Готовый перевод Junk / Двойной мусор [❤️]: Глава 42

Аджин напрягся, затем быстро поклонился.

— …Простите.

— Извиниться — это все, что ты можешь сделать? Из-за тебя, ублюдок, я потерял всякий вкус к алкоголю! Нахуй держать дома такого идиота?..

Мужчина раздраженно хлопнул рукой по столу. Тарелки на столе издали лязг и даже одна палочка для еды упала на пол.

У Аджина сжалось все внутри при звуке цветистого ругательства. Он снова извинился.

— Мне очень жаль. Там оставалось немного алкоголя и я подумал…

Голос Аджина становился тише, зато ор мужчины становилось все громче.

— О чем ты говоришь, грязный ублюдок?

Мужчина дернулся, словно собирался ударить Аджина по щеке. Аджин покраснел,  сердце бешено заколотилось в груди. Его тело мелко подрагивало и ему казалось, что оно клонится в сторону. Парень крепче сжал бутылку.

— Аджин… — низкий голос позвал мальчика.

Аджин вскинул голову. Сокджу смотрел на него незнакомым взглядом с каменным выражением лица. Казалось, перед ним тот же человек, что и тогда, когда свинье отрубили руку.

— Что, да?

— Убирайся.

— А… Да. Прошу прощения, — снова извинился Аджин, низко поклонившись.

Подхватив тяжелую коробку с пустыми бутылками, он, прихрамывая, вышел из зала и, закрывая дверь одной рукой, услышал голос Кихона.

— Я слышал, что в этом доме есть калека… У тебя благородный характер, раз позволил инвалиду работать у себя. Я не видел раньше господина Кана, а он оказался хорошим человеком.

— Все мы одинаковые люди, разве ты так не думаешь?

— Что? Это уже слишком… перебор.

— …

— Господин Кан похоже, запомнил имена своих слуг.

— Неважно, член организации или слуга, если мы живем в одном доме, мы — семья.

— Ты молод и мыслишь иначе, чем такой старик, как я. Мне придется учиться.

Услышав усмешку, Аджин закрыл за собой дверь. Он молча шел по коридору. Его ноша была такой тяжелой, что казалось, его руки вот-вот отвалятся.

Ближе к полуночи на кухне стало тихо. Еда больше не подавалась, лишь слуги изредка приносили бутылки. Судя по звукам, большой зал все еще гудел.

Слуги с запозданием поужинали остатками еды. Они ели уже остывший и немного зачерствевший рис, немного подогретые суп и жаркое. Все было приготовлено из самых лучших ингредиентов, и несмотря на то, что много остыло это было действительно вкусно.

В глазах Аджина появились слезы, и ему пришлось сглатывать их. И плакал он сегодня не потому, что еда была вкусной или невкусной.

Пьянка закончилась только после полуночи. Один из членов фракции Тэхо оставил слугу-мужчину, Дуота, а остальным сообщил, что они могут идти спать. Мужчины зевнули, и давно уже ждали, когда их отпустят, так что услышав об этом, они сразу же отправились в свои комнаты.

— …

Аджин поджал губы и направился в свою комнату, но тяжесть в сердце и скованность в плечах не позволяли спокойно ложиться. Но даже если бы он лег, то сон не пришел бы все равно.

Долгие месяцы он спал в покоях Сокджу и в его теплых объятиях, под его уютным одеялом. Теперь он не мог спать в комнате с другими слугами, которые пахли затхлостью и храпели на всю вселенную.

Собственно, главная причина заключалась  в том, что он не мог заснуть.

Аджин встал в устроился на полу рядом с кухней смотря на ночное небо, ударяя себя по коленям, которые весь день болели.

Осенняя ночь была безоблачной и ясной. Луна была полной и яркой, как солнце. Ночные жуки и сверчки исчезли вместе с окончанием лета, и в ночном мире воцарилась тишина.

Это было досадно и ему казалось, что мир отвернулся от него.

— Ха… — Аджин выдохнул и плотно закрыл глаза.

«Аджин».

«Убирайся».

Слова, которые он услышал от Сокджу несколько часов назад, до сих пор звучали в его ушах. Всего два слова, которые были настолько короткими и банальными, что даже назвать их предложениями было нельзя. Он не знал, почему, но после них ему стало досадно, обидно и грустно. Возможно, у Аджина сложилось впечатление, что он для Сокджу все же был каким-то особенным.

— Не нужно было так грубо говорить… — пробормотал Аджин и надул губы.

Ему не то чтобы хотелось отругать босса за то, что он так разговаривает со своей семьей. Просто… немного…

Он не знал почему, но все это было неловко и очень раздражало, потому что он впервые в жизни почувствовал, что значит разочароваться в ком-то.

Вытянув ноги, Аджин пнул землю и сухая веточка ударилась о его пальцы. Он уставился на нее и протянул руку.

Этой веткой он нацарапал на твердой земле.

[아진]*

*Аджин

Теперь он мог легко написать свое имя. Забавно, теперь он мог написать свое имя, даже с закрытыми глазами. Рядом со своим именем он написал еще одно.

