Готовый перевод Спуск с высоты 10000 метров [❤️] / Descending from 10,000 meters.: Встреча в Цзюсянюань. Глава 9

Прощальная вечеринка Лу Янь проходила в ресторане хунаньской кухни Цзюсянюань, расположенном недалеко от аэропорта. Лу Янь была частым посетителем ресторана и даже заказывала блюда на вынос в башню, когда дежурила в празднования китайского Нового года. Родной город Лу Янь — Хунань. Поэтому для ее проводов, естественно, выбрали то, что ей нравилось.

*Цзюсянюань — сеть китайских ресторанов

На вечеринке был необычный состав гостей. Вообще, честно говоря, в компании летчиков не встретить диспетчеров. Потому что пилоты все время разговаривают о том, кто и как управляет полетами и когда они сели и взлетели. В компании диспетчеров происходит то же самое, все жалуются на летчиков, и поэтому летчиков в их компаниях тоже нет.

Однако у Лу Янь очень широкие и разнообразные связи. Начиная с университета гражданской авиации и заканчивая аэропортом Дасин, были приглашены те коллеги, которые были с ней в хороших отношениях. В итоге из дюжины присутствующих примерно половина оказалась летчиками, а вторая половина диспетчерами.

Из диспетчеров был добрый старик Ван Юань и Чу Ижоу. Лу Янь обучала ее три года назад. Сейчас она уже зрелый контролер, способный самостоятельно работать. Кроме того, она позвала и Фан Хао.

Среди пилотов были Чэнь Цзяюй, который был близок с Лу Янь. Его коллега по Air China Чжэн Сяосюй, капитан из Hainan Airlines Чжоу Цичэнь, капитан из Sichuan Airlines У Юэ. А также коротко стриженная, очень энергичная и остроумная женщина-пилот из Shandong Airlines Су Ли, которая также является бывшей одноклассницей Лу Янь.

— Янь-эр, — Чэнь Цзяюй рассмеялся, как только занял свое место, — ты собрала вместе Air China, Mountain Air, Hainan Airlines и Sichuan Airlines. Это же восток, юг, запад и север. Мы можем сыграть в маджонг.

Несколько капитанов рассмеялись.

Собрать более десятка летчиков и диспетчеров очень сложно. После многократного голосования в группе WeChat удалось, наконец, найти пятничный вечер, на который было свободно больше всего людей. Чэнь Цзяюй и Чжэн Сяосюй приехали прямо из аэропорта после своих рейсов. У Чэнь Цзяюя на этой неделе по расписанию полеты в понедельник, вторник, пятницу и субботу. Так что завтра рано утром ему придется снова ехать в аэропорт.

Чжэн Сяосюй встал и налил Чэнь Цзяюю чашку чая.

— Цзя-гэ, мы работаем в одной компании, но почему я не видел тебя больше месяца?

Чжэн Сяосюй летает на международных линиях, они уже несколько раз летали вместе. Недавно он летел из Пекина в Лос-Анджелес. Чэнь Цзяюй знал это потому, что они работают в одной и той же компании.

— Ты возвращаешься раз в неделю, мы просто не успеваем видеться, — Чэнь Цзяюй поблагодарил его.

— Раз нам так трудно встретиться друг с другом, то давай выпьем, — сказал Чжэн Сяосюй.

Чэнь Цзяюй поднял чашку с чаем.

— Завтра утром мне нужно лететь, поэтому я заменю алкоголь на чай.

В гражданской авиации существует строгий запрет на алкоголь: за двенадцать часов до взлета ни капли спиртного. Все присутствующие это знали.

— Ты летишь завтра? — Лу Янь услышала его слова и повернула голову, смотря на него. — Я должна была знать это. Мы забронировали бы субботу. Тогда мы могли бы напиться сегодня.

— Это же твоя вечеринка, — рассмеялся Чэнь Цзяюй и поддразнил ее, — ты можешь напиться.

