Готовый перевод Спуск с высоты 10000 метров [❤️] / Descending from 10,000 meters.: Поменяться сменой Глава 29

От автомобиля до здания оставалось буквально три шага. Выйдя из машины, Фан Хао почувствовал, что его сердцебиение участилось и даже дыхание стало немного затрудненным. Он поднял руку, сжимая и разжимая ее несколько раз, все еще чувствуя тепло Чэнь Цзяюя. Чэнь Цзяюй был одет в форму капитана с короткими рукавами, что сделало контакт еще более ярким и ощутимым. Что с ним не так? Фан Хао всегда гордился тем, что он человек с сильным самообладанием и твердой решимостью. Его нелегко было сбить с толку, поэтому в данный момент он был в замешательстве.

Может, потому, что у него так долго не было настоящих отношений, его сердце бешено билось от такого обычного физического контакта, который, очевидно, может произойти между друзьями? Фан Хао никогда не задумывался о том, что между ним и Чэнь Цзяюем могут быть какие-то отношения. Он знал, что это невозможно, особенно после их холодной войны из-за посадочных фонарей он даже не смел и думать об этом.

Но даже несмотря на то, что Чэнь Цзяюй сделал шаг назад и они снова помирились, он все еще был членом круга коллег. Фан Хао не стоило даже думать об этом. Неважно, какие мысли у самого Чэнь Цзяюя на этот счет, он сам не должен нарушать правила. Подумав об этом, Фан Хао немного расслабился. Раз финал был обречен на невозможность, тогда не имело значения, какой процесс будет в середине.

Фан Хао хотел поскорее подняться и поговорить с Фан Чэнцзе, но, только когда вошел в квартиру, вспомнил, что его диди еще вчера уехал к матери в город, потому что долго не был дома. Он провел здесь всего два выходных, но Фань Жолань уже начала звонить и просить его приехать поскорее.

Фан Хао казалось, он весь горит. Он положил свою рабочую сумку и направился к шкафу, чтобы взять жаропонижающие таблетки. Запивая лекарство, он выпил почти всю бутылку воды и упал на кровать. Многие проблемы он решал просто: сначала ложился спать, а утром уже думал об этом.

Фан Хао проспал до восхода солнца. Встав, он почувствовал, что его уже не так сильно лихорадит, а температура немного спала. Это уже можно было считать первым шагом на пути к выздоровлению. Он почувствовал облегчение. Следующие несколько дней по расписанию довольно тяжелые. Ему предстоит посетить несколько административных совещаний, и если он упадет в обморок на работе, то на других коллег ляжет большая нагрузка.

После обеда Фан Хао получил сообщение в WeChat от Чэнь Цзяюя. Тот не знал о его внутреннем смятении прошлой ночью и не дал ему ни малейшего времени, чтобы переварить свою растерянность.

【У тебя все еще держится температура? 】

【37,8】 — Фан Хао отправил ему короткое сообщение и посмотрел на часы.

Чэнь Цзяюй мог писать ему днем только в одном случае, когда у него был выходной.

【Ты сегодня не работаешь? 】 — спросил Фан Хао, следом отправив еще один смс.

【Сегодня отдыхаю. Завтра в 8 утра я лечу в Чжэнчжоу. А ты? 】

Фан Хао взглянул на свой график — завтра у него была восьмичасовая дневная смена и он должен был быть на работе уже в семь утра.

Они одновременно поняли, что в шесть тридцать утра рейсовый автобус еще не ходит, чтобы Фан Хао мог добраться на нем на работу, а машину свою он оставил вчера в аэропорту.

От Чэнь Цзяюя некоторое время не было сообщений, но спустя несколько минут он все же написал.

【Тебе на смену нужно рано, а машины нет? Я подвезу тебя на работу? 】

Фан Хао понимал, что отказ от него выглядел бы претенциозно. К тому же его машина находится в аэропорту. Им обоим нужно в одно и то же место — это объективный факт. Именно поэтому он спокойно согласился, и они договорились о времени встречи.

