Готовый перевод The Hunter’s Gonna Lay Low / Охотник хочет жить тихо [❤️]: Глава 70.2 Что посеешь, то и пожнешь

Ли Саён, игнорируя его горестные завывания, взял свой билет и снова согнул уголок. Со Минги, у которого до сих пор не отвисла челюсть, исчез в цветовом пятне, и перед взором Ли Саёна появился снова аккуратный зал ожидания.

Он увидел Чха Иджэ, свернувшегося калачиком на маленьком диване, повернувшись лицом к двери. Диван был небольшой по размеру, поэтому даже согнутыми ноги все равно свисали с края дивана. Глядя на него такого, Ли Саён почувствовал себя неуютно, вспомнив, как Иджэ вползал в свою маленькую каморку, где, измучившись и устав за день, даже не мог нормально лечь отдохнуть. Ли Саён решил, что надо бы сказать Хон Есону о том, чтобы тот купил в залы ожиданий диваны побольше, если уж ставит их здесь.

Саён подходил к нему все ближе и ближе, но ровное дыхание Чха Иджэ не менялось. Казалось, не высыпающийся по какой-то причине последнее время, теперь он смог неожиданно отдохнуть, сумев наконец расслабиться.

Ли Саён слегка подался вперед и начал пристально всматриваться в лицо спящего, затем протянул руку над ним и замер. Тень от руки в черной перчатке упала на расслабленное лицо. Лицо было размером с его ладонь. Его можно было сжать одной рукой. Внезапно даже скрюченная на диване фигура показалась Саёну такой крошечной, такой маленькой…

Он может пользоваться популярностью среди обычных людей, но не среди охотников. Спящий слегка шевельнулся, и прядь мягких черных волос упала ему на глаза. Саён тихо позвал его:

— Чха Иджэ.

Он тихо присел на корточки перед диваном. Его взгляд остановился на слегка приоткрытых губах спящего. Ли Саён медленно закрыл глаза. Тихое, едва слышное дыхание спящего стало слышно чуть более отчетливым.

Когда Ли Саён снова открыл глаза, его внимание привлекла грудная клетка Иджэ, почти незаметно поднимающаяся и опускающаяся при дыхании, и прерывистый трепет ресниц.

Это было зрелище, которое он больше никогда не увидит. Он сжал челюсти, наблюдая за всем, что можно было найти и запомнить только в этой сонной тишине.

И сейчас Ли Саёну… сейчас ему во что бы то ни стало нужно было убедиться в своей правоте.

* * *

В кафе, расположенном в конференц-центре, где проходила выставка ремесленников, вместо обычных сотрудников работали временные работники-пробужденные. Это объяснялось тем, что если что-то пойдет не так, то пробужденному будет проще справиться с этим, чем обычному человеку.

И тут в кафе вошла блондинка с роскошным длинными локонами. Это была Медовая пчела, затянутая в черную кожаную куртку. Медовая пчела сняла солнцезащитные очки и пролистала меню, сделав заказ:

— Мне горячий американо и воду со льдом. Большой, пожалуйста.

— С вас двадцать тысяч вон.

— С ума сойти… в Хэджангуке кофе стоит дешевле. Вот, возьмите, — тихо проворчала Хо Ниби и протянула свою карточку служащему.

— Ты стала намного пикантнее с тех пор, как я видел тебя в последний раз, Оса, — сказал кто-то сонным голосом за ее спиной.

Услышав такой комплимент, Хо Ниби резко обернулась, чтобы увидеть хозяина этого голоса. В углу кофейни, скрестив ноги, сидел человек с небрежно стянутыми в хвост волосами, чей цвет представлял собой мешанину из белого и желтого. Его волосы были в жутком беспорядке. Было не совсем понятно, является ли это следствием того, что он сам их пытался обесцвечивать или здесь было что-то другое. Движения мужчины были такими расслабленными и неторопливыми, что на первый взгляд могло показаться, будто он пришел сюда просто выпить.

Мужчина, бросивший Медовой пчеле комплимент, уже отвернулся, продолжая пить свой напиток. Медовая пчела, на лице которой до этого была дежурная рекламная улыбка, разглядев говорившего, обомлела:

— Какого черта, Кю Гю? Почему ты здесь?!