Когда Фан Хао вошел, он увидел пилотов и контролеров, сидевших в приятной атмосфере. Поначалу его никто не заметил. Простояв так пару секунд, ему вдруг пришла в голову не очень хорошая мысль — развернуться и уйти домой. Из всех присутствующих здесь людей он был знаком только с Лу Янь, Чу Ижоу и толстяком в очках по имени Ван Юань. Он также знал Чжоу Цичэня из HNA. Чэнь Цзяюя тоже можно было считать знакомым. Других он не знал.

— Фан Хао, — заметила его Чу Ижоу и махнула рукой, — подходи и садись.

Лу Янь также поприветствовала его, пригласив сесть.

— Давай, давай, — позвала его Лу Янь, — присаживайся вот туда.

Справа от Лу Янь сидела ее хорошая подруга Су Ли, а через два места слева от нее — Чэнь Цзяюй. Когда Чу Ижоу пришла, она села слева от Лу Янь и справа от Чэнь Цзяюя.

Фан Хао посмотрел на нескольких капитанов в форме. Сам он не на смене сегодня, поэтому был одет в повседневную одежду — белую футболку, синий кашемировый джемпер и темные джинсы. Он почувствовал себя немного не в своей тарелке.

Но Лу Янь, очевидно, было все равно. Когда Фан Хао сел, девушка даже сказала, что у него красивый джемпер.

— Янь-цзе, на дороге была небольшая пробка, извините за опоздание.

— Твой дом всего в пятнадцати минутах езды отсюда, — пошутила Лу Янь, — ты должен выпить штрафную. Ха-ха.

— Хорошо, — кивнул Фан Хао. Как только он согласился, Чэнь Цзяюй налил ему вина.

— Черт возьми, — воскликнул Чжоу Цичэнь, — это правда происходит? Фан-цзун, я должен это увидеть.

— Чэнь-гэ, — Фан Хао поднял свой бокал с вином и отсалютовал, — давно не виделись.

Фан Хао сделал глоток и поставил бокал на стол. Он еще не ел, так что все равно не смог бы все выпить, даже если бы Чжоу Цичэнь стал его уговаривать.

Как только Фан Хао занял свое место, он посмотрел налево. Чэнь Цзяюй сидел, полностью расслабленный, облокотившись на спинку стула, и смотрел на него, скрестив руки на груди.

Фан Хао не ожидал, что тот будет так пристально пялиться на него. Он даже немного смутился.

— Капитан Чэнь! — Фан Хао пришлось поприветствовать его.

— Значит, мы теперь как минимум братья, — лукаво улыбнулся Чэнь Цзяюй, — мы учились в одном университете, а теперь сидим за одним столом на этом ужине.

Фан Хао, естественно, понял, что он имел в виду. Он не хотел разжигать спор в присутствии Лу Янь, поэтому пошел у него на поводу.

— Цзя-гэ.

Теперь Чэнь Цзяюй был счастлив.

Чэнь Цзяюй продолжал смотреть на Фан Хао.

— Когда ты узнал? — неожиданно задал он вопрос. Естественно, он спрашивал о том, что Лу Янь уезжает.

— Два дня назад, — Фан Хао сделал еще один глоток вина. — Это было довольно неожиданно.

Фан Хао, вдруг словно что-то вспомнив, посмотрел на Чэнь Цзяюя.

— Ты ведь узнал об этом раньше нас, не так ли?

Чэнь Цзяюй кивнул, не отрицая этого.

Фан Хао понимал, что, в конце концов, Чэнь Цзяюй был ее другом, а не просто коллегой. Поэтому не было ничего удивительного в том, что он узнал обо всем раньше, чем он сам.

— Но вы все равно сможете часто встречаться, если у тебя будут рейсы в Пудун.