Чэнь Цзяюй приехал без опозданий и ровно в шесть тридцать утра припарковал машину у дома Фан Хао. Он не отправил сообщение и не стал звонить. Едва только он заглушил двигатель, как почти в тот же момент Фан Хао спустился вниз, держа в руках бумаги и бутылку воды. Они отнеслись к этой встрече как к полетному заданию, соблюдая негласную точность.

Прошло чуть более тридцати часов с их последней встречи, и вот Фан Хао снова сел на переднее пассажирское кресло в машине Чэнь Цзяюя. Кожаная обивка светлого цвета ощущалась уже знакомой. Едва только Фан Хао сел, как сразу почувствовал аромат кофе в салоне. Чэнь Цзяюй, похоже, был в хорошем настроении и, встретившись с ним взглядом, улыбнулся.

— Доброе утро, — поздоровался Фан Хао, смущенно смотря на него. — Я забыл, что мне надо на работу сегодня утром. Я все-таки должен был в прошлый раз вернуться на машине. Прошу прощения за беспокойство.

— Не говори так, — ответил Чэнь Цзяюй, — к тому же нам все равно по пути.

Чэнь Цзяюй завел мотор и вывернул руль, медленно трогаясь с места.

— Твой кофе, — указал он на два картонных стаканчика на центральной консоли.

Фан Хао опустил взгляд и увидел большой холодный напиток — именно такой, что он заказывал каждый раз, когда приходил в «Koza». Бармену в кафе потребовалось два месяца, чтобы запомнить его привычки, а Чэнь Цзяюю — всего два дня.

— Спасибо, это очень любезно с твоей стороны, — взяв кофе, поблагодарил он.

— Это из кофейни рядом с моим домом. Вообще, не так много мест, куда можно заехать по пути и купить кофе. Я не пробовал его и не знаю, каков он на вкус.

Фан Хао сделал глоток.

— Довольно неплохо, — прокомментировал он. — Достаточно горький.

Чэнь Цзяюй и себе тоже купил кофе, и его стаканчик стоял рядом с холодным напитком Фан Хао. Фан Хао вернул свой стаканчик назад и увидел лежавший рядом чек. Он взял и посмотрел на приобретенный заказ.

— Средний латте, обезжиренное молоко, два эспрессо? — прочитал он вслух.

— Да... — протянул Чэнь Цзяюй. — Я более вульгарен. Я добавляю в кофе молоко, чтобы его можно было пить.

— В кофе... — прошептал Фан Хао, — который я купил для тебя в прошлый раз... я забыл попросить обезжиренное молоко.

У него очень сложный склад ума. В прошлый раз Фан Хао не смог вспомнить номер рейса Чэнь Цзяюя, но такую маленькую деталь помнит до сих пор. Когда-то Чэнь Цзяюй не понимал его и считал старомодным. Теперь же считает, что это лишь отражение принципов Фан Хао. Думая сейчас об этом, ему показалось, что это очень даже мило.

Чэнь Цзяюй, конечно, не придал этому значения:

— Обезжиренное молоко полезнее, а то, что ты купил в прошлый раз, было вкуснее, — улыбнулся он.

Это тоже было правдой, но был ли этот вкус сладким из-за кофе или сладостью в сердце, знал только он сам.

До аэропорта оставалось еще пять минут, когда у Чэнь Цзяюя зазвонил мобильный телефон. Он лежал на верхней части слота экраном вверх. На дисплее высветилось большими буквами имя — Чэнь Чжэн. Чэнь Цзяюй едва только увидел его, как тут же отклонил звонок. На самом деле обычно он так не поступал и не сбрасывал звонок отца. Но он знал, что отец не будет звонить ему, чтобы просто поболтать. Когда он звонит, то это по серьезным делам, и сейчас это дело, скорее всего, что-то семейное. Именно поэтому он не хотел обсуждать его в присутствии Фан Хао. Однако через полминуты отец позвонил снова.

Фан Хао увидел имя и догадался, что это отец Чэнь Цзяюя.

