Готовый перевод Xiao Zuo is terminally ill, his life after rebirth! / Смертельный диагноз превратил нытика в пофигиста [Реинкарнация] [❤️]: Глава 13. Смятение

Дрожь не отпускала изнеможенное тело Му Яна. Цзе Бетин крепко держал его обеими руками, обхватив ноги и спину, и легонько похлопывал его по плечу.

Если бы не потрясение, которое выбило Му Яна из реальности и, казалось, растоптало всё его нутро, то такое положение на руках своего уже бывшего мужа определённо показалось бы ему крайне жалким и даже оскорбительным.

Но в текущей ситуации Цзе Бетин оказался последней спасительной соломинкой для утопающего в своём горе Му Яна.

Подойдя ко входу в отель, Цзе Бетин заметил, что весь его воротник промок до ниточки.

Му Ян тихонько плакал, на его лице нельзя было разглядеть никаких эмоций, и только маленькие капельки слёз, переливаясь на свету, скатывались по его бледным щекам.

Зайдя в комнату, Цзе Бетин положил его на кровать, а сам направился к телефону, чтобы позвонить на ресепшн.

Му Ян закутался в одеяло и, свернувшись калачиком, уставился в пустоту слабо освещённой комнаты.

Звонок в дверь.

Слегка обеспокоенная администратор передала Цзе Бетину моток марли и раствор хлорида натрия.

— Му Ян.

Ответа не последовало.

Цзе Бетин не стал повторять. Он сел на край кровати и немного потянул одеяло, взяв Му Яна за лодыжку. Тот сразу же съёжился, и слегка хриплым голосом чуть слышно сказал:

— Холодно…

Цзе Бетин поднялся и направился в душевую.

Поток горячей воды согрел его побелевшие ледяные пальцы, и его ладони стали тёплыми.

Тогда он снова вернулся в комнату и, присев на край кровати, погладил Му Яна по бедру.

— Давай сначала обработаем твою рану.

Когда Му Ян вставал из-за стола, он сильно ушиб свою ногу. На его лодыжке образовалась небольшая ранка, которая, несмотря на свой скромный размер, обильно кровоточила.

Цзе Бетин протёр ранку марлей, смоченной в солевом растворе. Он делал это очень осторожно и аккуратно, и Му Ян почти не почувствовал боли.

Белая шелковистая кожа его ног нежно рассеивала падающий на неё тусклый свет.

Большая часть его лица была скрыта под одеялом, и только лоб и пара глаз выглядывали у изголовья кровати.

Обернув рану марлей, Цзе Бетин медленно провёл ладонью по лодыжке Му Яна и снова закутал его в одеяло.

— Ты кого-то встретил, так?

— Ты её не знаешь… — прошептал в ответ Му Ян.

Но Цзе Бетин всё знал.

Он наклонился над его лицом и, положив ладонь ему на щёку, спросил:

— Почему ты плакал?

Его губы вновь задрожали.

— Я встретил мать… Свою родную… Мать…

Цзе Бетин промолчал.

Му Ян отвернулся от него и, наконец оборвав зрительный контакт, продолжил:

— Люди, которых я более двадцати лет называл «мама» и «папа», оказались мне совершенно чужими… — и вдруг он крепко схватился за одеяло и с горечью прошептал: — Зачем она это сделала…

Зачем нужно было так перекраивать его нить судьбы? Зачем уничтожать всё, чем он дорожил?

Увы, Му Ян не знал ответа ни на один из этих вопросов.

В прошлой жизни ему уже приходилось проходить через это, но он не думал, что судьба заставит его снова испытать это.

Цзе Бетин слегка нахмурился.

Его сердце истязала сильная боль, но на этот раз она чувствовалась иначе: это была уже не медленная, тупая и давящая боль, как раньше, а жгучая и обжигающая.

Казалось, что его сердце поразили тысячи игл.

Он взял Му Яна за руку.

— Не переживай.

— Она причина столькой боли… — прошептал Му Ян и, не переставая смотреть в пустоту, продолжил: — Она принесла столько боли родителям, Цяо Юань, мне… И даже тебе…

Цзе Бетин вновь промолчал.

А Му Ян всё говорил:

— Если бы не она, я бы сейчас жил в этом маленьком городке, а не расточал чужое…

Его так называемая «родная мать» стала причиной того, что Му Наньшань и Яо Юань были разлучены со своей биологической дочерью более двадцати лет. И даже после долгожданной встречи из-за неё они стали злейшими врагами.

Цяо Юань прожила чужую жизнь и потеряла всё, что было её по праву.

А Цзе Бетин потерял целых пять лет, заключив брак с Му Яном, с которым никогда не должен был даже увидеться.

— Она не сделала мне ничего плохого, — твёрдо проговорил Цзе Бетин.

Му Ян не сразу понял смысла его ответа, а как только понял, заметно напрягся.

В какой-то момент он больше не мог находиться рядом с Му Наньшанем и Яо Юань.

Му Ян не осмеливался взглянуть на них, ему было страшно даже думать о них.

В прошлой жизни, во время Праздника Весны, Цзе Бетин предлагал ему проведать их, но он без каких-либо колебаний сразу же отказался.

Он боялся появляться перед Му Наньшанем и Яо Юань, боялся увидеть ненависть в их глазах.

И хоть он понимал, что заслуживает это, всё равно бесконечно прятался, как подлый трус.

— Цзе Бетин, мне холодно…. — вдруг прошептал Му Ян.

Цзе Бетин сразу же поднялся с кровати и, взяв пульт от кондиционера, переключил его на 27 градусов.

— Так нормально?

Му Ян промолчал и лишь прикрыл глаза.