— Янь-эр, — заговорил Чжоу Цичэнь, — теперь мы будем встречаться на частоте башни Пудун. В ближайшее время я часто летаю в Пудун, так что мне придется попросить тебя позаботиться обо мне.

Лу Янь хорошо была знакома с ним и не боялась подшучивать над ним.

— В Пекине о тебе заботилась, а теперь еще и в Шанхае мне придется это делать?

— Конечно. Ведь именно ты решаешь, когда нам лететь, а когда приземлиться.

Чжоу Цичэнь — это живое сокровище. Он очень умный, озорной и сообразительный. На самом деле, он не является университетским однокурсником Лу Янь или Чэнь Цзяюя. Они познакомились уже в Дасине два года назад с Лу Янь и завязали хорошие отношения. Именно поэтому сегодня он в кругу ее друзей.

Неинформированные и посторонние люди никогда не смогут догадаться, что он раньше был пилотом авианосца военно-морского флота. Он был лучшим из лучших.

В гражданскую авиацию он перевелся три года назад. Он был последним военным, кто получил рекомендованное письмо при переводе со службы. Чжоу Цичэнь является образцовым пилотом компании Hainan Air, а также является одним из тех пилотов в Пекине, у кого наибольшее количество отработанных часов за год.

Еще год — и он будет повышен до капитана.

— Кстати, — раз речь зашла о работе, заговорил диспетчер У Юэ, — разве у самолета KLM не лопнула шина в прошлую пятницу? Это ведь был первый полет Лан Фэна в качестве капитана A330.

Как только речь зашла об этом инциденте, у Фан Хао сразу же разболелась голова. Он сразу же вспомнил о том, как они разговаривали на канале с Чэнь Цзяюем. К счастью, кроме Лу Янь, которая была в курсе их недомолвки, больше никто об этом не знал. За последние два месяца на территории аэропорта Дасин ничего серьезного не происходило, а это значит, что единственной общей темой для разговора могла быть только лопнувшая шина самолета KLM.

Чжоу Цичэнь не был в Дасине последние два дня, поэтому узнал о случившемся только сегодня. Как только он услышал имя Лан Фэна, то сразу же навострил свои уши.

— Она взорвалась при взлете или приземлении? Пожара не было? Это же, блин, большая новость.

За столом тут же воцарилась тишина. Никто из присутствующих здесь не находился на смене, когда это произошло. Все только слышали об этом, и единственный, кто все досконально знал, был Фан Хао.

— Это произошло во время взлета. К счастью, никаких повреждений двигателя, шасси и всего остального не было. Причина пока не установлена. Во всяком случае, на взлетной полосе ничего не было обнаружено. KLM, вероятно, пришлет кого-нибудь для расследования в ближайшие пару недель.

— Это все благодаря хорошему зрению Фан Хао, — Лу Янь посмотрела на мужчину. — Он поднялся на башню, чтобы просто прогуляться, и смог разглядеть это в бинокль. Вы можете в это поверить?

Когда Чу Ижоу услышала это, она повернула голову и многозначительно посмотрела на Фан Хао.

— Так вот почему к тебе приходил Лан Фэн. Эй, надо было попросить его пригласить всех нас, контролеров, чтобы вместе поесть.

— Эй, а разве Лан Фэн говорит по-китайски? — Чжоу Цичэнь даже не пытался скрыть своей заинтересованности.

— Он говорит и даже очень хорошо, — ответил Фан Хао.

— Фан Хао, ты сможешь меня представить ему? — пошутил Чжоу Цичэнь. — Я беспокоился, что языковой барьер может стать большой проблемой. Но теперь, когда я знаю, что он говорит по-китайски, это уже не проблема.

Для друзей его сексуальная ориентация не была секретом.

— Разве ты не практикуешь свой английский в HNA? — рассмеялась Лу Янь. — К тому же, почему Фан Хао должен тебя знакомить?

Чжоу Цичэнь дружелюбно улыбнулся и поднял свой бокал.