— Ответь, — тихо сказал он. — Не обращай на меня внимания.

Чэнь Цзяюй сделал глубокий вдох и активировал звонок через Bluetooth.

— Папа, — произнес Чэнь Цзяюй — это срочно? Я за рулем, и у меня в машине друг.

Голос Чэнь Чжэна звучал немного хрипловато. Вопреки обыкновению, сегодня он обменялся с ним даже любезностями.

— Едешь в аэропорт? Ты сегодня на смене?

— Я вернусь около шести вечера, — коротко ответил Чэнь Цзяюй. Он не стал говорить, куда сегодня летит, чтобы не давать отцу повода много говорить в присутствии Фан Хао.

Чэнь Чжэн тоже не стал ничего спрашивать и сразу перешел к делу.

— Цзяюй, мне только что позвонили. Врач больницы созвал совещание в пятницу во второй половине дня. Ты будешь свободен? Мне нужно дать им ответ как можно быстрее.

Чэнь Чжэн звонил ему в двух случаях: первый касался его работы и полетов, а второй — его матери. Чэнь Цзяюй правильно догадался сейчас о цели его звонка.

— Подожди, мне нужно посмотреть.

Он начал сбрасывать скорость и, доехав до светофора, перестроился на другую полосу, чтобы припарковаться. Одной рукой он держал руль, а другой взял телефон, пытаясь зайти в расписание в своей электронной почте. Но управлять машиной, одновременно пытаясь что-то сделать в небольшом экране телефона, было неудобно. Несколько его попыток оказались безрезультатны.

— Давай я помогу тебе, — прошептал Фан Хао.

Чэнь Цзяюй не стал отказываться.

— Зайди на почту и найди отправителя Ван Сяна. Имя на пиньине.

Фан Хао взял его телефон и нажал на кнопку запуска. Он был знаком со всеми видами программного обеспечения и всего за несколько секунд нашел то, что было нужно.

— Расписание до 21 октября?

Фан Хао увидел, что в электронной почте Чэнь Цзяюя было более тысячи непрочитанных писем. Он был настолько занятым человеком?

— Да, посмотри пятницу.

Фан Хао не был пилотом, но, имея дело с ними в течение многих лет, естественно, знал, как читать расписание.

— Пятница... 25 октября, Пекин. Дасин. Рейс, Гуанчжоу — Байюнь. Время вылета — 14-30, время обратного рейса — 18-15.

Он в голове прикинул время. Чэнь Цзяюю нужно выехать из дома не позднее десяти утра, чтобы приехать в аэропорт к рейсу. С учетом времени вылета, естественно, днем он не будет свободен.

Чэнь Цзяюй тяжело вздохнул. Он работал.

— Я должен лететь в Гуанчжоу днем в пятницу, — ответил Чэнь Цзяюй. — Но я перенесу свою смену.

— Не меняй смены, это плохо скажется на твоей репутации, — голос Чэнь Чжэна был серьезен. — Ничего страшного, мы можем назначить встречу на следующую неделю.

Чэнь Цзяюй в присутствии Фан Хао очень себя сдерживал и старался говорить более спокойно. Обычно, когда Чэнь Чжэн указывал ему, что делать в вопросах, связанных с полетами, он был крайне раздражен.

— Ладно, сам решай, — недовольно ответил Чэнь Чжэн и сбросил звонок.

Чэнь Цзяюй сразу же набрал номер Ван Сяна, координирующего менеджера компании, чтобы обсудить вопрос о переносе смен. Ван Сян был хорош в своем деле. В течение минуты он нашел для него подходящую субботнюю смену, сообщив, что Юэ Дачао должен был лететь с другим капитаном, и что, если Чэнь Цзяюя устраивает, он может поменяться с любым из них сменами.

— Я знаю, что нехорошо менять выходные на будние дни недели, поэтому давай я сначала поговорю с Юэ Дачао, а потом я напишу тебе в WeChat, если он согласится, — предложил Чэнь Цзяюй.

Ван Сяну это облегчало его задачу, поэтому он, конечно, согласился.

