Готовый перевод Part-Time Taoist Priest / Даосский священник на полставки [❤️]: Глава 5.2: Доброта проистекает из доброты

— Действительно. Я тоже подумал о том, что обычно дом охраняет кто-то из двенадцати богов. Например, голубой дракон или белый тигр. Они оба свирепы и не дали бы злым духам творить беспредел без какой-то причины, — сказал Се Линъя.

Похожая ситуация произошла в доме его одноклассника в старшей школе. Но там проблема была ещё и в фэншуй — много всего накопилось. Именно тогда забредший к ним призрак и начал доставлять неприятности, подобно кошмарам, которые появились у семьи господина Хэ. Если отложить эту проблему в долгий ящик, всё будет становиться только хуже и хуже.

У всего есть причина. Если верить Ши Чжансюаню, в данном случае ей стал неожиданный доход, который господин Хэ получил где-то полмесяца назад.

Даже тётушка Хэ не знала об этом. Она вопросительно взглянула на мужа:

— О каком неожиданном доходе идёт речь?

Господин Хэ смущённо ответил:

— Полмесяца назад я ужинал с клиентом, господином Фаном, который работает со мной в одной сфере. На обратном пути он нашёл на обочине сумку с деньгами. Там, мне кажется, были сотни тысяч юаней. Он отдал мне тогда двадцать тысяч, и я просто взял их. Это настолько серьёзно? Я слишком много выпил в тот день. Но если бы я сам их нашёл, то обязательно отнёс бы сумку в полицейский участок. Правда! Мне не нужны эти сотни тысяч юаней!

Ши Чжансюань на мгновенье задумался, а после его лицо помрачнело:

— Это не было неожиданным доходом. Это были деньги, на которое можно купить жизнь.

— Что вы имеете в виду? — спросил господин Хэ.

— Подождите минутку, не тот ли это господин Фан, который работает в Тунсине? — неожиданно подал голос господин Ван. — Неужели это тот скупердяй Фан Чжэньсин? Я слышал, что два дня назад все его дела отошли другому человеку, а сам он слёг с какой-то болезнью.

Как только были произнесены эти слова, в комнате повисла тишина.

Господин Хэ почувствовал, как по всему его телу побежали мурашки, и его затрясло, будто от холода, хотя был самый разгар дня.

Хотя и говорят, что люди не могут разбогатеть без внезапного дохода, но если они хотят его потратить, то должны быть готовы к последствиям. Он входит на своих ногах, а выйти может вперёд ногами. «Вперёд ногами» в данном случае означает, что это может привести к смерти. Кто бы мог подумать, что такая удача, как неожиданное богатство, может обернуться летальным исходом.

Се Линъя слышал что-то об этом от дяди. Он рассказывал, что в восьмидесятых годах прошлого века один фермер нашёл на дороге пять юаней и с радостью их потратил. Однако потом он серьёзно заболел. Получилось, что игра не стоила свеч.

Тогда он попросил Ван Юйцзи о помощи, и тот объяснил, что деньги были прокляты и нарочно выброшены прямо на дорогу. Если кто-то поднял их, руководствуясь алчными помыслами, неважно, какую сумму он бы потратил, его непременно ждала бы неудача.

Это было своего рода переложение. Возможно, владелец денег был болен, и через них болезнь или проклятье перешли на человека, который их поднял. А их трата была рычагом, запускающим механизм действия.

Подобное было популярно в деревнях пару десятков лет назад. Проклятие можно снять, но снятие такого злого проклятия равноценно борьбе с человеком, который его наложил. Но если ты не сможешь победить, то можешь умереть.

За оказание подобных услуг Ван Юйцзи никогда не брал денег. Согласно традиции, люди, которые получили помощь, приходили к нему на праздник Саньюэсань*, чтобы поздравить. Се Линъя помнил их ещё с детства. Но со временем люди переставали приходить. В большинстве своём они делали это лишь первые несколько лет после того, как получили помощь. А ещё какое-то время спустя, с развитием технологий и интернета, всё меньше людей стали приходить к бедному даосскому священнику Ван Юйцзи за помощью.

П.п.: Саньюэсань — праздник, ежегодно отмечаемый в третий день третьего лунного месяца. В этот день нарядные юноши и девушки народности чжуан собираются вместе в полях на вершинах гор и в два голоса исполняют деревенские песни — куплеты-экспромты гэсюй.

Тётушка Хэ также знала Фан Чжэньсина и уже точно была уверена в правдивости слов Се Линъя и Ши Чжансюаня. Услышав о том, что произошло, она невольно испугалась:

— Тогда что же нам сейчас делать? Должны ли мы вернуть деньги?