Вместо того, чтобы отвернуться, мужчина рывком развернулся к ней и еще раз осмотрел Медовую пчелу с ног до головы. Человек по прозвищу Законник — охотник, занимающий пятое место в рейтинге Южной Кореи, Пан Гюмин — засунул соломинку в рот и довольно ухмыльнулся, ответив:

— Какого черта, спрашиваешь? Конечно же я пришел сюда, чтобы прикупить себе оружие.

— Ха, — усмехнувшись, Медовая пчела скрестила руки. — Не смеши меня. Кто из охотников не знает, что тебе запрещен вход на выставку ремесленников?

— Уф. Если у тебя имеются друзья там, наверху, то они тебя пропустят.

— Ладно, давай сформулирую свой вопрос по-другому: за каким хреном ты сюда приперся?

— Я серьезно. Я пришел купить настоящее оружие.

— Кто-нибудь хоть знает, что ты здесь?

— Ну~… Я полагаю, что да, если я сижу в кофейне, потягиваю свой напиток и на мне нет наручников, — Пан Гюмин ленивым движением легонько тряхнул стаканом с полупрозрачной бурой жидкостью в нем. Когда Медовая пчела увидела, как колышется жидкость в его стакане, она догадалась, что он, должно быть, сейчас пьет амадзакэ. Медовая пчела завелась, не собираясь больше сдерживаться.

П.п.: Амадзакэ — традиционный японский сладкий напиток с низким содержанием алкоголя, приготовляемый из ферментированного риса.

— С ума сойти… Кто вообще пустил сюда этого ублюдка?

Пан Гюмин, тот самый «суперхомяк», который чуть не уничтожил последнюю выставку ремесленников и превратил Чон Бина в надоедливого администратора, неспешно поставил свой стакан на стол. Поковырявшись у себя в ухе, он негромко произнес:

— Нет, ну честно, я дрался с тем охотником не потому, что хотел подраться, а потому, что он тогда вел себя как мудак. Так что, конечно, я принял этот вызов… Оса, если дерутся кореец и иностранец, разве ты не должна болеть за корейца? Разве это не проявление чувства патриотизма? Это и есть настоящий патриотизм.

— А-а-а… Этот ублюдок появляется из ниоткуда и снова сводит людей с ума. Да ты просто бредишь, — стиснув зубы, Хо Ниби подошла к Пак Гюмину, схватив его за руку. Пак Гюмин на это лишь издал восхищенный возглас и поднял в воздух стакан с амадзэке. Медовая пчела недовольно поморщилась.

— Давно ты не появлялся в Корее.

— О, крошка, ты ждала меня?

— Блять, конечно же нет, — с этими словами Медовая пчела полезла рукой в свой инвентарь.

И тут же раздался громкий вой сирены, от которого заложило уши у всех присутствующих. Хо Ниби и Кю Гю одновременно повернулись к источнику звука. Стоявший за стойкой временный работник из Бюро пробужденных хмурился и держал в руках ярко-красную кнопку. Медовая пчела пробормотала сквозь стиснутые зубы:

— Что ты сейчас там делаешь?

— Ну, это вот заказ кофе для Осы, а вместо пейджера, оповещающего о готовности заказа клиента, у нас вот такая сирена, — пробужденный попытался оправдаться.

— Ты и вправду думаешь, что я поверю в ту чушь, которую ты сейчас несешь? — продолжала допытываться разъяренная Медовая пчела.

К счастью, долго выяснять, что это за кнопка, им не пришлось. Не успела сирена стихнуть, как в кафе вошел обычной спокойной походкой человек. На шее у него болталось официальное удостоверение.

— Привет, всем доброе утро. Почему вы здесь вдвоем? — обратился он к Хо Ниби и Кю Гю.

Те в ответ лишь молчали, застигнутые врасплох таким развитием событий.

— Кстати… — продолжил говорить вновь пришедший, пока Медовая пчела постаралась незаметно вытащить руку из инвентаря, а на лице Кю Гю застыла многозначительная ухмылка. Чон Бин, появившийся в кафе, словно мрачный жнец, пришедший сюда на звук воя сирены, обернулся, мягко улыбнулся им и заметил: — Вижу, никто из вас так и не пользуется комнатами ожидания, которые так старательно разрабатывал Хон Есон?

Двое охотников продолжали молчать, с запозданием вспоминая, что действительно, есть такие комнаты, в которые легко попасть пробужденным по пригласительным билетам… Черт.

— Хм, комнатой ожидания, которой прямо сейчас пользуется Ли Саён?.. — удивленно пробормотал Чон Бин, глядя на свой пейджер.

http://bllate.org/book/12975/1140976