— Спасибо за Шанхай, — прежде чем закончить разговор, поблагодарил Чэнь Цзяюй, — учитывая тот инцидент, я должен оказать тебе услугу. Я приглашу тебя в следующий раз пообедать.

Закончив разговор с Ван Сяном, Чэнь Цзяюй сразу позвонил Юэ Дачао. У него было занято. Чэнь Цзяюй взглянул на Фан Хао и подумал, что тот, вероятно, чувствует себя немного неловко, слушая его рабочие и личные звонки. Чэнь Цзяюй опустил голову и убрал свой телефон. Он хотел что-то сказать, но в этот момент вновь раздался звонок.

Звонок оказался от Юэ Дачао. Чэнь Цзяюй не успел объяснить ему ничего толком и едва только обмолвился о смене, как Юэ Дачао уже согласился. Чэнь Цзяюй поблагодарил его и уже собирался закончить разговор, как вдруг Юэ Дачао спросил:

— Цзя-гэ, мы можем немного посплетничать с тобой?

— О чем посплетничать? — Чэнь Цзяюй позвонил, просто чтобы поменяться сменой, и не мог сообразить, что он имеет в виду.

Голос Юэ Дачао был весьма загадочным.

— Помнишь последний наш полет вместе? Когда мы сошли с самолета в тот день... Кун Синьи, это ведь она приходила к тебе...

Чэнь Цзяюй вспомнил об этом, но тут в его памяти всплыло, что как раз в тот день к нему приходил Фан Хао.

— А, я летал с ней до этого рейсом.

«Я и не подозревал, что Юэ Дачао, выглядевший человеком с хорошим характером, на самом деле обладал душой сплетника», — подумал Чэнь Цзяюй.

Обычно он не обращал внимания на такое и просто посмеялся бы над этим, но сегодня все сложилось слишком неудачно. У него на пассажирском сиденье сидел Фан Хао. Чэнь Цзяюй чувствовал, что дальнейшие объяснения — это просто ошибка. Он уже ожидал, что его поймут неправильно.

— О-о-о... — немного разочарованно протянул Юэ Дачао. — Слушай, моя сестра и Кун Синьи знакомы. Синьи попросила ее помочь навести справки о тебе. Она хочет пригласить тебя на ужин. В общем, я хотел прощупать почву...

Чэнь Цзяюй вспомнил, что Юэ Дачао упоминал в их разговоре, что у него есть родная сестра, которая работает стюардессой в другой компании.

Чэнь Цзяюй почувствовал себя еще более неловко и решил обратиться к философии Тайцзы*.

*太极 — Тайцзы является важной концепцией и категорией в истории китайской культуры. Тайцзы проясняет процесс Вселенной от Уцзы к Тайцзы. (Чэнь Цзяюй обращается к философии «Книге Перемен». Как мы помним, Фан Хао тоже прибегает к этому учению😅).

— Не следует сплетничать.

Юэ Дачао оказался тем еще переговорщиком.

— Нет, Цзя-гэ, раз уж я поменялся с тобой сменами, ты должен мне что-то сказать. Я должен дать сестре ответ.

Если бы он знал, что звонок Юэ Дачао доставит столько хлопот, то, возможно, лучше бы побеспокоил другого капитана. В любом случае в Air China итак бы пошли ему навстречу, но Чэнь Цзяюю не хотелось быть обязанным незнакомому человеку.

Чэнь Цзяюй задумался на мгновение, а потом все же ответил:

— Тогда мне очень жаль. Скажем так, у меня уже есть любимый человек.

— Ну что ж, — Юэ Дачао его ответ показался искренним, — спасибо, Цзя-гэ. Желаю тебе всего хорошего.

После того как он закончил этот разговор, машина уже въезжала в аэропорт. Он даже не успел перекинуться с Фан Хао и несколькими словами, а так хотел о многом поговорить.

— Прости, с моей стороны было нехорошо совершать звонки, когда ты был рядом, но вопрос о замене смены был очень срочный.

