Готовый перевод Pheromone off. / Без феромонов [❤️]: Глава 11

— Я хочу сделать тебе предложение.

—…

— Даже если это затеял ты, то вряд ли ты наверное хочешь выйти замуж за человека, с которым встречается твой хён, верно?

—…

— До свадьбы дело не дойдет, — равнодушно произнес Квон Саён.

Он достал пачку сигарет из внутреннего кармана пиджака и уже собирался прикурить, но вдруг остановился и посмотрел на Хаджина.

— Ты куришь?

Хаджин отрицательно покачал головой. Квон Саён швырнул пачку в бардачок между сидений. Хаджин удивился такому жесту: отказаться от курения лишь потому, что спутник не курит. Если говорить о Сон Сухёне из его окружения, то такое поведение вовсе не было очевидным. В конце концов, это был знак уважения, но к уважению Хаджин не привык.

— Вернемся к главному.

—…

— Я планирую только помолвку. Совместную жизнь можно считать спектаклем.

—…

— Сколько бы ты ни хотел замуж, большего я тебе предложить не могу.

Хаджин молча смотрел на Квон Саёна, который говорил лишь только по существу, не вдаваясь в объяснения. Хотя в словах мужчины было одно явное недоразумение, он не стал отрицать или оправдываться.

— …Ты предлагаешь обмануть дедушку?

Квон Саён на секунду нахмурился. Это было едва заметное движение, но, похоже, вопрос Хаджина выбил его из колеи. Раньше, при каждой их встрече он всегда казался робким и никогда не высказывал своего мнения. Квон Саён считал его покорным из-за положения в семье и потому был слегка удивлен его возражением. Легкая усмешка тронула уголки его губ.

— В общем-то, да.

— …А если обман будет раскрыт?

Квон Саён, откинувшись на спинку сиденья, ненадолго задумался.

— Я сам с этим разберусь.

— Я не хочу обманывать дедушку, — тихо произнес он.

После разговора, который он только что подслушал между Квон Саёном и Сон Ёну, он думал только об одном: ему не хотелось обманывать дедушку, которому и оставалось жить недолго. А они… узнав новости о состоянии председателя Квона, продолжили обсуждать свадьбу, словно это было благословение. В груди Хаджина защемило.

— …Ты думаешь, председатель настаивает на этом только потому, что ты хочешь выйти за меня замуж? — вновь заговорил Квон Саён.

Хаджин посмотрел на него с недоумением, не понимая, к чему он клонит.

— Похоже, председатель успокоится только тогда, когда мы с тобой заключим брак.

—…

— Наверное, он искренне к тебе привязан. Он хочет, чтобы ты выбрался из этой семьи и устроил свою жизнь, прежде чем он умрет.

— …Откуда ты знаешь?..

— Такой человек, как он, не стал бы настаивать на этом только из-за твоего упрямства.

—…

— Не думай об этом как об обмане. Считай, что ты исполняешь последнее желание старика.

—…

— Если он собрал обе семьи и зашел так далеко, то ни за что не передумает. Так что проще принять это. И тебе, и мне так будет спокойнее.

Хаджин тоже это понимал.

Видя, как председатель открыто заявил о своем решении перед всеми, он знал, что дедушка никогда не передумает. Доказательством этому служили последние недели: сколько бы Хаджин ни уговаривал его, тот оставался непреклонен в своем решении.

— Достаточно просто притворяться. Пока ты будешь это делать, я без колебаний окажу тебе любую поддержку.

—…

— Если у тебя есть какие-то цели, я помогу тебе их достичь. И тебе не о чем будет беспокоиться в финансовом плане. Ты мой жених, и я обеспечу тебя всем, что достойно этого звания. Кроме чувств.

Его условия были щедрыми, а тон оставался деловым. Они словно обсуждали сделку, а не свое будущее.

— Я буду идеально играть роль твоего жениха, но не жди от меня ничего большего. Твои чувства ко мне — это твое личное дело. Отвечать на них я не собираюсь.

—…

— Как ты знаешь, я встречаюсь с твоим хёном. И я не собираюсь расставаться с ним, пока мы разыгрываем этот спектакль.

—…

— Я уже обсудил это с ним. Об этой договоренности знаем только мы трое: ты, я и Ёну.

—…

— Ты можешь найти себе любовника, если будешь делать это тихо. Если же тебе будет некомфортно и ты захочешь отказаться… назови сумму компенсации. Так будет справедливо.

Квон Саён перечислил свои условия. Хаджин слушал его в растерянности, чувствуя, как его сердце, бьющееся в смятении, постепенно утихает. Его охватило тяжелое, гнетущее чувство, и хотелось заплакать. Он ясно понимал свои чувства, но не выказывал ни удивления, ни расстроенности. Он просто сохранял отстраненность, словно это не имело к нему никакого отношения.

Хаджин молча смотрел в окно. Ему нужно было время, чтобы обдумать все. Квон Саён тоже проявлял в этом вопросе достаточную решимость, чтобы отодвинуть в сторону даже своего возлюбленного. Хотя внешне он не выглядел сломленным, но Хаджин ощущал скрытое отчаяние в его словах. Если председатель, глава обеих семей, а Квон Саён — самый влиятельный человек в семье, объединят усилия, то этот брак состоится, даже несмотря на то, что сам Хаджин этого не хотел.

