Готовый перевод Sissy / Неженка [❤️]✅: Беда не приходит одна Глава 12

Они сидели рядышком, а полуденное солнце еще светило так ярко, что кружилась голова. Не только горячий воздух опалял их снаружи, но еще и сердца бились так быстро, что горели изнутри. У каждого из них были еще и мысли, которые их сжигали.

— У тебя тоже есть девушка? — вдруг обернулся Ли Чэнсю и тихо спросил.

Этот вопрос был необдуманным. Он прозвучал как-то двусмысленно, поэтому было непонятно, как на него ответить. Но Шао Цюнь чувствовал, что понял, что именно имел в виду Ли Чэнсю.

— Сейчас нет девушки, которая бы мне нравилась, — Шао Цюнь притворился и слегка пожал плечами. По какой-то причине он хотел избежать последующего вопроса.

— Ооо, — протянул Ли Чэнсю и посмотрел на бетонный пол.

Шао Цюнь резко схватил его за плечо. Ли Чэнсю поднял голову и встретился с его слегка игривым взглядом.

— Эй, ты думаешь та женщина выглядела симпатичной?

Лицо Ли Чэнсю обдало жаром и щеки покрылись румянцем.

— Почему ты так легко краснеешь? Ты краснеешь всякий раз, когда я что-то тебе говорю. У тебя кожа тоньше, чем тесто у пельменей, — Шао Цюнь легонько ущипнул его.

— Смотреть... смотреть на такое нехорошо.

— Какой же парень нашего возраста не смотрел порно? Ты словно в пещере живешь!

Ли Чэнсю поджал губы, не зная, как реагировать.

— Так ты думаешь, она была привлекательной?

У Ли Чэнсю закружилась голова, когда он вспомнил непристойные кадры из того видео. Он не смел смотреть на Шао Цюня.

— Ты что-нибудь почувствовал? Вот здесь, — Шао Цюнь неожиданно положил ладонь ему на бедро и скользнул ею вверх. У него было некое волнение.

Мозг Ли Чэнсю гудел. Он тут же оттолкнул руку Шао Цюня и в панике отодвинулся.

— Кем ты притворяешься? Если ты ничего не ощутил, ты не мужчина!

— Я мужчина, — произнес обиженно Ли Чэнсю.

— Иди сюда! — Шао Цюнь потянулся к нему.

Ли Чэнсю нерешительно взглянул на него, но все же придвинулся ближе.

— Даже если ты мужчина, ты слишком нежный, — Шао Цюнь выпятил подборок.

Ли Чэнсю так волновался, что даже кончик его носа покраснел. Его всегда больше всего задевало то, что его называли «неженкой». Он еще не успел научиться вести себя по-мужски, а уже был заклеймен этим постыдным словом.

Он провел так много времени с Шао Цюнем, что забывал, как тот смотрел на него свысока, поэтому Ли Чэнсю больше не удосуживался скрыть перед ним свою сущность и раскрыл свои самые смущающие стороны.

— Не...не говори мне так, — Ли Чэнсю было стыдно, но при этом он очень злился.

— Я ошибаюсь? — Шао Цюнь пренебрежительно покачал головой, — Ты мужчина? Но ты красивее, чем та женщина в порно.

Как только он произнес это, оба парня застыли в изумлении.

Голова Шао Цюня гудела от хаотичных мыслей, и он не знал, как в них разобраться. Ему или Ли Чэнсю сейчас должно было быть стыдно?

— Ублюдок! Ты...ты...ублюдок! — Ли Чэнсю яростно закричал на Шао Цюня. Он был разгневан и ему было одновременно стыдно. Все его лицо покраснело.

— Ладно, ладно! Я несу чушь. Не злись, — Шао Цюнь быстро убрал руку, глядя в красные и злые глаза Ли Чэнсю. Он почувствовал небольшое сожаление. Он протянул руку и коснулся его мягких волос.

Ли Чэнсю попытался избежать этого прикосновения, отвернувшись от него. Он надулся и плотно сжал губы.

— Не сердись. Я не имел в виду ничего плохого, — Шао Цюнь успокаивающе гладил его по волосам. Голос его был мягким, — Я просто сказал, как есть — ты действительно красивее, чем та женщина.

Ли Чэнсю обернулся и бросил на Шао Цюня злобный взгляд.

— Ты только посмотри на себя, — Шао Цюнь смотрел на его маленький носик и глаза, и не удержался от смеха, — Ты так надулся, что на твоих губах можно повесить два цзиня свинины.

