Готовый перевод I am Destined to Die / Мне Суждено Умереть: Глава 128

Я опасался, что наши утренние встречи будут вызывать у меня напряжение, но вскоре я привык к его лечению. Даже, скорее, я начал с нетерпением его ждать. Те пять минут, которые он посвящал моей руке, были настоящим сокровищем. В это время мы обсуждали события нашего дня - как он прошёл, хорошо ли мы спали, ели ли что-нибудь и так далее. Я и не подозревал, как сильно мне не хватало таких простых разговоров с ним.

И сегодня я довольно улыбнулся, когда увидел свою ладонь, которая была тщательно перевязана.

- Спасибо. Благодаря тебе не останется шрама.

Но по какой-то причине выражение лица Симеона было не очень довольным.

- Что случилось?

В моём голосе прозвучала нотка беспокойства. В ответ Симеон слегка вздохнул, убирая аптечку.

- Для меня это просто впервые.

- Что?

- Я чувствую себя таким беспомощным.

Ошеломленный его внезапным признанием, я быстро покачал головой.

- О чём ты говоришь? Нет никого способнее тебя, Симеон.

- Не в данном случае. То, за чем они охотятся, это «Божественная комедия». Я ее владелец, но страдаешь ты, мистер Хаджае

Возможно, именно поэтому он выглядел таким подавленным, когда прощался со мной перед сном. Симеон, который обычно справлялся с большинством проблем самостоятельно, вероятно, чувствовал себя особенно беспомощным в этот раз. Я мог бы сказать ему что-то утешительное, попросить не винить себя, ведь в данной ситуации не было ничего, что можно было бы изменить. Однако я понимал, что эти слова не найдут у него отклика.

Поэтому я честно признался.

- И все же мне это нравится.

Лицо Симеона тут же сморщилось от моих слов.

- …Тебе это нравится?

- Да. Я всегда говорил, что защищу тебя, но до сих пор я только и делал, что полагался на тебя.

Может быть, я наконец-то начал приносить пользу. Просыпаться в три часа ночи каждый день и самостоятельно побеждать тварей - это приятно. Я слегка улыбнулся, и замешательство на лице Симеона усилилось. Я пожал плечами и продолжил.

- Честно говоря, до того, как я получил «Кровавый меч», ты, кажется, никогда не нуждался в моей помощи.

- Это...

- Мне всегда казалось, что я для тебя как бы необязательный коллега - хорошо, если я рядом, но ничего страшного, если меня нет

Даже с учётом инцидента с «Амритой» план по поимке Хёнсона Чоя и его уничтожению был разработан Симеоном в одиночку. Благодаря «Кровавому мечу» мы сразу же обезвредили Арахну, когда она появилась из разлома, но, честно говоря, Симеон справился бы с этим лучше, чем я.

- Но в этот раз тебе нужна моя помощь, понимаешь?

Черные глаза, которые все это время не отрывались от раны, наконец посмотрели на меня.

- И мне это нравится. Мне нравится, что я могу что-то для тебя сделать.

Разве не лучше быть плечом к плечу, чем прятаться за спиной другого? В моих воспоминаниях о том, как мы были детьми, стоять за спиной друг друга казалось естественным. Но теперь я хочу снова встретиться с ним лицом к лицу, хотя бы один раз, за то короткое время, которое мне осталось.

- Что ты об этом думаешь?

Я посмотрел на него с игривой улыбкой.

- Я тот, на кого ты можешь положиться?

Я ожидал, что он либо рассмеётся в недоумении, либо кивнёт в знак согласия. Однако, к моему удивлению, его лицо стало серьёзным. Его глаза, которые обычно напоминали спокойное озеро, теперь выглядели взволнованными, словно сильный ветер всколыхнул их поверхность.

После долгого, тяжелого молчания Симеон наконец медленно заговорил:

- Я подумывал о том, чтобы не заканчивать «Божественную комедию».

- Почему...?

- Я просто подумал… может быть, такая жизнь не так уж плоха.

Его недавние сомнения по поводу завершения «Божественной комедии» не были плодом моего воображения. Большинство людей были бы рады услышать это. Это означало бы, что он больше не зацикливается на прошлом. Однако для меня это не стало приятной новостью.

Симеон всегда был одержим противоречивыми чувствами к Йохану. Его сложные отношения с Йоханом подпитывали его стремление стать лучшим охотником. Для него отказаться от «Божественной комедии» было бы равносильно прощению Йохана.

Этого не может быть.

- Хотя я… не знаю твоих причин, не будет ли ошибкой сдаться сейчас?

Он должен продолжать ненавидеть Йохана - ненавидеть меня.

- Это единственный способ забыть мертвых.

Хотя мои слова были намеренно обидными, Симеон лишь усмехнулся, как будто они его не задели.

- Как я и ожидал, мистер Хаджае.

- ...Что?

- Я знал, что ты скажешь это и на этот раз.

Его слова внезапно пробудили воспоминания о том, что произошло в «Саду Моне».

«А ты бы хотел бросить все это и жить со мной?»

«Я мог бы отказаться от всего, если бы ты остался со мной. Даже от апостолов, даже от «Божественной комедии».»