Хаджин прекрасно понимал свое место, пределы своих возможностей и ограничения. В конце концов он осознал, что должен принять любые обстоятельства. Несмотря на утихающую горечь и чувство неполноценности, он вновь задумался о простой цели всего этого. Все уже произошло, и дальше пойдет по накатанной. Самое важное, что он должен сделать, это сосредоточиться на главном. Если уж ничего изменить нельзя, то…

— …Я могу тоже выдвинуть условие? — ровным голосом произнес Хаджин.

Так или иначе, раз уж дело дошло до этого, он подумал о своей самой важной цели.

На его вопрос Квон Саён кивнул, разрешая продолжать. Хаджин никогда не задумывался о том, что может получить от этого брака, но если уж у него есть одно желание…

— Я прошу… ни в коем случае не дай дедушке узнать правду.

— …А разве ты не говорил, что не хочешь его обманывать?

— …Раз уж дедушка настроен так решительно, я все равно не смогу его остановить. Да и, честно говоря, я не могу это сделать.

Квон Саён кивнул, показывая, что понял его слова.

— Если уж я делаю это… Я хочу, чтобы дедушка увидел, что у меня действительно все хорошо.

—…

— …Чтобы он увидел, что я счастлив.

С самого начала это и было целью. Чтобы дедушка убедился, что он вырвался из той семьи и устроил свою жизнь. Председатель Квон мечтал увидеть его счастливым под надежной защитой Квон Саёна. Слова о том, что ему осталось недолго, были правдой. Год. Может, меньше, может, больше. Но если дедушка так упрямо хочет этого, Хаджин готов исполнить его волю.

— Поэтому… Сыграй свою роль моего жениха идеально, — твердо произнес Хаджин.

Пусть Квон Саён использует его как ему угодно, лишь бы он исполнил его одно желание.

Квон Саён поднял опущенные глаза, пристально глядя на Хаджина. Похоже, это тоже оказалось за гранью его ожиданий, но в его взгляде появилось что-то вроде заинтересованности. В салоне, где слышался лишь тихий гул двигателя, воцарилась тишина. Немного помедлив с ответом, он провел рукой по подбородку, прежде чем произнести:

— …Того же самого и я хочу.

На этом разговор прервался. До самого возвращения домой они больше не обронили ни слова.

Они словно оба доказывали, что между ними лишь деловые отношения, не больше и не меньше.

***

Непонятно почему, но Хаджин чувствовал страшную усталость.

Едва вернувшись домой, он сразу направился в ванную. Казалось бы, столкнувшись со всем этим кошмаром, он должен был потерять самообладание, но вопреки ожиданиям, он был странно молчалив. Он думал, что взорвется от гнева или хотя бы почувствует боль, однако, когда все это обрушилось на него, внутри осталась лишь пустота.

Через некоторое время воспоминания нахлынули с новой силой, сжимая его сердце. Хаджин стоял под струями воды, надеясь, что тепло хоть немного смягчит бурю в его душе. В конце концов, то, о чем он и помыслить не мог, теперь стало реальностью. Скоро он официально станет женихом Квон Саёна в глазах множества людей…

На протяжении всего мытья Хаджин несколько раз тяжело вздыхал. Сколько бы он ни думал и ни размышлял, это было бесполезно, поэтому оставалось только спокойно все принять.

Если бы кто-то со стороны узнал бы об этом, то в его глазах, наверное, это выглядело бы как невероятная удача. Все-таки он станет женихом человека, в которого был влюблен. Но реальность оказалась прямо противоположной. Осознание того, что его чувства абсолютно ничего не значат для Саёна, лишь усилило горечь. Квон Саён четко сказал, что это просто сделка, и что у него уже есть любимый человек, и предупреждал не питать никаких иллюзий. В тот момент Хаджин вновь осознал, что он всего лишь третий лишний между ними.

Он и раньше знал, что надеяться не на что, но это ощущение, как его безжалостно отвергли… Хаджин никогда не ждал взаимности, а теперь его вынуждали отказаться даже от грез. И хотя он принял эту правду, горечь на языке оставалась, как и камень на сердце.

Закончив мыться, Хаджин лег на кровать, но так и не смог уснуть. В конце концов он тихо выбрался из комнаты и спустился в винный погреб. В подвале Юджондже располагалось обширное хранилище с коллекцией вин. Время от времени Хаджин тайком пробирался туда и воровал бутылку-другую. Это место родители обустроили специально для Сон Ёну, потому что он любил вино.

Формально погребом мог пользоваться любой член семьи, но все знали, что настоящим хозяином был Ёну. К тому же Хаджин прекрасно понимал, что если он возьмет оттуда что-то открыто, это точно не будет принято с восторгом. Именно поэтому в такие моменты ему оставалось лишь пробираться туда украдкой.

http://bllate.org/book/12558/1117222