Готовый перевод Monochrome Rumor / Монохромные слухи [❤️]: Глава 21.8: Возвращение ч. 6

Ли Хаджин поставил одну ногу на стул, подперев колено, и поднёс стакан ко рту.

Его губы коснулись стеклянной поверхности, и жидкость зашипела пузырьками, когда он наклонил стакан. Его кадык плавно двигался, пока он медленно пил воду. В объектив камеры были хорошо видны ключицы юноши, его изящная линия скулы. Даже запястье, державшее бокал, были таким тонким и хрупким, что от этой атмосферы захватывало дух.

— О, Боже мой!.. — некоторые сотрудники не могли сдержать своего восхищения.

Хаджин просто пил воду, обдумывая следующие слова Саню: «Будет лучше, если ты прольёшь немного на себя». Мужчина немного отодвинул стакан, он не знал, что будет лучше — пролить немного воды или нет. Но, готовый быть наставляемым и дальше этим прохвостом, он отодвинул немного стакан от уголка рта. Вода стекла по подбородку и дальше в расстёгнутый ворот, намочив рубашку и грудь.

Ощущение сырости было неприятным, но вполне терпимым.

— Сихён, камера, — голос Саню был едва ли чуть выше шёпота, но Хаджин уже послушно повернул голову, глядя на камеру слегка расфокусированным взглядом.

Влажные губы и мокрая грудь блестели в свете софитов, бледная кожа выделялась на фоне белой рубашки. Несмотря на то, что Сихён всего лишь выпил немного воды из стакана, всё больше и больше людей вокруг краснели от ощущения просмотра видео с сексуальным подтекстом, где проявился садизм, подавив хрупкость первоначальной атмосферы.

Звон отброшенного стакана.

Юноша медленно открыл глаза.

Его рот медленно изогнулся в улыбке.

И вот уже эти глаза зловеще сверкают на камеру.

Перед взорами собравшихся предстала разоблаченная форма.

Что, чёрт возьми, они только что увидели?

Сотрудники и даже бесстрастный режиссёр застыли на месте, словно ледяные скульптуры. Режиссёр Чин Джу, называющий себя Джеем, став снова беспристрастным, разглядывал сейчас Ли Сихёна, который нервно теребил свою мокрую рубашку, стоя перед ним. Мужчина не был до конца уверен, но что-то в этом парне изменилось, даже если сейчас он просто играл на камеру.

О красоте Ли Сихёна заговорили с момента его дебюта.

Тогда дебютировала новая группа, и один из её участников, по слухам, был безумно красив. Когда Чин Джу впервые услышал об этом, он подумал, что речь идёт о группе девушек. Позже он узнал, что речь идёт о мужской айдол-группе Лемегетон. Но посмеявшись над своей ошибкой, он заметил, что красивыми мальчиками его не удивишь.

Времена изменились, и сейчас нет недостатка в красивых айдолах-мужчинах, выбирай на любой вкус. Режиссёр Чин Джу многих из них повидал на своём веку. Одним словом, он не думал, что его можно чем-нибудь удивить.

— Позаботьтесь нас, мы — Лемегетон!

Однако только когда он увидел Ли Сихёна воочию, его ухмылка медленно стёрлась с лица.

Чин Джу, получивший заказ на создание клипа для популярной айдол-группы, встретил группу мужчин ростом не ниже 180 см. Один из них особенно выделялся. Парень не любил, когда его беспокоили. Всё, что он хотел, это быстрее отсняться и покинуть место съёмки. И режиссёра это вполне устраивало. В этой отрасли не было недостатка в певцах, которые хорошо себя зарекомендовали себя и хотели, чтобы он, будучи известным в своих кругах режиссёром, снял для них очередной клип.

Он согласился взяться снова за работу с этой айдол-группой только потому, что Ли Сонджин из MR Entertainment был его давним другом. Берясь за дело с неохотой, он чувствовал, что готов совершить убийство, если во время съёмок будут какие-либо препятствия.

Он хмурился при мысли о том, что ему снова придётся столкнуться с этим звенящим дерьмом, но тут его глаза заметили нечто совершенно иное.

