Готовый перевод Never Thought You’d Be This Kind of Hero! / Никогда не думал, что ты будешь таким героем![❤️]: Глава 7: Маньтоу

Единичные случаи, когда кто-то в одиночку разбирался со всеми четырьмя Властителями, тоже бывали, но они неизменно приводили игровой мир к самому плачевному финалу. Если оставить в покое трех оставшихся Властителей, последующее развитие событий выглядит так: демоны выберутся из Тёмной Бездны, Темный Повелитель Демонов явит себя миру, и пока он сеет хаос, различные расы и фракции на время отложат взаимные распри, объединившись против демонов. После гибели Повелителя Демонов расам еще долго придется выяснять отношения с Властителями, но без ключевой фигуры демоническое племя будет повержено — вопрос лишь времени. В последующие десятилетия крупные расы и силы постепенно притрутся друг к другу, и в итоге, разобравшись со всеми Властителями, они достигнут относительного мира.

Ведь к тому времени население Континента Божественной Благодати уже порядком поредеет, и новые потрясения будут ему не по силам.

Однако если игрок проявит еще больше личного героизма и в одиночку прикончит оставшихся трех демонических Властителей… это обернется полным хаосом. Расы лишатся общего врага, на котором можно было выместить злобу, старые противоречия вспыхнут с небывалой силой, появятся честолюбцы всех мастей, а едва соблюдавшиеся договоры будут разорваны. Люди начнут похищать детей эльфов, эльфы — вырезать человеческие города, орки откочуют из человеческих земель и собьются в стаи, но и среди них начнутся междоусобицы. Мелкие конфликты будут вспыхивать постоянно, и удержать фракции вместе уже не смогут даже общие интересы… Одним словом, мир выйдет из-под контроля — ни один человек или сила не смогут им управлять. Проблема будет уже не в числе погибших, а в том, сколько рас может исчезнуть с лица земли. Те же, что чудом выживут, погрязнут во взаимной ненависти.

Мир похож на живой организм, у него свои законы, которые человек не в силах сломить.

То, что игрок считает благом, не всегда им является. То, что игрок ненавидит, не всегда зло.

Возможно, некоторые игроки воспринимают это лишь как игру и творят, что хотят, лишь бы им было весело. Но Сюй Цзюнь так не мог.

Назовите это чрезмерным погружением в роль или излишней чувствительностью — он не мог воспринимать этот «реальный» мир лишь как игровое поле.

Сменив одежду, Сюй Цзюнь сжег старую в костре с дурманящим благовонием — так не останется ни запаха, ни следов. Сам он тоже натерся этим благовонием. И затем…

— Двигаемся на юг.

— Двигаемся на юг, затем из самого южного Огнелесья берем курс на город Пустоши, а оттуда — в графство Рома Королевства Снежного Лезвия.

Путь сюда он начинал как раз из графства Рома Королевства Снежного Лезвия: через город Манс к поместью «Белая лошадь», а затем напрямую к Тёмной Бездне в Пылающей Преисподней… Это был самый короткий и быстрый маршрут из королевства к Бездне. Обратный же путь, который он выбрал теперь, был куда длиннее и сложнее. Сюй Цзюнь пояснил душе внутри себя:

— В Огнелесье всегда много купцов, а город Пустошей — не чисто человеческое поселение, там смешанное население: и люди, и орки, и эльфы. Постороннему будет легче затеряться.

Огнелесье славилось огнедеревом: древесиной, которая легко загоралась и долго горела даже небольшим поленом. Сюда стекались торговые караваны со всей округи, невзирая на опасности, хотя Огнелесье и не было единственным местом на Континенте Божественной Благодати, где росло это дерево. Прежде чем отправиться в путь, Сюй Цзюнь тщательно все продумал: по какому маршруту идти сюда — быстро и неожиданно, по какому уходить — безопасно и незаметно. Он все взвесил.

Розенке, Повелитель Демонов, понял, что даже он не сможет придраться к такому плану. Он повидал немало героев-одиночек, рвущихся вперед с голым героизмом, и «героев», что лишь выглядели храбрыми, а на деле были слабы и беспомощны. Но такого героя, как Сюй Цзюнь — по-настоящему храброго и мудрого, доходящего в своей осторожности почти до «трусости», — он встречал впервые.

«Такой талант, будь он под моим началом, мог бы запросто стать Властителем…» — неожиданно мелькнула у него мысль.

Однако для начала этому герою пришлось бы отучиться от дурных привычек…

Сюй Цзюнь шел на юг почти целый день. Он заранее отправил своего верного спутника — лунного жеребца, много лет сопровождавшего его в походах, по кличке Маньтоу* — вперед, к месту встречи, чтобы при отступлении можно было быстро ускользнуть.

П.п.: маньтоу — мягкая белая паровая булочка. Наверное, жеребца так назвали из-за цвета.

Но вот он на месте… Маньтоу, а ты где?

Присмотревшись, Сюй Цзюнь действительно разглядел на земле свежие следы копыт, но самого Маньтоу нигде не было видно… Неужели здесь водится какая-то могущественная магическая тварь? Сердце героя сжалось от тревоги за коня, но слова вылетали совсем не нежные:

— Ц-ц-ц… Какой сопляк уволок моего Маньтоу?