— Давай, давай, Фан-цзун, еще раз за тебя. За то, что ты... спас цветок Родины*.

Под «цветком Родины», конечно же, подразумевался Лан Фэн. Он, конечно, все сказал в шутку. Но на самом деле он не возражал против того, чтобы пообщаться с этим мужчиной после совместного ужина.

*Отсылка к китайскому фильму « Цветы Родины» (1995), предназначенному для детей и рассказывающему о жизни учеников начальной школы после основания Китая. Фраза «цветок родины» с тех пор используется как метафора для молодых людей, подразумевая, что они являются будущим нации.

Лу Янь улыбнулась и достала тонкую женскую сигарету. Ее длинные волнистые волосы были распущены на плечах. Яркая и красивая женщина с выдающимися чертами лица.

Фан Хао, логично, достал зажигалку и прикурил для нее.

— Есть еще? — после долгой паузы спросил он.

Лу Янь кивнула и достала «Нанкин»* для него. Фан Хао опустил голову и прикурил.

*Марка сигарет.

Фан Хао зажал сигарету между пальцами и не спеша затянулся.

— Лопнувшая шина — это вообще-то мелочь, — Фан Хао вернул разговор в обратное русло, — напиши отчет и дело с концом. Но это станет большой проблемой, если ее не решить должным образом.

— Круто, круто, господин Фан, давай выпьем! — воскликнул Чжоу Цичэнь.

— Ты первый, Чэнь-гэ, — Фан Хао не смог сдержать улыбку.

— Эй, ты тоже давай пей, — Чэнь Цзяюй поддразнил Чжоу Цичэня, — а то только всех подстрекаешь, а сам не пьешь.

— Я бы не посмел быть таким дерзким, — улыбнулся Чжоу Цичэнь. — Мы же едва только прикоснулись к холодным блюдам.

— Это было благословение среди несчастья, — прошептал Чэнь Цзяюй, не уходя от поднятой темы. — К счастью, другие детали не были повреждены.

Авиационные шины отличаются от автомобильных: они должны выдерживать давление десятков тысяч тонн на фюзеляж, поэтому и материалы, из которых они изготовлены, отличаются от автомобильных. После разрыва шины во время взлета поврежденная часть выбрасывается на сверхвысокой скорости. Но если она заденет другие части, например, топливный бак двигателя, то могут возникнуть более серьезные проблемы.

— Цзя-гэ, а у тебя шина лопалась? — поинтересовался Чжоу Цичэнь.

— Да, было такое, — спокойно ответил Чэнь Цзяюй.

— Ох, за эти годы... — вздохнула Лу Янь и посмотрела на Чэнь Цзяюя. Она произнесла эти слова негромко, но все присутствующие поняли.

Если говорить о поломках и авариях самолетов, то Чэнь Цзяюй пережил их все, включая случай в Гонконге. Некоторые капитаны гражданской авиации летают всю жизнь десятки тысяч часов, и все проходит благополучно. Но Чэнь Цзяюй за эти годы не только попадал в ситуации с лопнувшей шиной, отказом шасси, отказом одного двигателя при посадке, но и попадал в ситуации, когда у пассажира на высоте внезапно случился приступ астмы, не работала рация и еще десятки странных ситуаций.

Поэтому, когда на рейсе из Джакарты в Шанхай случился отказ двигателя, то он лишь на мгновение запаниковал. После этого у него словно сработала мышечная память. Только потом, со временем, он понял, что это была, пожалуй, самая серьезная проблема в полете, с которой он когда-либо сталкивался.

Он вдруг задумался на полсекунды, не зная, жаловаться ли ему на череду неудач или благодарить судьбу за то, что он всегда был готов к худшему.

— Как-то в аэропорту Хунцяо у тебя лопнуло колесо, а потом произошло возгорание двигателя. Но у тебя не было выбора, кроме как продолжить взлет, — добавил Чжэн Сяосюй, — этот случай попал в новости.

