Готовый перевод Sympathy Love / Любовь, рожденная жалостью[❤️]: Глава 6

Мужчина с пунцовым от смущения лицом нежно погладил Ынсоль по щеке, делая вид, что строго ее отчитывает. Девочка рассмеялась и низко склонила голову перед Квон Джихо.

— До свидания.

— Будь осторожна, Ынсоль, — улыбнулся Квон Джихо и помахал ей. — Увидимся завтра. До свидания.

— Да, уви-увидимся.

Мужчина с добрым лицом, на которого очень была похожа Ынсоль, почесал затылок, низко поклонился и быстро вышел из академии. Квон Джихо стоя у дверей помахал, провожая девочку взглядом.

Ребенок, казавшийся младше своих лет из-за хрупкого телосложения, оборачивался снова и снова, пока не скрылся из виду. Квон Джихо, все еще улыбаясь, вернулся внутрь. Он положил раскрашенный Ынсоль рисунок в ее шкафчик и протер стол.

Когда он стирал следы восковых карандашей, вдруг раздался звук дверного колокольчика. Ожидая До Ёнджэ, единственного, кто мог прийти в такое время, Квон Джихо обернулся и тут же замер, не в силах пошевелиться.

— Как поживает наш Джихо? Прошло так много времени, что я практически забыл твое лицо.

Раздался мягкий голос, но лицо, которому он принадлежал, казалось грубым, будто изъеденным временем. Однако, когда он улыбался, изгиб его губ оставался прежним, таким, каким его запомнил Квон Джихо.

— Этот ребенок… это он?

— Да, он. Мой племянник.

Волосы мужчины, которые раньше всегда аккуратно подстригались по линии бровей, теперь отросли и почти закрывали глаза, а одежда, которая была на нем, выглядела поношенной. Такой знакомый резкий запах одеколона, казалось, пропитал его худощавое тело. Он, непринужденно улыбаясь, опирался на плечо крепко сложенного мужчины и казался чужим.

— …Самчон.

*삼촌 (самчон) - дядя / брат отца (младший и неженатый).

Я решила в повествовании оставить слово "дядя" и писать его только в обращении, так как оно может быть немного сложновато.

Когда Квон Джихо заговорил, мужчина, до этого обнимавший его дядю, теперь бесстыдно сжал его грудь своей крупной ладонью. Когда дядя засмеялся, словно его щекотали, Квон Джихо прищурил глаза.

Это был тот самый человек, который много лет назад, когда Квон Джихо отчаянно нуждался в деньгах на лечение своей младшей сестры, потащил его подписывать договор о поручительстве. Он быстро листал документы, убеждая, что вчитываться в мелкий шрифт не нужно, и торопил поскорее поставить подпись. Он скрыл правду о том, что на самом деле было написано в том договоре.

Квон Джихо, по наивности веря, что дядя не способен его обмануть, без лишних вопросов сделал то, что тот просил. Подписав все бумаги, он думал, что получит деньги на оплату больничных счетов.

Но уже на следующий день связь с дядей прервалась. Квон Джихо волновался, но старался сохранять спокойствие. Его дядя всегда был занят, и он верил, как и раньше, что тот рано или поздно появится. Прошел месяц, прежде чем он наконец осознал, что его дядя исчез. И только тогда он узнал, что значит быть поручителем по кредиту.

Разрываясь между несколькими подработками, чтобы оплачивать медицинские счета и долги, Квон Джихо все равно находил время звонить дяде. Независимо от того, отвечали ему или нет, он по привычке набирал его номер. После сотен пустых попыток он все же сумел наконец дозвониться. Разговор получился коротким, и дядя, совсем не похожий на себя прежнего, говорил резко и легко выходил из себя.

Он сказал Квон Джихо, чтобы тот подождал еще немного, а потом вообще перевел стрелки, спросив, кто вообще просил его становиться поручителем. В конце концов он взорвался, заявив, что не может платить, потому что у него нет денег. И даже после всего того, что он наговорил, он попытался уговорить Квон Джихо одолжить ему еще.

Но даже такой наивный, каким был Квон Джихо, он не собирался попадаться на ту же уловку дважды. Он категорически отказал, и дядя, осыпая его проклятиями и заявив, что Квон Хиён умрет по его вине, оборвал связь.

С тех пор прошло три года. Дядя, о котором он ничего не слышал и не знал, жив он или мертв, внезапно появился в его академии.

— Наш Джихо выглядит посвежевшим. Наверное, живет хорошо? Как Хиён? Она все еще жива? Она пришла в себя?

— Как… как ты?..

— Как я здесь оказался? Твой самчон должен иногда проведывать своего племянника, узнать, например, как у него дела, не нужна ли ему помощь.

Мужчина, который все это время обнимал дядю, который после трех лет отсутствия говорил с Джихо так непринужденно, наклонился и прижался губами к его покрасневшему уху. Хриплым шепотом, достаточно громким, чтобы Квон Джихо услышал, он прошипел:

— Твой племянник, настоящий кусок дерьма. Беспардонный ублюдок, который даже не предложил нам сесть.

— Он просто стесняется, вот и все. Располагайся.

От этих слов Квон Джихо нахмурился и невольно тяжело вздохнул. Он не понимал, зачем дяде понадобилось разыскивать его сейчас, спустя столько времени. Джихо нервно провел тонкими пальцами по волосам. Утихшая головная боль вернулась с новой силой.