В его голове роились мысли: что он должен был сделать тогда, пять лет назад?

Он потерял всё, что у него было, и его пожирала вина, которую нельзя было искупить.

Цзе Бетин подошёл к другой стороне кровати и поднёс чашку ко рту Му Яна:

— Попей.

Му Ян слегка приоткрыл рот и сделал глоток тёплой воды.

Обычно ярко-алые аккуратные губы Му Яна манили всех окружающих, но Цзе Бетин лишь протёр их влажной салфеткой и спросил:

— Ты расскажешь им?

Му Ян на секунду задумался, его глаза забегали по комнате, но затем он медленно поднял взгляд и посмотрел на Цзе Бетина.

А тот лишь тихо прошептал:

— Если ты не хочешь, они никогда не узнают правду.

Му Ян промолчал. Ему было стыдно за своё замешательство.

Бесчисленное количество раз он думал о том, что раз всё изначально было не так, почему нельзя было просто все оставить как есть?

Зачем всем знать эту горькую правду?

В последние дни своей прошлой жизни он сожалел о том, что сделал этот тест на отцовство и попросил Цзе Бетина помочь ему найти Цяо Юань. Быть может, если бы он этого не сделал, тогда бы ему удалось всё сохранить.

Сохранить для себя…

А может, для тех, кого любил больше всего...

Но кого он по-настоящему любил?

Не только ли себя самого?

Возможно, когда-то это было так.

Но сейчас Му Ян любил всех и был глубоко разочарован в себе.

— Так я обману только себя самого.

Вдруг телефон Му Яна зазвонил.

Цзе Бетин взглянул на него и заметил сообщение от пользователя [Цяо Юань]:
[Ты забыл свой рюкзак, приходи забрать, когда будет время.]

— Ты оставил там рюкзак.

Му Ян еле слышно ответил:

— Ну и пусть. Мне он не нужен. Мне вообще больше ничего не нужно.

За последние двадцать лет ему и так ничего не принадлежало. Всё, что у него было, было чужим.

Солнце медленно уходило за горизонт, и комнату плавно наполнил мрачный багровый свет заката.

— Цзе Бетин…

— Я здесь.

— Обязательно поешь…

Цзе Бетин слегка удивился и посмотрел на аккуратно упакованный контейнер, стоявший на столе.

Когда Му Ян вновь открыл глаза, он увидел слабый лунный свет, разливающийся по всей комнате. Он все еще ощущал сильный холод несмотря на то, что кондиционер работал на максимальной температуре. Густая темнота заполняла его лёгкие, и его сердце всё чаще пропускало удар.

Возле его кровати на тумбочке горела лампа. Тогда ему показалось, что этот жёлтый огонёк — это последняя искра его жизни, которая вскоре потухнет, и его разум, как и комнату, заполнит непроглядная тьма.

Он медленно поднялся с кровати и обнаружил, что Цзе Бетин куда-то исчез.

Его теперь тоже больше нет.

Теперь он никому не нужен.

Тогда Му Ян направился в душевую и запоздало понял, что ванны там нет.

— Му Ян! — строго прокричал Цзе Бетин: — Ты что делаешь?

Слеза соскользнула с его щеки:

— Я хочу умыться…

— Чтобы умыться, тебе не обязательно опускать лицо в воду целиком!

— Так получится чище… — тихо проговорил он.

Цзе Бетин нахмурился, поднял Му Яна и опустил его на кровать.

— Му Ян... Не создавай лишних проблем.

Он не знал, что сказать, и опять проговорил своё «Не создавай проблем».

Когда Цзе Бетин увидел то, что произошло, сердце его чуть не остановилось. Он не мог понять, хотел ли Му Ян что-то сделать с собой или нет. Поэтому он слегка смягчил свой голос и добавил:

— Успокойся…

Что-то странное блеснуло в глазах Му Яна:

— Где ты был?

Цзе Бетин взял полотенце и начал вытирать мокрые волосы Му Яна:

— Я ходил за твоим рюкзаком и ужином.

— Он мне не нужен.

— Угу, — промычал Цзе Бетин и, подняв голову Му Яна, вытер крупные капли воды с его шеи: — Если он тебе не нужен, тогда отдай его мне. А как захочешь назад, то заберешь, — добавил он, выдержав небольшую паузу.

Му Ян ничего не ответил, он тихо лежал на кровати, словно цепляясь за последние кусочки реальности, пытаясь сбежать от настигающего его безумия.

— Цзе Бетин, я всех раздражаю?

— Нет, — быстро ответил Цзе Бетин, словно зная о вопросе заранее.

— Тогда почему… Почему я никому не нужен?

Вдруг Цзе Бетин поднял его на руки и понёс к столу.

— Ты нужен маме и папе, они не могут тебя не любить.

— Нет, я им больше не нужен… — сказал Му Ян и, внезапно крепко схватившись за Цзе Бетина, прокричал: — А тебе я нужен?!

— Нужен.

Цзе Бетин ответил слишком быстро и слишком спокойно. Он произнёс это без каких-либо эмоций.

— А ты мне нет! — прокричал Му Ян и вдруг, застыв как марионетка, повторил вновь: — Больше не нужен…

Цзе Бетин ничего не ответил. Он спокойно открыл крышку контейнера, который принес для Му Яна. В нем лежала всего одна порция.

— Как поешь, позови меня.

Он не стал далеко уходить, а вышел в коридор, оставив дверь приоткрытой, и, прислонившись к двери комнаты напротив, уставился в узкий дверной проем.

Он слышал биение собственного сердца, которое, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди.

Точно так же, как в прошлый раз, когда он наблюдал, как кардиограмма Му Яна превратилась в прямую линию.

http://bllate.org/book/12985/1143126