— Если вы даже не знаете, кто наложил проклятие на деньги, кому вы собираетесь их возвращать? — ответил Ши Чжансюань. — Большая часть денег была потрачена Фан Чжэньсином. Вы также потратили некоторую сумму, поэтому ваша энергия пошатнулась и привлекла злых духов. Их просто нужно прогнать и позвать обратно бога домашнего очага. Кроме того, передайте деньги, которые вам дали, мне.

— Верно, я не все их потратил, — господин Хэ уже был убеждён, поэтому быстро скрылся наверху, вернувшись обратно с пачкой денег в руке. Се Линъя, только взглянув на неё, определил, что там было около восьми тысяч юаней.

Ши Чжансюань тоже взглянул на деньги и вытащил из своей сумки жёлтую бумагу. В неё он завернул оставшуюся у господина Хэ сумму.

Господин Хэ заметил, что даос не касается его рук, поэтому нервно схватил салфетку и начал вытирать их.

— Какой смысл вытирать их сейчас! — прошептала ему тётушка Хэ.

Господин Хэ хрипло рассмеялся и уважительно обратился к Ши Чжансюаню:

— Мастер Ши, что нам следует делать теперь?

— Чтобы сделать подношение богу домашнего очага, нужно высчитать время согласно методу Цун Чэнь*. Пожалуйста, напишите мне даты рождения хозяина и хозяйки дома.

После того как Ши Чжансюань составил гороскоп, он определил, что подношение должно быть сделано сегодня в десять часов вечера.

П.п.: Цун Чэнь — определение (нахождение) счастливого дня на основании взаимодействия пяти стихий у гадателей.

— Хорошо, тогда оставайтесь у нас на ужин, — сказал господин Хэ, переводя взгляд на Се Линъя, будучи не очень уверенным, стоит ли оставлять и его. По сути, остался всего один шаг. Разве уместно для людей их профессии просто стоять и наблюдать за работой друг друга?

Но Се Линъя сделал вид, что не понял намёка. Ши Чжансюань тоже ничего не сказал. Да и что он должен был сказать?

Се Линъя просто хотел поговорить с Ши Чжансюанем. Кроме того, он чувствовал, что что-то здесь не так, но не ожидал, что всё сложится таким образом.

К сожалению, Се Линъя не удалось остаться наедине с Ши Чжансюанем до ужина. После того, как солнце село, господин Хэ вместе со своей женой не отходили от него ни на шаг. Как и сказал господин Хэ, пока они не знали, что кроется за их кошмарами, они не воспринимали это как нечто серьёзное. Но теперь они по-настоящему испугались, когда узнали, что происходит.

***

Около десяти часов вечера господину Вану пришлось покинуть дом по каким-то своим причинам, но Хэ Цзунь всё ещё был там.

С девяти часов Ши Чжансюань начал приготовления к ритуалу и достал всё необходимое, чтобы нарисовать талисман.

Тут следует упомянуть, что в даосизме есть священники Чжэнъи, которые могут не жить при храме и всё равно практиковать даосизм. Также им разрешено есть мясо и жениться.

В даосизме было несколько различных школ: одни были хороши в создании талисманов, другие специализировались на алхимии. Чжэнъи скорее относились к первым — они использовали свои талисманы для изгнания злых духов.

— Какой талисман вы хотите нарисовать, мастер Ши? Давайте я вам помогу, — предложил Се Линъя. Наверное, господин Хэ подумал, что он хочет вмешаться в работу, чтобы разделить денежное вознаграждение. Но на самом деле Се Линъя хотел показать Ши Чжансюаню, что он тоже на что-то способен.

Ши Чжансюань молча смотрел на Се Линъя какое-то время, а после протянул ему кисть.

— Талисман для привлечения достатка в дом.

С этим он справится. Се Линъя был вне себя от радости и с готовностью принял кисть. Однако, заняв место Ши Чжансюаня, он понял, что рисовать за столом, который тот обустроил, не очень удобно. Се Линъя начал рисовать, просто сев на пол и облокотившись на журнальный столик.

Ему вдруг захотелось напеть «Little Jumping Frog», но он решил сдержать себя.

Господин Хэ и его жена не были осведомлены о том, что и как нужно делать, поэтому и не подумали, что что-то может идти не так.

Ши Чжансюань же приоткрыл губы, будто хотел что-то сказать, но в итоге не произнёс ни слова, безмолвно наблюдая за Се Линъя со сложным выражением во взгляде.

Се Линъя не знал, сколько талисманов необходимо, поэтому нарисовал сразу десять групп, чтобы не задавать неловких вопросов.

Однако Ши Чжансюань не остановил его.

«Чёрт! В записях не было ничего о ритуале привлечения бога домашнего очага, для которого потребовалось бы столько талисманов!». Кажется, десятка было недостаточно, поэтому Се Линъя просто остановился и сказал:

— Я схожу в туалет, а вы тогда сами закончите с талисманами?