Фан Хао не стал упоминать о том, что случилось в тот день, когда он видел его с Кун Синьи, и просто улыбнулся.

— Ничего страшного. Спасибо, что подвез меня, — и тут он вспомнил кое о чем и осторожно спросил: — Кто-то из твоих родителей нездоров?

Чэнь Цзяюй не стал отрицать, но и в подробности не стал вдаваться.

— Да, и довольно давно.

Мысли в голове Фан Хао закрутились, словно карусель, и в этот момент ему все стало ясно.

— Ты отказываешься от международных маршрутов и каждый день летаешь по такому утомительному короткому маршруту для того, чтобы возвращаться каждый день домой?

Чэнь Цзяюй нажал на тормоз и машина резко затормозила. Он не стал извиняться за свои навыки вождения, а повернул голову и посмотрел в глаза Фан Хао.

— Ты правильно угадал.

Фан Хао чувствовал, что говорить что-то еще в данный момент было бы неразумно. К тому же он не хотел проявлять самонадеянность и злоупотреблять добрыми намерениями Чэнь Цзяюя.

— Ты упорно трудишься не щадя своих сил.

— Это неправда, — ответил Чэнь Цзяюй. Он никогда не думал, что может выбирать и отказаться от семейных обязанностей.

После этого они в тишине доехали до башни. Чэнь Цзяюй остановился у входа в башню, чтобы высадить Фан Хао. Самому ему нужно было проехать дальше в зону управления, для входа в которую нужно было предъявить пропуск.

Фан Хао снова вежливо поблагодарил его.

— Не будь вежлив со мной. Давай поужинаем вместе, когда будем свободны.

Фан Хао согласился, но в душе задумался. Наверное, приглашение на ужин это то же самое, что с Ван Сяном, из вежливости. Приглашение поесть — это социальный этикет.

После того как Фан Хао закончил встречу в семь утра, он еще не принял смену, поэтому отправился в Терминал 1, чтобы купить завтрак. Там он столкнулся с Чу Ижоу и Чжэн Сяосюем, которые сидели и болтали в кофейне. Чу Ижоу тоже, как и он, работала в восьмичасовую дневную смену.

Фан Хао поздоровался и присел к ним за столик. Не успел он еще ничего сказать, как Чжэн Сяосюй встал и прежде, чем уйти произнес:

— На этой неделе я лечу в Европу и вернусь только на следующей. Если ты хочешь что-то, чтобы я привез тебе из магазина беспошлинной торговли, отправь мне сообщение в WeChat, — перед уходом произнес он и оставил их одних.

— Сяосюй такой заботливый.

— Я правда думаю, что он очень хороший, — завораживающим голосом ответила Чу Ижоу, — нам очень хорошо вместе.

— Я смотрю на вас с большой надеждой, — улыбнулся Фан Хао.

— Он хорош во всем, только есть один маленький нюанс... — Чу Ижоу немного колебалась, говорить или нет, но все же решила поделиться. — Ему в этом году тридцать один будет. Почему у него до сих пор нет девушки и он не женат? Разве это не странно?

Фан Хао на мгновение задумался.

— Мне тоже скоро тридцать, а я еще не влюбился и не завел семью. По-моему, это вполне нормально. Может быть, раньше уже была?

Чу Ижоу немного смутилась:

— Я не говорю о возрасте. Просто я не знаю историю его предыдущих отношений.

— Хм, — многозначительно улыбнулся Фан Хао, — хорошо... Хочешь, чтобы я помог тебе узнать?

Чу Ижоу внимательно посмотрела на него, и ее словно поразило молнией.

— Ты... вы помирились с Цзя-гэ?

— Вроде того, — Фан Хао опустил голову и сделал глоток кофе. В большом стаканчике холодный напиток, который Чэнь Цзяюй купил для него утром, уже практически закончился.

— Как это произошло? — Чу Ижоу одолевало любопытство. — Расскажи мне.

Фан Хао почесал висок. На самом деле он не до конца понимал причину.

