Готовый перевод Projection / Проекция[❤️]: Глава 2-8

Бам!

С громким звуком в большую раковину упали плоскогубцы. Чон Седжу открыл кран, намылил руки и смыл засохшую кровь. Наконец, его бледные руки, снова стали чистыми. Когда он закрыл воду, стоявший рядом Мун Сонхёк протянул ему полотенце.

— Вы сразу же выйдете?

— Да, конечно.

Второй курьер, доставленный в команду по «обработке», сдался почти через пять дней. Даже после того, как ему вырвали все ногти на руках и ногах, изрезали все тело, он не произнес ни слова. Но, когда речь зашла о его семье, он не продержался и полдня, все рассказав. Курьер сказал, что украденные наркотики спрятаны в клубе, том самом откуда считались пропавшими. Теперь Чон Седжу должен был отправиться туда, чтобы найти их.

Чон Седжу, цокнув языком, бросил взгляд на Инёна, который лежал весь в крови и вышел из мастерской. Как только он покинул душное помещение, в котором не было вентиляции, он наконец смог свободно вздохнуть. Едва выйдя в коридор, он закурил сигарету, которую ему прикурил Мун Сонхёк.

Потные волосы прилипли ко лбу, а уши и щеки покраснели от жары. Взгляд Сонхёка скользнул по его лицу, но Седжу сделал вид, что не заметил этого. Откинув волосы назад, он удивился, что они уже успели отрасти.

— Что нам делать с курьером?

— Убери…

— Вы сами займетесь этим?

На вопрос Сонхёка, Чон Седжу усмехнулся и тяжело вздохнул. Состояние курьера было не из лучших. Он не умрет сразу, но если оставить его в таком состоянии, то через день-два у него, скорее всего, начнется сепсис. Лучше бы побыстрее разобраться с ним, но неизвестно, сколько времени займет поиск наркотиков в клубе. Да и после их нахождения у Седжу будет еще предостаточно работы.

— Свяжись с Дхармой*, — после минутного молчания ответил Седжу.

*в тексте написано «달마». В корейском языке это слово ассоциируется с Бодхидхармой, буддийским монахом, который символизирует упорство и решимость. Однако в данном контексте это, скорее всего, просто кличка, не имеющая прямого отношения к буддизму.

Сонхёк коротко кивнул и достал телефон.

Методы «обработки» тех, кто попадал в эту комнату, были четко определены. Умереть здесь считалось удачей, можно было исчезнуть из этого мира без лишних страданий. Но тем, кто так неуклюже цеплялся за жизнь, приходилось несладко. Большинство из них заживо расчленяли на органы, а иногда передавали клубному посреднику, торговавшим наркотиками, известному, как Дхарма.

Никто точно не знал, что происходило с теми, кто попадал к Дхарме. Ходили слухи, что он проводил эксперименты, близкие к опытам на людях, но правда оставалась неизвестной. В любом случае, Чон Седжу часто звал Дхарму, чтобы избавиться от лишних забот. К тому же, этот курьер чуть не нанес Дхарме серьезный ущерб, украв наркотики, так что передача его туда казалась логичной.

— Кстати, Дхарма сам звонил и просил передать этого парня ему, — сказал Сонхёк, пока ожидал ответа.

— Правда? Он, наверное, в ярости. Тогда отлично, пусть заберет его, как только мы найдем наркотики.

Пока Сонхёк разговаривал по телефону с Дхармой, Чон Седжу поднялся по лестнице в офис на втором этаже. Войдя внутрь, он увидел, как члены команды по «обработке», занятые своими делами, кивнули ему в знак приветствия. Он подошел к тому, кто сидел ближе к двери.

— Где Джинён?

Четвертый член команды, Со Джинён, был в отъезде. Именно он сделал фото племянника курьера, которое заставило того заговорить.

— Он все еще следит за целью, — ответил Хэун, стучавший по клавиатуре. — Вызвать его?