— Некоторые пассажиры других рейсов снимали видео, — губы Чэнь Цзяюя изогнулись в улыбке. — Тогда они говорили, что полет на самолете превращается в полет на ракете.

— Цзя-гэ, да ты старый знакомый всех новостных трансляций, — поддел его Чжоу Цичэнь.

— Зато теперь для Чэнь шао нет вопроса, который бы он не мог решить, — улыбнулась Лу Янь.

— А разве не ты столкнулся со стаей птиц? — Чэнь Цзяюй не очень любил такое внимание к себе, поэтому перевел тему на Чжоу Цичэня. — Какие ощущения испытываешь, когда выпрыгиваешь прямо из кабины с парашютом?

— Это вообще-то конфиденциальная информация, — улыбнулся Чжоу Цичэнь.

Это случилось во время армейских учений, поэтому, естественно, об этом не сообщалось в массы и не могло быть рассказано. Однако хирургические вмешательства, шрамы от многочисленных переломов и металлические пластины на его теле не дадут забыть или соврать.

— Я слышала два дня назад от сяо Дао, — вмешалась Лу Янь, — что один режиссер искал тебя, чтобы снять документальный фильм о вынужденной посадке в Гонконге.

— Я не согласился, — ответил Чэнь Цзяюй.

— Почему? Разве это не хорошо — сняться в документальном фильме? — удивилась Лу Янь. — Продвигать дело гражданской авиации... Я думаю, что фильм хорошо бы продавался.

— Я не могу найти на это время. К тому же пилоты всегда пользовались большой популярностью, — он сделал паузу и посмотрел на несколько присутствующих контролеров, — по мне, так надо рекламировать вашу профессию. Хранители голубого неба Республики, — Чэнь Цзяюй произнес последнюю фразу, как слоган, и посмотрел на Лу Янь. От чего подруга смутилась.

Как только он это сказал, тема была успешно переведена с полета на диспетчеров. Капитаны попросили рассказать о различных ситуациях, с которыми они сталкивались в период контроля.

Ван Юань рассказал историю о том, как военные не оповестили район, а затем два военных самолета чуть не встретились в воздухе. Фан Хао тогда работал на подходе к столичному аэропорту, и подтвердил его слова. Это действительно был серьезный инцидент. Если бы это сделал гражданский самолет, то его пилот был бы отстранен от работы в считанные минуты.

Когда настала очередь Фан Хао, он прочистил горло.

— Несколько месяцев назад я руководил вылетом грузового самолета, вылетающего из Пекина на Хайнань. Я сказал перевозчику выстроиться в очередь и набрать высоту 6000. А капитан ответил, что высота слишком нехорошая, и спросил, может ли он подняться до 6200 или опуститься до 5800. Это было время летних каникул, и пик пассажиропотока действительно нельзя было подстроить, поэтому я сказал ему, что это невозможно. Эти две высоты уже заняты и может возникнуть конфликт, — Фан Хао сделал небольшую паузу, медленно выдохнув сигаретный дым. — Потом этот летчик мне заявил, что перевозит свиней в этом самолете, и что мне придется заплатить заказчику, если они пострадают.

Чу Ижоу засмеялась первая и за ней последовали все остальные. По воздуху действительно перевозили всевозможные виды грузов, в том числе животных и растительность.

Лу Янь, однако, уже догадывалась о развязке, но все равно спросила.

— Ну и что? Ты изменил для него высоту?

— Естественно, нет, — у Фан Хао был невозмутимый вид, — я передал ему, что он сам справится со своими свиньями.

Все присутствующие за столом разразились хохотом, и Фан Хао улыбаясь поспешно добавил:

— Поправка. Я скорректировал ему другой маршрут и дал ему меньшую высоту. Я не хотел, чтобы у меня с зарплаты вычитали, особенно если в будущем цена на свинину на Хайнане вырастет.

