Готовый перевод PillowTalk / Интимный разговор: 2.6. Предвестие

— Мы тут решили выпить по стаканчику под самгёпсаль. Давай с нами, — предложил актёр средних лет, исполнивший роль командира Ли.

Ыйхёна нельзя было назвать душой компании, но слушать чужие истории он очень любил. Да к тому же совместно проведённый досуг обычно благотворно сказывается на экранной химии. Позови они его в любой другой день, Ыйхён бы не раздумывая присоединился. Но, к его собственному сожалению, от приглашения пришлось отказаться.

— Боюсь, не получится.

— Что такое? У тебя уже есть планы на вечер?

— Сегодня ведь премьера первой серии. Хочу внимательно посмотреть и проанализировать.

— Вот уж правда прилежный, а? Ладно, тогда в другой раз.

— Простите.

— Нашёл за что извиняться, — мужчина похлопал Ыйхёна по плечу. — Ну, тогда мы пошли.

Ыйхён поклонился ему вслед.

— До свидания.

Собравшиеся на совместный ужин актёры один за другим потянулись к выходу, и гул их голосов постепенно стих за дверью. Ыйхён опустился обратно на стул и продолжил смывать с себя грим, но тут его рука замерла. Отчего-то он долго не мог оторваться от своего отражения. Лицо, которое Ыйхён видел каждый день, показалось ему чужим.

«Знаете, я ведь даже не мог себе такого представить… Ещё впервые увидев вас, я подумал, что вы производите очень необычное, для актёра, впечатление».

Он не обладал яркой, запоминающейся внешностью. Простые, непримечательные черты лица удивительным образом преображались в зависимости от грима и причёски. Даже если несколько проектов с его участием выходили примерно в одно время, персонажи Ыйхёна не воспринимались как один и тот же человек. Поэтому, при всём обилии ролей, широкая публика так и не запомнила его.

Он не родился с выдающимся талантом и не мечтал стать актёром с самого детства. Всё сложилось как-то случайно. Поначалу Ыйхён чувствовал себя не на своём месте, но со временем это прошло. Он пропустил момент, когда актёрство затянуло его с головой, и теперь никакой другой жизни уже не мог себе представить.

Однако по сей день Ыйхён не считал это своим истинным призванием. Возможно, придёт день, когда ему придётся отступить. Вопрос только в том, сумеет ли он к тому моменту признать свои пределы и отпустить всё. Когда компания сообщила об окончании контракта, когда ему пришлось попрощаться с менеджером, когда необходимость зарабатывать на жизнь встала выше творчества, – Ыйхён думал: это конец. Однако ни разу не пришёл к выводу, что должен сдаться. С какой-то наивной упрямостью он хотел продолжать.

Бесконечная череда мыслей разом оборвалась. Ыйхён встрепенулся и с удивлением обнаружил, как быстро пролетело время. Если он хотел успеть к премьере первой серии, ему стоило поторопиться. Спешно схватив куртку, он на ходу натянул её и выскочил из гримёрки.

Сел в машину, повернул ключ зажигания и, пристегнувшись, тронулся с места. Минута, вторая – время неумолимо летело вперёд, и вместе с ним росла тревога. Тем не менее сигналам светофора Ыйхён следовал строго.

На его счастье, пробок не было. А вот с парковкой возникла проблема: все четыре места у виллы оказались заняты. Окрестные переулки тоже были заставлены автомобилями вдоль обочин. Да так, что протиснуться между ними не смог бы даже пешеход, не то что машина.

[Прим.: в Корее слово «вилла» начали использовать в восьмидесятых как маркетинговое название для небольших многоквартирных домов, но на деле это бюджетные 3-5-этажные здания без лифтов, охраны и развитой инфраструктуры.]

Покружив по району ещё немного, он кое-как втиснулся на парковочное место возле мусорных баков. До дома было неблизко, поэтому пришлось бежать со всех ног. Ночной ветер бил по лицу ледяными иглами, нос и уши быстро онемели от холода, но Ыйхён этого даже не замечал.

Влетев в тёмную квартиру, он первым делом схватил пульт. Экран телевизора вспыхнул как раз в тот момент, когда с рекламного блока пропала плашка с названием дорамы – до начала первой серии оставались считанные секунды. Ыйхён с облегчением выдохнул и плюхнулся на диван, даже не сняв куртку.

И вот, наконец, под тревожную музыку началась дорама. На тёмном экране появились и плавно исчезли имена режиссёра Пэ и сценариста, а за ними последовал основной актёрский состав. «Чон Ыйхён». Когда он увидел своё имя, сердце неудержимо забилось. От волнения даже кончики пальцев похолодели.

Ыйхён смотрел, затаив дыхание, внимательно и скурпулёзно изучая каждый уголок экрана. Он не замечал течения времени.

Серия быстро подошла к концу. Она оборвалась на сцене, в которой элитная следственная группа, состоящая из лучших специалистов в своих областях, тщетно билась над делом, в то время как Чону раскрывал своё истинное лицо перед Ким. Камера взяла крупный план, сфокусировавшись на её лице, и Ыйхёну представилась возможность рассмотреть выражение лица партнёрши, которое оставалось скрытым от него во время съёмок.

— …Почти приехал? А я уже на месте, — Ким цедила слова, голос её звучал глухо и неестественно.