— Да, — коротко ответил, Чон Седжу и достал из холодильника, что находился в углу офиса, банку пива. Открыв банку он выпил ее содержимое залпом даже не переводя дыхания. Хэун, набирающий номер Джинёна, покачал головой.

— Директор, вам не надоедает пить? — спросил он, смотря на Седжу. — Вы пьете его, как воду.

— Это же «живая вода» для директора, — выкрикнул из дальнего угла Юн Чхольджу, и Хэун захихикал.

Чон Седжу нахмурился и швырнул пустую банку «живой воды».

Бам!

Банка попала Юн Чхольджу в голову, и он застонал. Хэун засмеялся еще громче. Седжу, потирая виски, обрушил на них поток ругательств:

— Блядь, если ты знаешь, что это живая вода, тогда иди и купи мне еще. Только не таскайте ее тайком.

Даже, когда коробки с пивом были полные, стоило Чон Седжу ненадолго отлучиться, как четыре-пять банок исчезали. Он знал, что это дело рук Хэуна и остальных, но закрывал на это глаза, и теперь они совсем распустились. На замечание Чон Седжу оба, словно сговорившись, замолчали. Они сделали вид, что снова погрузились в работу, и это вызывало, только горькую усмешку.

Именно в этот момент позвонил Ким Донгиль из Shrine Capital. Каждый раз, когда он звонил, Чон Седжу приходилось браться за какую-то неприятную работу, поэтому он с недовольным видом уставился на телефон, прежде чем ответить.

— Что?

— Хённим, как вы спали прошлой ночью?

Не зная, что еще он скажет своим паршивым ртом, Чон Седжу, встал и увеличил громкость на телефоне. Он достал из холодильника яблоко, которое принес Хэун, и откусил его, прежде чем ответить:

— Зачем звонишь?

— Хённим, я просто хотел услышать ваш красивый голос, — холодный тон Седжу ни сколько его не смутил. — Нет, на самом деле, дело в другом. Внизу, на первом этаже, живет бездомный ублюдок, не могли бы вы его забрать?

«Вот же сволочь, теперь он хочет, чтобы я еще и от бездомного избавился?» — слушая Ким Донгиля, Седжу был в полном недоумении. Ничего ему не ответив, он сбросил звонок. Сразу же раздался новый звонок от него, но Седжу нажал «отклонить» и заблокировал номер.

Шин Гёён поручил ему навести порядок в Shrine Capital, а не заниматься всякой ерундой. Но, за исключением того дня, когда он избил двух зачинщиков драки в Shrine Capital, почти все, что он там делал, было рутиной. Видя, насколько он их балует, они теперь пытаются заставить сделать его что-то, что не имеет смысла? Чон Седжу подумал, что в скором времени нужно будет поговорить об этом с Шин Гёёном и попросить снять себя с этой должности.

Седжу зашел в другую комнату в офисе, чтобы переодеться. Надев запасной костюм, он вышел и увидел, что Мун Сонхёк, держа в руке телефон, зовет его. В этот момент звонок, как раз прекратился.

— Я иду в клуб за наркотиками, — Седжу снова взял со стола яблоко. Откусив большой кусок и жуя его, он спросил с набитым ртом: — Кто со мной?

— Я! — выкрикнул первым Хэун, который каким-то образом понял его.

— Идем.

— Куда вы идете?

Глаза Юн Чхольджу загорелись, как у гиены, и он поднялся со своего места, поняв, что Чон Седжу искал того, кто пойдет с ним, но было уже поздно. Чон Седжу, подтолкнув Хэуна в спину, махнул ему рукой и вышел из офиса.

В отличие от Shrine Capital, где собрались одни тупоголовые, члены команды Чон Седжу были сообразительными и умными. Юн Чхольджу окончил престижный университет и работал хакером, а хубэ Хэун, был выпускником полицейской академии.