— Нет, одной группы было достаточно, — ответил Ши Чжансюань, глядя на ошеломлённое лицо Се Линъя.

Се Линъя взял себя в руки — по крайней мере, он продемонстрировал свою выдержку!

Ши Чжансюань достал из своей сумки необходимые для ритуала предметы и надел своё даосское одеяние.

Когда Се Линъя увидел это, то понял, что не может уступить Ши Чжансюаню. Может, у него и нет специального одеяния, зато есть магический артефакт! Он открыл коробку, которую взял с собой, и вытащил оттуда Третий драгоценный меч силы, будто бы невзначай демонстрируя его мастеру Ши.

Ши Чжансюань соединил ладони вместе, стоя перед алтарём, и начал читать мантру.

Хэ Цзунь, стоявший позади, спросил Се Линъя:

— Учитель Се, этот деревянный меч, похоже, очень старый. Как вы его используете?

— Его называют Третий драгоценный меч силы, — ответил Се Линъя. — Это магический артефакт, который оставил мне предыдущий владелец храма Баоян. В даосизме существуют три сокровища* и три драгоценных меча. Первое сокровище и первый меч — это доброта…

П.п.: Три сокровища (кит. трад. 三寶, упр. 三宝, пиньинь sānbǎo) — в даосизме общее название основных добродетелей. Первое сокровище — ци (кит. 慈, пиньинь cí), буквально: «сострадание, доброта, любовь, человеколюбие». Второе сокровище — цзянь (кит. трад. 儉, упр. 俭, пиньинь jiǎn), буквально: «самоограничение, умеренность, экономность, сдержанность, бережливость». Третье сокровище передаётся фразой из шести иероглифов: бугань вэй тянься сянь (кит. трад. 不敢為天下先, упр. 不敢为天下先, пиньинь bugan wei tianxia xian), буквально: «не стремиться быть первым под небом».

В этот момент в комнате начал клубиться чёрный туман. Свечи, которые зажёг Ши Чжансюань замерцали. За окном воцарилась кромешная темнота, а пространство заполнил пронизывающий до костей холод.

Всё это заставило хозяев дома крепко обнять друг друга, сжимая в ладонях талисманы, которые дал им Ши Чжансюань.

Сам он, медленно двигаясь, рассыпал дорожку риса от угла комнаты до середины гостиной, а затем также рассыпал его перед дверью.

Призраки невидимы, поэтому, чтобы отследить их перемещение, нужно было использовать окружающие предметы.

Ши Чжансюань одной рукой держал меч, а второй открыл дверь, готовясь к выдворению призрака.

Если бы знающий человек взглянул на то, что происходит, он бы сказал, что всё достаточно стандартно. Ши Чжансюань просто шёл по комнате, но, присмотревшись, можно было заметить, что он не сделал ни одного лишнего шага и не приложил никаких дополнительных усилий.

Его спокойствие вселило уверенность в Хэ Цзуня. Он продолжал повторять про себя, что всё будет в порядке, а когда он увидел, что Се Линъя смотрит на него абсолютно спокойным взглядом, то стиснул зубы и сказал:

— Продолжайте говорить. Что дальше?

Талисман из жёлтой бумаги зашуршал, а в свете свечей казалось, что в темноте бродят какие-то тени. Подул холодный ветер, и зёрнышки риса слегка сдвинулись.

Се Линъя перевёл взгляд на горстку риса на полу и продолжил:

— Меч доброты, словно река. Доброта вытекает из доброты…

Рис, который был рассыпан в гостиной, внезапно поднялся в воздух, но упал неожиданно не в сторону двери, а в сторону наблюдающих за ритуалом людей.

Внезапное нападение? Парень оттолкнул Хэ Цзуня назад, быстро оглядываясь и сжимая ладонями рукоять меча.

Прежде чем Хэ Цзунь успел испугаться, он увидел, как учитель Се развернулся и яростно рубанул мечом воздух, выругавшись при этом:

— Отведай-ка моего меча, чёртово отродье!

Деревянный меч остановился за несколько дюймов от пола. Это определённо был деревянный меч, но он обладал просто невообразимой силой удара. Рис в одно мгновение разлетелся в разные стороны, и казалось, будто раздалось несколько слабых, едва слышных протяжных криков. Это было настолько ужасно, что все вздрогнули.

Но всего через мгновение звук пропал, будто его и не существовало, а свет, который всё это время моргал, стал неожиданно ярким. Свечи разгорелись, и в комнате в туже секунду стало ощутимо теплее!

***

На этот раз Ши Чжансюань гораздо пристальнее посмотрел на Се Линъя и с бесстрастным лицом опустил руку с двери…

Какого призрака вы собрались изгнать? Пусть он просто умрёт в вашем доме!

http://bllate.org/book/12995/1144933