Чэнь Цзяюй тоже рассмеялся. Он посмотрел на Фан Хао, сидящего справа от него и серьезно рассказывающего шуточки, с невозмутимым лицом.

По его первому впечатлению, собеседник был очень старомодным человеком, у которого на лбу выгравированы «правила и нормы». Но, пообщавшись с ним, он понял, что тот не такой.

Ужин еще не закончился, но Фан Хао уже выпил три бокала вина после подстреканий Чжоу Цичэня. Но так как он немного поел, то чувствовал себя нормально.

— Давайте поменяем дислокацию и еще выпьем, — предложила Лу Янь.

— Янь-цзе, куда бы ты ни захотела, мы отправимся за тобой, — ответил Фан Хао.

Первыми ушли пилоты, у которых были семьи. У Чэнь Цзяюя сегодня был запрет на алкоголь и он вообще не пил, поэтому идти в бар у него не было вообще смысла. Но Лу Янь попросила его, и он, естественно, не отказал.

Учитывая то, что некоторым завтра нужно было идти на работу, они закончили еще до полуночи.

Фан Хао был немного пьян. Он выпил, кажется, около пяти бокалов, но при этом не казался пьян. После короткого сна он точно сможет прийти в себя.

— Янь-эр, я как-нибудь съезжу в Шанхай, чтобы повидаться с тобой и Лэй-гэ, — перед уходом он обнял Лу Янь.

— Фан Хао, позаботься о себе, — это можно было считать последним наставлением. — Я говорю не только об управлении самолетами. Ты же понимаешь, о чем я?

Фан Хао был не слишком щепетилен в вопросах служебных отношений. Ему уже доводилось раздражать руководителей своими односторонними решениями. И хотя он был способным и быстро продвигался по службе, но в башне работало много людей, которые относились к нему предвзято.

До отъезда Лу Янь, благодаря своему большому опыту и связям, она могла выступать в его защиту. После ее ухода Фан Хао придется полагаться только на себя. Он, естественно, понял, что она пыталась сказать.

Чжоу Цичэнь был изрядно пьян, и Чжэн Сяосюй увез его. Фан Хао попрощался с Лу Янь и достал свой мобильный телефон, чтобы вызвать такси. На периферии своего зрения он увидел, что Чэнь Цзяюй и Лу Янь прощаются.

— Цзяюй, я при посторонних не хотела спрашивать, но что произошло между тобой и Янь Юй? — спросила Лу Янь.

Янь Юй была его бывшей девушкой. Чэнь Цзяюй был бисексуалом, ему нравились как мужчины, так и женщины, и поэтому в кругах распространилась информация о нем: многие стюардессы и стюарды заявляли, что встречались с ним. Большинство из ходивших вокруг него слухов были ложью. На самом деле, их было всего два. Янь Юй была бортпроводницей, которая работала в той же компании, что и он. После посадки в Гонконге они расстались.

— Я ничего не скрываю от тебя, но давай поговорим об этом в другой раз, — Чэнь Цзяюю было трудно говорить об этом. — Я не знаю, с чего начать.

Лу Янь кивнула и не стала настаивать. Она знала его слишком хорошо.

— Я не то чтобы напоминаю тебе о старых ранах, просто два дня назад она обратилась к моему другу, спрашивая о тебе. Я подумала, что ты должен знать.

Чэнь Цзяюй заметно напрягся. Этого он не ожидал.

______минутка юмора_____

Самолет British Airways 737 только что приземлился во Франкфурте. Диспетчер, очевидно не в духе, передает:  "Speedbird 123. Хорошее приземление капитан, но, я думаю, что вы немного левее центральной линии". 

Быстрый, как молния пилот отвечает с классным английским акцентом: "Roger Франкфурт. Вы абсолютно правы. Я немного левее центральной линии, а мой второй пилот немного правее от нее."

http://bllate.org/book/12588/1118578