斤 jīn Цзинь равен 500 г

Ли Чэнсю глядя на Шао Цюня ударил его по пальцам. Шао Цюнь в ответ схватил его за руку и пристально посмотрел в его большие и блестящие глаза. Ли Чэнсю затаил дыхание. Он молча встретился с ним взглядом.

Они оба долго смотрели друг на друга, едва дыша. Казалось, что вздохни они полноценно и эта атмосфера между ними будет разрушена.

На улице было очень жарко. Пекло так, что у них обоих кажется начала кружиться голова. Много лет спустя, когда они вспоминали об этом моменте, они так и не могли вспомнить, кто же из них сделал первым движение навстречу.

Их губы соприкоснулись. Обоих мгновенно захлестнуло запретной сладостью, которая лишила всех мыслей. Их разум опустел.

Мягкое, теплое прикосновение было опьяняющим и незабываемым. Ни один из них не осмеливался сделать опрометчивых действий, опасаясь, что это оказаться всего лишь иллюзией, которая может моментально разрушиться. Нежно и осторожно, закрыв глаза, они впитывали тепло друг друга.

Они оба были сосредоточены на ощущении, которое опьяняло. В этот момент они не осознавали, что им рано или поздно придется проснуться от этого сладкого и мимолетного сна.

Дверь на крышу распахнулась, но мальчики были слишком увлечены друг другом, чтобы это заметить. Никто из них ничего не слышал, пока громкие ругательства не вырвали их из маленького мирка.

Они обернулись и увидели троих парней. Ли Вэньсюнь стоял в дверях в полном замешательстве. Сигарета выпала из рук Да Ли на бетонный пол, когда он заметил развернувшуюся перед ним картину. На его лице появился испуг.

Шао Цюнь почувствовал, как кровь приливает к его ушам. Он быстро оттолкнул от себя Ли Чэнсю и вскочил на ноги.

Ли Чэнсю упал на локти. В его глазах был испуг. Он никогда не забудет выражение, которое появилось на лице Шао Цюня. Он словно только что отошел ото сна и смотрел на Ли Чэнсю, как на врага.

— Блять! Это... что ты делаешь? Какого хрена? — трое парней от потрясения не могли связно выразить свои мысли.

Лицо Шао Цюня было бледным, а ноги стали ватными и он едва мог устоять. Когда до него дошло, что только что произошло, его прошиб холодный пот.

— Что, черт возьми, с тобой не так? — Ли Вэньсюнь шагнул вперед и в ярости схватил его за руку, — Шао Цюнь, какого черта ты делаешь?

— Я... я не знаю, я... — Шао Цюнь обернулся и посмотрел на Ли Чэнсю, который тоже выглядел белее белого. В этот момент он почувствовал, что обычный слабый на вид Ли Чэнсю больше не выглядел жалким...он был поразительным. — Я не...не гей...я не гей!

Сяо Шэн, который обычно почти ничего не говорил, резко подбежал к Ли Чэнсю и схватил его за воротник, яростно швыряя в стену.

— Конечно, это не ты, это он. Ты соблазнил Шао Цюня? — холодно произнес он.

Соблазнил...

Простодушный и неиспорченный Ли Чэнсю не мог понять значение этого слова.

— Что мы тебе говорили? Эта «неженка» действительно гей! Это чертовски отвратительно! — выругался Да Ли, — А-Вэнь, ты был прав! Шао Цюнь был к нему добр, а он воспользовался этой возможностью... Черт, я убью его! — Да Ли подбежал и пнул Ли Чэнсю, повалив его на бетонный пол.

— В чем разница, чтобы бить его или девушку? — Сяо Шэн дал Ли Чэнсю пощечину, — разницы нет!

Ли Чэнсю прикрыл горящие щеки и посмотрел на Шао Цюня не моргая, широко распахнутыми глазами, до тех пор пока тот виновато не отвернулся.

— Черт возьми, ты, вонючий «неженка». Не смей соблазнять моего брата иначе мы убьем тебя! — Ли Вэньсюнь ругаясь пнул Ли Чэнсю в плечо.

— Это существо слишком отвратительно! — с презрением произнес Да Ли, — Он выглядит как мужчина, но как вы думаете, у него действительно есть член?

— Как мы можем быть в этом уверены, не проверив, — злорадно улыбнулся Ли Вэньсюнь.

— Вы... — Ли Чэнсю в ужасе смотрел на них.

Да Ли подошел ближе к нему и начал снимать с Ли Чэнсю штаны.