…Хоть бы только уволок, а не съел. Ведь Маньтоу был его верным скакуном целых два года…

А Темный Повелитель Демонов, которого герой уже успел назвать «сопляком», переживал в этот момент весьма сложные чувства.

Выходит, этот герой всех подряд величает сопляками?! Неужто нельзя проявить хоть каплю избирательности? Герой, такими темпами ты рискуешь потерять меня, своего Повелителя Демонов! →_→

Похоже, прежде чем заманить его к себе в качестве Пятого Властителя, придется отучить этого типа от сквернословия.

Пока Розенке размышлял об этом, его душа, заточенная в теле Сюй Цзюня, вдруг остро ощутила неладное во внешнем мире — темной энергии здесь было катастрофически мало. Конечно, после гибели физического тела Повелителя темная стихия, лишившись управления, стала похожа на обезумевших мух: ее теснили и вытесняли другие элементы, и многие потоки просто ушли обратно под землю.

Но здесь темная энергия не была вытеснена — она была поглощена.

Что же могло впитать темную энергию с такой обширной территории?

Розенке, Повелитель Демонов, сосредоточился на мгновение:

— Иди на восток… метров двести. Думаю, твой Маньтоу в той роще.

Сюй Цзюнь… Возможно, из-за того, что слишком долго находился под влиянием души, или по какой-то иной причине, но доверие к внутреннему «соседу» у него стало поистине чрезмерным. Он послушно, крадучись, двинулся к указанной роще, выглянул из-за деревьев и замер…

Маньтоу. Бедный Маньтоу. Бедный лунный жеребец Маньтоу. Он был опутан черными щупальцеподобными лианами, пригвожден к земле и почти не мог пошевелиться. Рядом с ним стоял единорог — весь иссиня-черный, с глянцевой шерстью, но с безупречно белоснежным рогом. Чудо-зверь держал в зубах пучок белых цветов в форме полумесяца и настойчиво подносил их к морде Маньтоу. Жеребец фыркнул и демонстративно отвернулся. Странный, но отнюдь не уродливый единорог не обиделся. Он аккуратно положил цветы на ближайший камень, а потом принялся обнюхивать и облизывать шею Маньтоу, двигаясь вдоль его корпуса, мимо живота… и, кажется, его целью была… задняя часть?

Пришла весна, и у зверей начался брачный период.

Это была первая мысль, мелькнувшая в голове Сюй Цзюня.

Единороги — высокоинтеллектуальные магические существа, с потенциалом принимать человеческий облик. Ухаживание самца включает подношение лунных цветов, а уж если дело доходит до… брачных игр, то они начинают вылизывать тело объекта страсти, причем цель у них весьма конкретная… та часть тела партнера, что способна… принять их.

Это была вторая мысль, пронесшаяся в голове Сюй Цзюня.

Но почти сразу же до него дошло: пусть он сам — невинный холостяк, ни разу не бывавший в отношениях! Но разве это означает, что он ничего не понимает?! Достаточно было взглянуть на выражение морды Маньтоу — жеребец явно не был согласен! Маньтоу вот-вот подвергнется насильственному..!

— Чёрт возьми, тварь! — Если он не сможет спасти даже своего верного коня, то какой же он после этого герой?! Сюй Цзюнь мигом выхватил свой… э-э-э… сорокаметровый меч? Нет, свой тяжелый меч — и рубанул им прямо по странному единорогу!

Удар, доведи он его до конца, стоил бы единорогу — неважно, какого он был вида — головы в качестве компенсации за моральный ущерб Маньтоу. Однако реакция существа оказалась молниеносной. Легко отпрыгнув назад, оно, казалось, не собиралось контратаковать, но его тело начало стремительно меняться. Не прошло и полсекунды, как единорог превратился… в человека?!

Это был молодой мужчина в белых доспехах! Нет… не человек! Он был зверолюдом! Зверолюдом из племени единорогов!!!

Единороги обладали феноменальной физической силой, но при этом оставались магическими тварями, способными колдовать. В зверином облике их мощь и скорость выше, но в человеческой форме они получают доступ к высшим чарам для атаки и защиты, причем их боевые навыки почти не ослабевают. Поистине, эти твари — ходячее нарушение всех правил.

Мужчина-единорог выглядел беззащитным, но в тот же миг его тело окутало ослепительное белое сияние. Если бы Сюй Цзюнь попытался нанести еще один удар, световая стихия проникла бы в его внутренности и разорвала бы их в клочья.

Но Сюй Цзюня интересовал вовсе не он. Оттеснив зверолюда, герой молниеносно разрубил мечом черные щупальца, сковывавшие Маньтоу, и вскочил ему на спину:

— Маньтоу, беги, беги, беги-и-и-и!!!

Автору есть что сказать:

Маньтоу назвали Маньтоу, потому что он был белым и милым, как пампушка.

Сам Сюй Цзюнь предпочитал паровые булочки баоцзы, но его друг, Лунный Жеребец, был чистокровным, без примесей — то есть «без начинки». Поэтому назвать его «Булочкой» было никак нельзя. (:зゝ∠)

http://bllate.org/book/12937/1135373