— Самчон…

— Джихо, твой самчон пришел, а ты даже не предлагаешь мне присесть? Ты что, будешь относиться ко мне как к чужому только потому, что мы не виделись несколько лет? Мы же семья, не забывай об этом. Вспомни, кто занимался всеми делами после смерти твоего отца и моего хёна, а? Ты не должен так со мной обращаться.

Не дожидаясь приглашения, дядя ввалился в академию Квон Джихо и устроился за столом. Мужчина, сопровождавший его, высокомерно оглядел помещение, буркнув что-то о том, сколько денег должно было уйти на отделку. Не обращая внимания на Квон Джихо, он запустил свои грубые руки в пакет с едой, что стоял на столе, и достал напиток.

— Блядь, на улице адская жара, а тут только горячие напитки. Эй, тут есть лед? Лед, спрашиваю, есть?!

Услышав жалобу, дядя окликнул Квон Джихо:

— Джихо, у тебя есть лед или что-нибудь холодное? Что за человек пьет только горячие напитки посреди лета?

—…

— Вот же паршивец, даже не удостаивает ответом.

Дядя неловко засмеялся, пытаясь успокоить мужчину, предложив тому поесть. Он развернул сэндвич и с естественной легкостью, будто они принадлежали ему, протянул своему спутнику.

«Они любовники? — задумался Квон Джихо. — Нет, не похоже. Мужчина выглядит намного старше самчона и ведет себя вульгарно и высокомерно».

— Что привело вас… сюда? Сейчас…

До Ёнджэ должен был скоро прийти. Хотя Квон Джихо и не скрывал от него существование дяди, он не хотел, чтобы их встреча произошла в таких обстоятельствах. Если бы дядя пришел, выглядя прилично, возможно, он бы даже поинтересовался его делами… Хотя нет, он не стал бы этого делать, даже тогда. В голове у Квон Джихо царила полная путаница.

— Открыл фортепианную академию в таком месте. Наш Джихо преуспел, да? Сколько ты зарабатываешь в месяц? Обучение здесь, наверное, дорогое?

— Как ты… узнал об этом месте?

— Если захотеть, всегда можно найти способ. Эта выпечка восхитительна. Очень вкусно. Это что, внутри крем, да?

Он жадно поглощал все, что лежало на столе: сэндвичи, пирожные, печенье, откусывая большими кусками.

— Эй, племянник, почему ты не садишься? Ты заставляешь своего самчона чувствовать себя неловко. И вообще, тут такие неудобные стулья. Как ты вообще ведешь бизнес? Ты совсем не похож на Юнтэка.

— Я же говорил тебе, что из-за своей музыки он почти не общается с людьми. Он всегда был таким, с самого детства. Странный ребенок, вечно был в одиночестве и играл на пианино. Тьфу.

Тон Квон Юнтэка не был вежливым, а скорее легкомысленным, с издевкой.

— У него талант к фортепиано, — криво усмехнувшись, он посмотрел на Квон Джихо, артикулируя каждое слово, — по крайней мере так все говорят.

Квон Джихо молчал.

— Ему в голову пришла безумная идея учиться за границей. Мой хён и невестка долго мучились и в итоге решили отправить его в Германию. И представь себе, по дороге в аэропорт они попали в автокатастрофу. Мой хён и невестка погибли на месте, а его и его донсэн* на скорой доставили в больницу, но…

*동센 — младшая сестра/брат.

Квон Юнтэк сделал паузу, изучая реакцию племянника. Он видел, как Джихо побледнел и с трудом переводил дыхание, но это его не остановило.

— Хиён так и не открыла глаза, а вот он очнулся. В своем возрасте, что он знает о реальной жизни? Он знает только больницы. Мне тогда пришлось заниматься всем: и похоронами, и их домом, техникой, мебелью, всем подряд. Я продал все, что мог, чтобы оплатить счета из больницы. Джихо, ты помнишь, а?

— Точно, кажется, я слышал про это. Это он в той аварии повредил пальцы, да? Черт, у него такая жалкая жизнь. Как это вообще возможно, чтобы вся семья в аварию по дороге в аэропорт попала? Тьфу. Всего лишь сломанные пальцы? Это он легко отделался, учитывая, сколько людей погибло. Ты как считаешь, а, племянник? Твоя донсэн в коме, а ты жив.

— Конечно, ему повезло остаться в живых. А вот мой хён и невестка погибли из-за него.

Квон Юнтэк рассмеялся, будто говорил о совершенно чужих людях. Когда речь зашла об аварии, Квон Джихо показалось, что его душа покидает тело. Двое мужчин, опустошив стол и оставив после себя лишь крошки, поднялись.

— Кстати, Джихо, у тебя есть деньги?

—…

— Эй, Квон Джихо-о! Я спрашиваю, у тебя деньги есть? Давай мне все, что у тебя есть, — нагло произнес дядя.

Квон Джихо почувствовал, как у него поплыло перед глазами.

— …У меня нет денег, — отрицательно покачал он головой.

— Как это нет? Ты же вон какую пафосную академию открыл.

— Это… не моя академия.

— Я все проверил! Даже стоимость пианино. И ты говоришь мне, что у тебя нет денег? Не ври мне!

http://bllate.org/book/12553/1117131