Причина, по которой Ку Хэун, единственный наследник семьи Ку, не стал уважаемым полицейским, а оказался здесь, была одна: расстройство контроля гнева и слегка отклоняющиеся от общепринятых норм, моральные принципы.

— Директор, садитесь сзади, на заднее сиденье!

Хэун часто ссорился с другим членом команды, Со Джинёном, а иногда и с самим Чон Седжу, но все равно, для последнего, он оставался милым хубэ. Хэун с невинной улыбкой усадил Чон Седжу на заднее сиденье. Конечно, это было не из уважения к старшему, а потому что все знали, как ужасно он водит машину. Члены команды по «обработке» старались не доверять ему руль, если это было возможно.

Сонхёк сел за руль черного седана, который использовался для работы, и они втроем отправились в Чхондамдон, где находился клуб. Пока Чон Седжу, не спавший всю ночь, дремал на заднем сиденье, Сонхёк читал нотации Хэуну. Большинство его слов были направлены на то, чтобы успокоить его, с его расстройством контроля гнева.

Хэун, покорно кивая головой и отвечая «да, да», казалось, ни о чем не думал. Судя по тому, что он спрашивал, можно ли где-нибудь перекусить, он, вероятно, пошел за компанию, потому что проголодался. Хэун, крупный парень, и казалось, что он всегда был голоден. Чон Седжу, слыша сквозь сон их голоса, балансировал на грани сна и бодрствования.

В этот момент Сонхёку позвонили.

— Сонхёк-хён.

Поскольку Чон Седжу не ответил на звонок, Ким Донгиль сменил цель и переключился на Сонхёка. Когда он подключил разговор через Bluetooth, в машине раздался хрипловатый, раздражающий голос, от которого Чон Седжу, проснувшись, тут же нахмурился.

— Что случилось?

— Ты, случайно, не с директором Чоном?

— Зачем он тебе? — коротко спросил Сонхёк, посмотрев в зеркало заднего вида на Чон Седжу.

Ким Донгиль глубоко вздохнул и начал объяснять уже другим тоном, полным сочувствия.

— Ну, знаешь, тот парень. Малыш, который на прошлой неделе ныл, чтобы его маму отпустили. Он снова появился и ночует в коридоре. Что я могу сделать? Я сказал ему убираться, а он орет, что вызовет полицию, если я его трону. Ну как я могу его ударить, если он такой…

— Ха-а…

Чон Седжу, чья рука лежала на лбу, усмехнулся и открыл глаза.

«Неужели он, который так уверенно ушел, теперь ночует на улице?»

Это было настолько нелепо, что сон мгновенно пропал.

— Так ты хочешь, чтобы мы его убрали? — спросил Сонхёк, все еще смотря на Седжу в зеркало заднего вида.

— Ты ведь сам сказал, что убьешь меня, если я снова попаду в неприятности или устрою проблемы. Если приедет полиция, то наши парни опять попадут под раздачу.

Теперь стало ясно, почему он сам не мог выгнал бездомного и позвонил им. Все потому что Квон Седжин был известен своим взрывным характером, так что если бы хоть кто-то тронул его пальцем, он поднял бы на уши весь район.

— Просто позвони в полицию и скажи, что у вас отирается несовершеннолетний без родителей.

— Ооо… — протянул Ким Донгиль, словно его озарило.

В разговоре на несколько секунд воцарилась тишина.

— Подожди, — вновь заговорил Донгиль, — если этот ребенок скажет полиции, что мы похитили его мать, это же будет катастрофа, верно?

— Если они придут, скажи им, чтобы предъявили доказательства. Они не могут обыскать офис без ордера, так что по сути, они ничего не смогут сделать.

— Да, но все же…

— Если он тебе так мешает, просто оставь его.

— Но потом этот ребенок снова…

Видимо, Квон Седжин действительно сильно раздражал Ким Донгиля. В конце концов, Чон Седжу, не выдержал его нытья.

