просто напугали слова этих женщин. Но, поразмыслив ещё немного, он всё же обратился к сотруднику сьемочной группы с просьбой поменять комнату. Однако все были заняты своими делами и просто отмахнулись от оператора.

Лань Хэ сдержал своё слово и перед сном поменялся с Чэн Хайдуном комнатами. Чэн Хайдун выглядел сконфуженно: он, здоровый парень под метр восемьдесят, но оказался гораздо более впечатлительным, чем Лань Хэ.

Оператор пробормотал:

— Это нехорошо...

— Апчхи! — снова чихнув, потёр нос Лань Хэ. — Не переживай, всё нормально.

В народе говорят: «Увидев странное, не паникуй, и оно само исчезнет». Похоже, что Лань Хэ эти слова подходили гораздо больше, чем Чэн Хайдуну. Оператор своим неловким видом напоминал фанатов, приходящих на съёмки. Он сказал:

— Дружище, спасибо тебе. Ты случайно не простудился? Береги себя.

Чэн Хайдун переехал в комнату Лань Хэ. Изначально это не была спальня, и вообще было непонятно, для чего эта комната использовалась. Повсюду хранились чайные листья — в деревне Яньтан многие семьи выращивали чай.

Посередине комнаты специально для гостя поставили кровать с металлической сеткой. Чэн Хайдун не был привередлив, поэтому его всё устроило.

Единственным неудобным моментом было то, что туалет находился в другой стороне дома.

Ночью в деревне вообще не было освещения, только во дворе горела тусклая жёлтая лампочка. Непонятно, спали ли люди в соседних дворах, но вокруг было очень тихо. Однако Чэн Хайдун смутно слышал какую-то музыку.

Это была музыка из траурного зала — больше неоткуда.

Чэн Хайдун весь покрылся мурашками и стал успокаивать себя, что ему не следует поднимать панику на пустом месте. Повернувшись, он увидел, что в комнате Лань Хэ горит свет, и на душе у него сразу стало спокойнее. Чэн Хайдун быстро сходил в туалет, вернулся и залез в кровать.

Надо поспать, завтра будет тяжёлый рабочий день. 

В полусне Чэн Хайдун внезапно почувствовал прохладу и машинально стал искать пульт от кондиционера, чтобы увеличить температуру. Внезапно до него донёсся звук сильного старческого кашля, как будто воздух с трудом проходил в чужие лёгкие: 

— Кхэ-кхэ-кхэ! Грхм...

Чэн Хайдун сразу же проснулся и, не успев открыть глаза, почувствовал, как его лицо онемело.

Этот звук... Ему приснилось, или в доме была плохая звукоизоляция, а кашлял проходивший мимо житель деревни?

Чэн Хайдун вспомнил, что в этой комнате вообще не было кондиционера, но днём всё равно было довольно прохладно. Прохладно, но не так холодно как сейчас — холод просто пронизывал его до самых костей.

Хотя его глаза были закрыты, он чувствовал, как темнота давит на него, как будто что-то было надето ему на голову.

Следом раздалось звяканье чайного сервиза, затем послышался звук наливающегося в чашку чая, а потом легкий скрип, как будто кто-то сел на раскладной стул.

Эти звуки раздавались очень близко, как будто в комнате, кроме него, находился кто-то ещё; у Чэна Хайдуна волосы на голове зашевелились. Он попытался встать и позвать на помощь, но всё его тело как будто налилось свинцом. Из его головы напрочь исчезли все имена работников съёмочной группы. Он не смог вспомнить ни одного иероглифа, только пробормотал что-то нечленораздельное.

Вдруг раздался стук в дверь.

Реальность снова стала отчётливой и привычной: Чэн Хайдун почувствовал, как будто он вынырнул из воды на берег. Все его органы чувств снова заработали, он открыл глаза и по-настоящему проснулся.

Его майка промокла от пота, а сердце бешено колотилось от страха.

— Хайдун? — это был голос Лань Хэ.

Чэн Хайдун в один присест поднял девяносто килограмм своего веса и бросился к двери. Увидев Лань Хэ, он чуть не расплакался от счастья и сказал:

— Друг, в этой комнате что-то...

Тут какая-то чертовщина! 

Но он не осмелился сказать это вслух. Посреди ночи не стоит говорить что попало. Он боялся, что может накликать на себя беду.

Раньше до Чэн Хайдуна доходило много слухов о сверхъестественном, но лично он переживал такое впервые.

Его внезапное оцепенение не было дурным сном, он даже подумал, что это какой-то сонный паралич, вызванный призраком. Однако комната, в которой он спал, не была комнатой умершего.

Стоп-стоп-стоп. Разве не считается, что пожилые люди мало спят? Поэтому старик оказался не в кровати, а пошёл пить чай в соседнюю комнату?

Чёрт! Вот же ж невезение! Зачем только он поменялся комнатами?

— Тебе приснился кошмар? Я услышал, как ты громко разговаривал, — сказал Лань Хэ и продолжил: — Если хочешь, я могу поспать здесь вместо тебя.

— Не нужно, — отказался Чэн Хайдун и подумал про себя: «Старик уже попил чай, а если потом он пойдёт спать к себе?»

Чэн Хайдун продолжил:

— Тебе тоже не стоит оставаться в этой комнате. Просто найди кого-нибудь ещё, я только что... Ты слышишь меня? — У Чэн Хайдуна было бледное лицо, он всё ещё был слаб и стоял у двери. — Я пойду поищу Лао Чэня.

Лао Чэнь был ещё одним оператором из съёмочной группы, он остановился в этом же подворье. Самое важное было то, что Лао Чэнь занимался ушу, и, по слухам, у него был вспыльчивый нрав. Он уж точно не станет бояться всякой нечисти.

— Хорошо, ты иди. Апчхи! — Лань Хэ отошёл назад.

— Береги себя, не простынь! — сказал Чэн Хайдун. Он подумал, что Лань Хэ и правда очень смелый: тот не вслушивался в его слова и решил, что Хайдуну приснился кошмар. Оператор пошёл в комнату к Лао Чэню, постучал в дверь и, выслушав поток брани, зашёл внутрь.

Лань Хэ проводил взглядом Чэн Хайдуна и помахал рукой перед носом.

Однажды в детстве дед Лань Хэ взял его с собой на похороны дальней родственницы. Лань Хэ спросил деда о том, вернётся ли тётя назад. Дед ответил, что на седьмой день дух тёти придёт на него посмотреть.

Лань Хэ спросил: если вдруг он будет спать, то как он узнает, что дух тёти здесь?

Дед ответил, что появится запах.

Запах жжёной бумаги.

http://bllate.org/book/12998/1145208