— Возможно, у него был сильный стресс, из-за чего он нервничал, когда летел из Гонконга, и ему было сложно смириться с такой малозначительной ошибкой, как невключение света.

— Он не должен был на тебе срываться.

Она вспомнила промокшую от дождя той ночью рубашку Фан Хао и, естественно, встала на его сторону.

Как только она заговорила, то заметила фамилию «陈»* на стаканчике с кофе в его руке. Хотя в мире много людей с фамилией Чэнь, но, так как она случайно встретила его в «Koza», конечно же, она догадалась, кто купил для него кофе.

*Чэнь

— Значит, он извинился?

Фан Хао проследил за ее взглядом. На самом деле утром он даже не заметил эту надпись на кофейном стаканчике. Теперь он понял, что со стороны это смотрится двусмысленно. Он попытался объяснить:

— Это долгая история. Позавчера после работы он подвез меня домой... Но так как моя машина все еще стоит в аэропорту, сегодня утром он заехал за мной, а заодно купил мне это, — он крепче сжал кофе, который был почти на донышке.

— Эй, я говорю, что вы... — Чу Ижоу наконец не выдержала, — Фан Хао, то, как вы ругаетесь и миритесь... вы действительно не похожи на обычных друзей. Разве друзья могут так ссориться, а потом так мириться? Разве обычные друзья отслеживают рейсы друг друга и настаивают на том, чтобы отвезти домой, зная, что у тебя есть машина?

Из-за того что Фан Хао не поднимал той темы, Чу Ижоу была не слишком осведомлена о всей истории. Она не знала, что происходит за кулисами, и смотрела со стороны, словно наблюдала за пожаром на горе. Она молча наблюдала несколько недель и, наконец, поняла: огонь горит довольно ярко и способен превратиться в дикий пожар в прериях.

Как бы медленно Фан Хао ни соображал, он понял, что она имела в виду.

— Я всегда считал себя хорошим другом, — серьезно сказал он. — Это все произошло только из-за того, что он отказался от своих слов.

Он имел в виду предыдущий инцидент, когда они поссорились из-за посадочных огней. Естественно, у него было простое и искреннее намерение попытаться спасти дружбу. Так что совесть у него, естественно, была чиста.

— Эй... Слышал ли ты когда-нибудь, что забота приводит к хаосу*?

*关心则乱 — Забота приводит к хаосу. Это означает, что когда вы слишком заботитесь о вещи или человеке, эта вещь или человек будут влиять на ваш разум.

— Вряд ли, — Фан Хао лишь пожал плечами. — Разве он не был в отношениях со стюардессой два года назад?

Он не упомянул о том, что слышал, как Чэнь Цзяюй сказал в машине, что у него есть любимый человек, потому что сам не до конца переварил этот факт и не понял смысла. Теперь же, когда он задумался об этом, то тут могут быть только три варианта: первый — Чэнь Цзяюй действительно не думал об этом, а так как Юэ Дачао надавил на него, то он сказал первое, что пришло ему на ум. Кун Синьи была очень красивой и яркой, и Фан Хао видел это своими глазами. Однако он все же сделал вывод, что одинокий парень-натурал, если встретил такую девушку, не отказался бы от ужина с ней, даже ни разу с ней не поев.

Вторая причина — у Чэнь Цзяюя в сердце был кто-то, поэтому он и не согласился на сватовство Юэ Дачао. Фан Хао считал, что этот вариант наиболее вероятен. Третий вариант, о котором говорила Чу Ижоу, значил, что Чэнь Цзяюй заинтересован в нем.

Но Фан Хао всегда был нетороплив и не любил самонадеянности. Его жизненный принцип заключался в том, что лучше ни во что не верить, чем выдумывать несуществующее.

Однако это маленькое глупое семечко уже было посеяно в душе.

Может, это позавчерашняя высокая температура сбила его с толку? Может быть, Чэнь Цзяюй непреднамеренно занимался возделыванием почты, скрывая это за заботой?

Фан Хао вдруг почувствовал, что дела плохи.

http://bllate.org/book/12588/1118598