— Эй, просто оставь его.

— Хённим? Просто оставить? Но он создает столько шума. Всякий раз, когда я иду по коридору…

— Я сказал, оставь его, ублюдок!

Раздражение Чон Седжу достигло предела. Этот мелкий парень, который так раздражал Ким Донгиля, вызывал у Чон Седжу, лишь чувство брезгливости. Какого черта он вообще тащит сюда полицию? Вид этого огромного парня, который так переживал из-за такой ерунды, вызывал лишь жалость. От резкого тона Чон Седжу, Ким Донгиль, сказав «хорошо», быстро сбросил звонок. В машине воцарилась тишина.

Сонхёк и Хэун, заметив, что настроение Чон Седжу испортилось, не решались заговорить. Чон Седжу сам не понимал, почему он так раздражен, но притворяться, что все в порядке, он тоже не хотел, поэтому молчал.

Спустя некоторое время машина остановилась перед зданием в Чхондамдоне. Место, где курьер спрятал наркотики, было клубом, которым управлял Шин Джихан. Шин Джихан был одним из пяти сыновей председателя Шин Гёнджу, главы DG, младшим братом Шин Гёёна, босса Чон Седжу, и представителя DG Entertainment.

Его клуб не был местом, куда мог попасть любой. Это было закрытое заведение с членством, и без членской карты или сопровождения члена клуба обычный человек даже не мог заехать на парковку. Поэтому их седан тоже был остановлен на въезде.

— Кто вы?

Охранник, больше похожий на бандита, с накачанными грудными мышцами и злым взглядом, уставился на них. Мун Сонхёк молча опустил окно на заднем сиденье. Чон Седжу, сидевший за водительским сиденьем, достал визитку из кармана на груди и передал ее охраннику. Тот, как будто проверяя подлинность, повертел визитку в руках несколько секунд, а потом, убедившись, что она настоящая, поклонился под углом в 90 градусов.

— Добрый день, господин Чон Седжу. Позвольте проводить вас внутрь.

Шлагбаум поднялся, и седан въехал в подземную парковку. Чон Седжу забрал визитку с надписью «Руководитель отдела стратегического планирования, DG O&M» и снова спрятал ее в карман. DG O&M — инвестиционная компания, которой руководил преемник DG Шин Гёён, и принадлежность к ее стратегическому отделу означала, что Чон Седжу был прямым подчиненным Шин Гёёна. Эта визитка фактически была пропуском во все здания DG.

Припарковавшись ближе к лифту, все трое, во главе с Чон Седжу поднялись на пятый этаж. Выйдя из лифта, они оказались в коридоре, в котором было жутко тихо. Это было не время для посетителей, да и звукоизоляция здесь была настолько хорошей, что даже если бы кто-то кричал внутри, снаружи этого бы не услышали. Чон Седжу без колебаний двинулся вперед, потому как уже знал, где спрятаны наркотики.

Найдя комнату под номером 13 в середине коридора, он ухватился за ручку и повернул ее. Дверь оказалась заперта. Нахмурившись, он огляделся по сторонам и заметил камеру на потолке, которая была направлена на него. Он щелкнул пальцами, и через несколько минут перед ними появился мужчина в идеально сидящем костюме. Это был управляющий клубом.

— Открой дверь.

На резкое требование мужчина стал выглядеть озадаченным. Чон Седжу сузил глаза. Они были знакомы и если он, зная, кто такой Чон Седжу, все еще колебался открыть ли дверь, значит, внутри находился кто-то важный.

— Кто там? Член парламента?

На вопрос Чон Седжу управляющий покачал головой.

— Если не член парламента, то, возможно, ублюдок из семьи чеболей?

Но и на этот вопрос он ответил отрицательно.

Если это не они, то причин для колебаний не было. Раздраженный Чон Седжу сделал глубокий вздох.

— Это кто-то из руководства?

— Да…

http://bllate.org/book/12551/1117113