— Шао Цюнь, Шао...- Ли Чэнсю в испуге закричал, прижимаясь к стене. Он не смог больше ничего выкрикнуть.

— Не называй его больше по имени! — Сяо Шэн ударил Ли Чэнсю по губам, не позволяя произнести больше ни слова, — Шао Цюнь отличается от тебя, и ты не заслуживаешь произносить его имя. Я тебя предупредил.

Вид Шао Цюня был растерянным. Его глаза стали красными, и он словно прирос к месту, смотря на Ли Чэнсю.

Увидев безразличие Шао Цюня, сердце Ли Чэнсю оборвалось, и он заплакал. Он беспомощно съежился в углу, в страхе глядя на четырех парней перед ним. Они смотрели на него с отвращением и ненавистью, как будто дикие звери, которые готовы разорвать свою жертву на куски.

Ли Чэнсю не понимал, что он сделал не так. Всего несколько минут назад все было хорошо. Он не соблазнял Шао Цюня. Что вообще значило это слово?

Он не был геем. Он не понимал, о чем говори эти парни.

— Пошли, — Шао Цюнь, наконец, оттащил Да Ли и Сяо Шэна от Ли Чэнсю. Он практически одними губами прошептал, — Достаточно. Давайте просто уйдем.

Ли Вэньсюнь многозначительно посмотрел на Шао Цюня, привел свою одежду в порядок и выпрямился.

Шао Цюнь опустил голову и, не оборачиваясь, направился к двери. Он не смел смотреть на Ли Чэнсю, так как отчаянно пытался игнорировать его пронзительные крики.

Да Ли плюнул на Ли Чэнсю, бросил на него презрительный взгляд и отвернулся, следуя за Шао Цюнем.

— Если ты посмеешь рассказать кому-нибудь о том, что произошло сегодня, или если ты осмелишься каким-либо образом оклеветать Шао Цюня, то я твою жизнь превращу в такое дерьмо, что ты пожалеешь обо всем, — Сяо Шэн указательным пальцем почти коснулся кончика носа Ли Чэнсю, предупреждая и угрожая ему.

— Я его не соблазнял, — Ли Чэнсю весь дрожал. По его щекам текли слезы. Он смотрел в спины уходящих парней, еле слышно шепча, — я не гей.

Шао Цюнь не выдержал и оглянулся на заплаканного Ли Чэнсю. Его сердце сжалось, и он сбежал с этой крыши, оставляя здесь все свои воспоминания.

После того как парни скрылись, Ли Чэнсю некоторое время плакал, держась за голову.

Удары руками и ногами, которые они ему нанесли, болели, но эта боль была не сравнима с той, что он чувствовал в сердце.

С того самого дня Шао Цюнь отсутствовал в школе и отказывался выходить из дома. Ли Вэньсюнь и Да Ли были недовольны таким поведением Шао Цюня, поэтому они решили усложнить школьную жизнь Ли Чэнсю, превратив ее в ад.

Все учебные материалы, стол, учебники и тетради были исписаны оскорбительными словами. Во время урока кто-то откровенно кидал в него мелом, а учитель равнодушно закрывал на все это глаза.

Неприятные слухи быстро распространились по школе. Ли Чэнсю уже был не просто слабой «неженкой», а бесстыдным и отвратительным, страшным гомосексуалистом. Хотя в то время очень немногие люди сами на самом деле понимали, что вообще означает гомосексуальность. Для Ли Чэнсю ходить в школу каждый день стало невыносимой пыткой. Даже если он пытался всех избегать, его все равно травили и унижали без причины. Все это сделало обучение практически невозможным.

Всего три-четыре дня преследований показались ему целым годом.

Однажды днем, когда уроки закончились, Ли Чэнсю получил записку от своего одноклассника. Он открыл ее и увидел сообщение, написанное рукой Шао Цюня, с просьбой встретиться с ним в учебном корпусе после школы сегодня.

Ли Чэнсю стиснул зубы и скомкал бумагу с большим колебанием в сердце.

Он не знал, когда именно он начал настолько полагаться на Шао Цюня, что на самом деле надеялся, что тот появится и спасет его. Но равнодушие Шао Цюня в тот день заставило его сердце покрыться коркой льда. Сейчас он не был уверен стоит ли ему встречаться с Шао Цюнем.

Подумав об этом, Ли Чэнсю остался в классе, наблюдая, как небо медленно темнеет. Тайная надежда, живущая глубоко в сердце, заставила его остаться. Сидя в темном и пустом классе, он фантазировал, что Шао Цюнь даст все ему объяснить или даже сможет немного утешить.