Да, я снова это сказал. Месяц ежедневных встреч на рассвете, когда эмоции наиболее уязвимы, заставил моё сердце смягчиться сильнее, чем нужно. Как только я собрался восстановить стены между нами, Симеон нежно взял меня за руку.

- Мистер Хаджае, я закончу «Божественную комедию», как ты желаешь.

Это прозвучало как классическое: «Я не хочу этого, но сделаю, потому что ты этого хочешь».

- Итак, ты отправишься со мной в ад?

Зная, что он имеет в виду, я притворился невежественным и спокойно ответил:

- Мне надо подумать.

Как всегда.

* * *

Сентябрьское полнолуние стремительно приближалось. День, когда откроются врата «Божественной Комедии», был уже совсем близко. Обычно мы тщательно готовились в течение недели перед тем, как войти в разлом, но на этот раз, кроме как сражаться с морскими чудовищами, нам особо нечем было заняться. В конце концов, у нас не было практически никакой информации о «Божественной Комедии».

Когда процедура с рукой закончилась, я протянул ему книгу с прикроватной тумбочки.

- На всякий случай я тоже прочитал оригинал «Божественной комедии».

Симеон заглянул в книгу и медленно кивнул.

- Да. «Божественная комедия», скорее всего, будет следовать сюжету оригинала.

- Наша сильно отличается?

- Эти два произведения довольно похожи, но есть и некоторые различия. В «Артефакте» рассказчиком является не Данте.

- Тогда кто?

- Никто. Не упоминается.

В оригинале главный герой, Данте, исследует ад вместе со своим проводником Вергилием. Ад разделён на уровни в зависимости от совершённых грехов, и по мере того, как Данте спускается, он встречает знакомых и известных личностей, которые там обитают.

Но в духовном предмете «Божественная комедия» это тот, кто входит в разлом. Таким образом, рассказчиком будем мы - Симеон и я. Это значит, что персонажи, которых мы встретим на каждом уровне, могут быть связаны с нами. Возможно, на каждом уровне будут появляться духи, которые заключены в частях «Божественной комедии».

- Посмотри на это.

Симеон открыл «Божественную комедию», чтобы показать схему перевёрнутой пирамиды. Схема разделяла ад на девять уровней, каждый из которых был обозначен отдельным грехом. Он указал на шестой уровень, «Ересь», известный как «ад для еретиков».

- Начиная с шестого уровня, нижние этажи заполнены самыми закоренелыми грешниками. Стражники там такие же суровые. С ними невозможно договориться, поэтому мы должны по мере возможности избегать их внимания.

В оригинале Данте время от времени сталкивался с монстрами, преграждавшими ему путь, которых Вергилий прогонял. Но поскольку у нас не было проводника, нам придётся справляться с ними самим. Я крепче сжал окровавленную ткань и вздохнул, чувствуя напряжение.

- Есть ли что-нибудь, что нам нужно подготовить?

- Плата за проезд на пароме.

Симеон открыл артефакт на определённой странице и показал её мне.

- Вот.

Он указал на предложение, но я не умел читать по-итальянски, поэтому просто моргнул. К счастью, он объяснил.

- Здесь сказано, что мы должны пересечь реку Ахерон, чтобы попасть в ад. (прим. Ахерон — одна из пяти рек (другие четыре: Лета, Стикс, Коцит и Флегетон), протекающих в подземном царстве Аида. Это река боли и скорби, по которой, согласно древнегреческой мифологии, Харон переправлял души в Ад.)

- Сандзу... это то же самое? (прим. Река Сандзу — в японской буддистской народной традиции, река, являющаяся границей между миром живых и миром мёртвых.)

- Да. Ты должен заплатить перевозчику, Харону.

Это похоже на традицию класть монеты в глаза умершего, чтобы он мог отправиться в загробную жизнь.

- Сколько?

- Это оплачивается не деньгами.

- Тогда...

- Данте подарил Харону обручальное кольцо своей покойной жены.

Тихо продекламировав строчку, Симеон закрыл книгу.

- Чтобы попасть в страну мёртвых, ты должен пожертвовать чем-то, что считаешь таким же ценным, как твоя жизнь.

Если речь идёт о чем-то настолько ценном, как моя жизнь, то я могу думать только об одном предмете. Если я предложу его Харону в качестве платы, то он навсегда исчезнет из этого мира. Но это меня устраивает, если он отвезёт меня в ад.

- Я найду что-нибудь.

После ухода Симеона я встал и направился к шкафу. Я вытащил металлическую шкатулку, спрятанную под сложенной одеждой. В ней хранились памятные вещи моих родителей, которые я сохранил благодаря хозяйке, когда моя квартира сгорела.

Крышка, которая так долго была закрыта, скрипнула, когда я её открыл. Внутри было пожелтевшее письмо, потрёпанное от бесчисленных прочтений. Прощание моей матери, письмо, которое я знал наизусть, слово в слово. Предмет, столь же ценный для меня, как моя жизнь.

- Мама.

Он достал его и принял окончательное решение.

- Я должен, я покончу с этим проклятием.

http://bllate.org/book/12828/1433810