И тут тишину нарушила протяжная вибрация – её телефон зазвонил по-настоящему. Ким дёрнулась, испуганно выпучив глаза. Лейтмотив дорамы прорезал напряжённую тишину, буквально пронизывая барабанные перепонки. Ким растерянно обернулась, но Чону среагировал быстрее и одним резким движением накрыл её рот ладонью. Голова Ким запрокинулась и прижалась к его плечу.

— Я же сказал, что провожу вас, — прошептал он низким, леденящим кровь голосом.

В широко распахнутых глазах Ким застыл ужас, веки мелко затрепетали.

— Опасно ходить одной.

Предчувствуя неизбежное, она оцепенела. Пульсирующая жилка на лбу и едва заметная дрожь зрачков стирали грань между вымыслом и явью.

«Как она играет…» – только Ыйхён проникся восхищением к партнёрше, как картинка замерла. Экран заняли титры с рекламой единственного спонсора, а за ними – нарезка кадров из следующей серии.

Лишь тогда он смог прийти в себя. До самой рекламы в голове стоял туман, сознание подёрнулось дымкой. Ыйхён точно провалился в сон, поддавшись наваждению, и в следующий миг его рывком вытолкнуло обратно в реальность.

«Чем теперь себя занять?»

Он толком не поужинал, но есть всё равно не хотелось. Впрочем, ради крепкого сна стоило бы что-нибудь перехватить. С этой смутной мыслью Ыйхён побрёл на кухню.

Неожиданно завибрировал его телефон. Настолько безупречный тайминг, словно звонивший нарочно выждал, пока закончится серия.

«Кстати, Ыйхён, сегодня ведь премьера вашей дорамы? С нетерпением жду».

Он сам не знал, почему на ум сразу пришёл Чха Ильчжу. Странная уверенность не покидала Ыйхёна, пока доставал телефон. Однако номер, высветившийся на экране, был ему незнаком.

«Кто бы это мог быть?»

Номером ошиблись? Или очередные спамеры? Пока он раздумывал, вибрация прекратилась. Ыйхён снова проверил номер в списке пропущенных вызовов. Однако, сколько бы ни перебирал в памяти, никто не всплывал.

Вскоре телефон снова зазвонил. Тот же номер. Первый раз можно было списать на случайность, но второй – нет. В сознании вдруг возник образ человека, связь с которым давно оборвалась, и Ыйхён поспешно принял вызов.

— Да? Это Чон Ыйхён.

— О, наконец-то вы ответили.

Голос на другом конце не имел ничего общего с тем, что жил в его воспоминаниях. Он особо и не надеялся, но внутри всё равно что-то болезненно ёкнуло.

— Кто это?

— Здравствуйте. Я Пак Ханён, кастинг-менеджер TAP Agency.

«TAP Agency… Что-то знакомое».

Ыйхён на секунду задумался, и вдруг его осенило: кажется, так называлось агентство Чха Ильчжу.

Ситуация становилась ещё более непонятной.

— Ах. Но по какому вы вопросу?..

— Наш директор только что посмотрел первую серию «Монстра» и остался под сильным впечатлением. Особенно его заинтересовала ваша игра, Ыйхён. Он хотел бы встретиться с вами лично.

Ыйхён всё прекрасно расслышал, но смысл сказанного доходил до него с трудом. Это было слишком неожиданно. Он в замешательстве почесал затылок.

— Не совсем вас понимаю.

— Насколько нам известно, сейчас вы не состоите ни в одном агентстве.

— Да, так и есть.

— По каким-то личным соображениям?

— Нет, не в этом дело…

— В таком случае мы хотели бы взять вас под своё крыло. По телефону всего не обсудишь, лучше встретиться и поговорить лично. Что скажете?

«Это сейчас на самом деле происходит?»

Голова шла кругом. Он не понимал, как реагировать, и даже не подумал проверить, действительно ли ему звонят из TAP.

Если это не розыгрыш, то предложение крайне заманчивое и причин для отказа нет. Все эти годы Ыйхён обходился без агентства не по своей воле. Но и соглашаться сходу что-то не позволяло. Он чувствовал себя так, будто получил подарок, предназначавшийся кому-то другому.

— Но в ближайшее время у меня плотный съёмочный график, поэтому встретиться будет сложно.

— Не проблема. Просто скажите, когда освободитесь, а мы подстроимся.

— Тогда, возможно, через неделю?

К тому времени оставшиеся съёмки закончатся, и можно будет всё спокойно обдумать. Собеседник на секунду примолк, – судя по всему, сверялся с расписанием, – после чего пообещал перезвонить. Разговор завершился коротким прощанием.

Ыйхён растерянно смотрел на телефон в руке. Отходя от шока, он с опозданием заметил новое сообщение. Смахнул шторку уведомлений вниз и открыл его.

[С удовольствием посмотрел первую серию. Жду не дождусь продолжения.]

Это был Чха Ильчжу. Ыйхён пристально вглядывался в текст. Он понимал: сколько ни перечитывай, ничего не изменится, но оторваться всё равно не мог. Пальцы застыли над клавиатурой. Нужно было что-то ответить. Он чувствовал, что должен, но слова не шли. Простое «спасибо» казалось слишком пресным. Давно уже никто не следил за его работой с таким вниманием, чтобы писать сразу же после просмотра.

Ыйхён ещё долго стоял неподвижно, точно парализованный.

http://bllate.org/book/12824/1591836