Бледная кожа, пустой взгляд. Парню ничего не нужно было показывать. Его волосы струились вдоль точеной линии скул, обрамляя лицо, словно картину. В отличие от других членов группы, он не улыбался, выглядя недовольным. Но его нереальная красота делала его похожим на таинственного красавца. Да, «великолепный» — это лучшее определение для описания этого мужчины, чем просто красивый. Даже среди других членов своей группы, которые славились своими большими красивыми глазами, он выделялся красотой иного рода.

Фотографировать его было одно удовольствие.

Радость от возможности запечатлеть красивый объект на камеру — вот что испытывал тогда Чин Джу. Ли Сихён был не из тех, кто с радостью выставляет себя напоказ, но, тем не менее, он блистал. Возможно, потому, что обладал великолепной внешностью, которая бросалась в глаза, даже когда он просто стоял на месте. От его усталых глаз пахло влагой. Это был запах человека, который знает, что такое самое дно. Режиссёр не лез к  нему со своими расспросами.

После съёмок клипа к третьему альбому, который его фактически уговорили сделать, он сказал тогда Ли Сихёну, что собирается поработать и над четвёртым альбомом их группы. Чин Джу не был уверен, почему он заговорил об этом, он просто чувствовал, что должен был сделать это.

Прошло несколько месяцев, и когда он снова встретил этого парня, тот показался ему совершенно опустошённым, не таким, каким был раньше. Тогда его образ случайно совпал с концепцией альбома, но он знал, что это не просто так. Болезненная бледность лица... Парень просто разваливался на части, кусок за куском. Предчувствие режиссёра подсказывало ему, что тот так долго не протянет.

Он был в этом полностью уверен.

— Ты всё правильно услышал, мой Сихён.

Саню, единственный невозмутимый человек на площадке, подошёл к Ли Сихёну, сказав ему слова ободрения. Но Сихён, чья зажатость стала уже не такой сильной, пробормотал усталым голосом:

— …Заткнись.

На что Саню лишь весело рассмеялся. Парень выглядел совершенно бесстрашным, когда потянулся к Ли Сихёну, потрепав того по голове. Волосы, которые Ю Чан привёл в порядок, снова были растрёпаны. Но Ли Сихён ничего на это не сказал, только послал в его сторону раздражённый взгляд.

Ли Сихён, которого помнил режиссёр, всегда был нелюдимым. Он всегда отходил на пару шагов от других участников группы, неважно кто, он ни с кем не ладил. То же самое касалось и сотрудников съёмочной группы, которые видели его впервые. Он привлекал их своей великолепной внешностью, но вскоре им становилось не по себе от его поведения — при малейшем прикосновении к нему он холодно отворачивался или, вздрагивая, съёживался.

Переход от симпатии к ненависти у тех, кто с ним только что познакомился, был недолгим, особенно для людей, которых отвергали в одностороннем порядке без видимых на то причин. Режиссёр видел, как многие люди злословят у него за спиной, утверждая, что таким образом Ли Сихён сохраняет своё лицо. Парень не пытался как-то оправдываться.

Но что это был за взгляд сегодня?

С самого начала, как только Ли Сихён ступил на съёмочную площадку, начав приветствовать всех участников, Чин Джу пребывал в недоумении. Когда он направился в сторону персонала, режиссёр даже подумал, что тот собирается сорваться на ком-то из них, выместив своё недовольство. Но в отличие от себя прежнего, он никак не реагировал на то, когда кто-то дотрагивался до него, чтобы пошептаться. Он оставался по-прежнему спокойным. А когда Раджун бросился успокаивать его, обнимая, это выглядело так, будто для них это привычные действия. Ли Сихён не устроил никаких истерик.

Затем последовала индивидуальная съёмка участников. Было темно, но вечно профессиональный Ли Сихён чувствовал себя в этот раз крайне неловко, как будто не знал, что делать со своим телом. Было странно видеть его таким скованным.

Но в следующий момент это выражение лица... этот взгляд глаза в глаза...

Чин Джу не заметил никакой фальши, наблюдая за тем, как лицо, смотревшее только что в камеру с соблазнительной уязвимостью, чей взгляд был слегка расфокусированным, в одно мгновение превращается в оскал хищника.

Что он только что видел? Ли Сихён, которого он помнил, никогда не выглядел так. Сегодня в нём не было ни капли тёмной меланхолии, которая всегда неотступно следовала за ним. Не было его увядающей красоты. Вместо этого обнажилось нечто жестокое.

http://bllate.org/book/12949/1137150