Ли Чэнсю был так измучен за последние несколько дней, что заснул, сидя за столом, ожидая появления Шао Цюня. Когда он проснулся от холода и выглянул в окно, то на улице уже было темно.

Пустой класс с качающимися вентиляторами на потолке и мрачными классными досками казался в темноте таким устрашающим. Ли Чэнсю вздрогнул. Он хотел включить свет и посмотреть на часы, которые висели на стене.

Однако после закрытия школы электричество во всем учебном корпусе было отключено. Вокруг стояла кромешная тьма и мертвая тишина. Только тусклый лунный свет проникал сквозь окна. Ли Чэнсю в спешке открыл дверь класса. Он посмотрел в пустой коридор. Ему показалось, что это бесконечный путь тьмы, уходящий в никуда. Его ноги ослабли, и он мог передвигаться только прислонившись к стене.

На лестничной площадке не было видно света луны, так что тут было даже еще темнее, чем в классе. Ли Чэнсю казалось, что он делает шаги в никуда, при этом он держался за перила.

Обычному требовалось меньше минуты, чтобы преодолеть этот путь, спускаясь с четвертого этажа, но сейчас это была самая длинная дорога, которую он когда-либо проходил в своей жизни.

Ли Чэнсю чувствовал себя запертым во тьме, окруженной четырьмя стенами. Казалось, что во тьме спрятался неведомый зверь, который в любой момент готов был его проглотить. Он не знал, что было позади него и что будет перед ним. Его рука скользила по перилам, не зная, чего он коснется в следующую секунду. Воображение разыгралось, и ему удалось по глупости напугать самого себя.

Ли Чэнсю понял, что его обманули. Он был зол. Теперь, когда он находился тут совершенно один в огромном учебном здании, все его чувства беспомощности, страха и бесконечного горя усилились. Когда он, наконец, добрался до первого этажа, его ноги тряслись, глаза затуманились, и он очень сильно вспотел.

Входная дверь была заперта, но к счастью Ли Чэнсю это были двустворчатые железные ворота, а не сплошное деревянное полотно.

— Здесь есть кто-нибудь? — Ли Чэнсю схватился за них и начал громко кричать, высунув лицо в щель, — Кто-нибудь есть?

Его громкие крики устрашающим эхом отдавались в пустом кампусе, что еще больше испугало Ли Чэнсю.

После десяти минут истошных криков снаружи появился луч света. Навстречу ему шел человек с фонариком.

— Шушу, поторопись и выпусти меня отсюда! — закричал Ли Чэнсю.

— Что с тобой случилось? — крикнул ему издалека школьный охранник. — Почему ты все еще здесь? Почему ты не пошел домой после школы?

Ли Чэнсю не знал, как объяснить свою ситуацию, поэтому просто тихо ждал, пока мужчина подойдет и откроет ему дверь.

— О, это ты? — охранник направил луч света на лицо Ли Чэнсю и странно улыбнулся.

Может быть, из-за того, что слово «гей» было таким новым и неслыханным в этой закрытой социальной среде, что все время все только и говорили о нем. Таким образом, Ли Чэнсю стал темой для разговоров в школе.

— Спасибо, шушу, — прошептал Ли Чэнсю, вытирая свои слезы. Ему было очень стыдно.

— Уже больше десяти вечера, — мужчина посмотрел на часы, — какого черта ты здесь делаешь так поздно?

— Уже десять часов? — Ли Чэнсю поперхнулся, — я...я заснул.

Конечно мужчина ему не поверил. Немного подумав, он понял что произошло.

— Как ты собираешься добраться до дома? — спросил охранник, открывая ворота.

— Я не знаю... — Ли Чэнсю был в шоковом состоянии, — в такое время уже не ходят автобусы.

— Конечно нет! Где ты живешь?

Ли Чэнсю ответил на этот вопрос и у мужчины расширились глаза от удивления.

— Так далеко? Если ты пойдешь пешком, то будешь идти всю ночь и придешь только к рассвету.

Ли Чэнсю кивнул, соглашаясь. На него накатила чувство горести и желания снова заплакать.

— Забудь! Я буду хорошим человеком и отвезу тебя на велосипеде. Так же быстрее будет?

— Правда...правда? — Ли Чэнсю поднял голову. В его глазах появилась благодарность. — Спасибо тебе, шушу.

Охранник посмотрел на миловидное личико Ли Чэнсю и приподнял уголки рта, искривляя губы в кривой ухмылке.

http://bllate.org/book/12596/1119040