[강석주]*

*Кан Сокджу

Сокджу Кан несколько дней был Ган Сокджу, пока Аджин не научился правильно писать его имя и вернул ему его фамилию — Кан. Аджину было трудно запомнить его имя, потому что там много штрихов. Он снова и снова ошибался, но Сокджу ни разу на него за это не рассердился и помогал правильно запомнить написание.

При воспоминании о том времени выражение лица Аджина изменилось и он со злостью стер имя Сокджу ногой. Было имя, но оно исчезло.

Аджин с силой швырнул ветку.

— Вот отстой…

Возможно, это было пустяком, но он ненавидел себя за то, что так злится. А еще он ненавидел себя за то, что обиделся на Сокджу.

Это был для Сокджу позор выставить Аджина, калеку, на всеобщее обозрение. Конечно, бизнес и внешний мир важнее него, простого слуги. Если Сокджу однажды потеряет к нему интерес, то Аджин будет жить как сорняк, как будто его вовсе и не существует на свете. Как будто его вообще нет…

Всякие бредовые мысли лезли в голову.

Аджин снова и снова тяжело вздыхал. Вдруг он услышал шаги. Аджин повернул голову в сторону источника звука.

В темноте кто-то шел. Его шаг был медленным и он крутил головой из стороны в сторону, но он явно не искал слуг.

Вскоре в свете фонарей показался человек. Это был Кихон. Аджин вскочил на ноги, сцепил руки перед собой и глубоко склонил голову. Он надеялся, что тот пройдет мимо, не остановится около него.

Но Кихон остановился перед Аджином. В глаза бросились его кожаные туфли из неровной крокодиловой кожи. Глаза Аджина сузились в недоумении.

— Ты ведь тот парень, который убирался раньше. Хромой, да? — спросил Кихон, доставая сигарету.

Аджин поднял на него глаза всего на секунду и снова опустил голову.

— Это…

Кихон выглядел трезвым. Когда Аджин видел его в большом зале несколько часов назад, он был краснолицым, вялым и пьяным, но сейчас его осанка была прямой, а взгляд — острым. Аджин не мог понять, трезв ли он на самом деле или притворяется.

Кихон прикурил сигарету и сделал глубокую затяжку Вдруг он ударил Аджина по предплечью. Для мужчины это был легкий удар, но худощавое тело Аджина пошатнулось.

— Мои ребята немного грубоваты, ты же понимаешь? Но и господин Кан был неправ. К нему пришел дорогой гость, а он заставил калеку подавать ему еду. Это так грубо с его стороны!

Аджин встал на пятки. Это была попытка не показаться идиотом и этим ненавистным всем чертовым калекой. От этого прозвища он не избавится до самой смерти, и ему от этого не по себе.

— …

Аджин ничего не сказал. А что бы он сказал? Стал бы он возражать типа: «Мой босс не дерьмовый человек»

Или, что он должен был сказать, чтобы тот перестал называть его калекой, потому что это неприятно слышать?

Или рассердить его, сказав что еда, которую он разносит не грязная?

Лучше было промолчать.

— Где, блядь, здесь туалет? Дом такой охренительно большой… Я бросил все хорошие бары в городе, чтобы приехать сюда, только для того, чтобы как идиот трахаться тут с проблемой туалета?

— …

— О, или же нет? Тут ведь вокруг земля, грязь и трава, поэтому же можешь посать где угодно, и не только. Это ведь все натуральное удобрение, не так ли?

Кихон громко засмеялся и потянулся к ширинке брюк. Аджин от неожиданности сделал шаг к нему.

— Туалет вон там. Пройти нужно через ту дверь.

В обязанности Аджина входило удобрять двор, и, судя по ясной погоде, дождя в ближайшее время не предвиделось. Конечно же он не собирался нюхать запах от мочи этого ублюдка несколько дней. Даже у самых ничтожных мужчин есть чувство приличия.

— Что, тебе не нравится, что я здесь писаю? — изогнул бровь Кихон.

Аджин тяжело сглотнул и сделал шаг назад. Кихон открыл рот, собираясь видимо что-то сказать.

В этот момент пронесся сильный порыв ветра. Ночной ветер был очень сильным, ведь уже наступила осень. От сильного потока воздуха, челка Аджина высоко приподнялась обнажая его лицо. Это было всего мгновение, но лунного света хватило, чтобы позволить увидеть его лицо.

— Ты… — Кихон сузил глаза.

Он отбросил сигарету и потянулся к голове Аджина. Аджин вздрогнул от неожиданности.

— …Ты здесь? — раздался низкий голос.

Длинная тень, приближалась к ним издалека. Послышался громкий треск, развевающегося на ветру дурумаги.

Аджин повернул голову в сторону голоса. Конечно, там стоял Сокджу. Рука Кихона, потянувшись было к волосам мальчика, застыла в воздухе и безвольно опустилась.

В отличие от Аджина, Кихон спокойно повернул голову, а затем произнес совершенно трезвым голосом.

— О… Я не мог найти туалет, но этот парень указал мне где он находится.

Атмосфера была странной. Сокджу уставился на него и его взгляд был как всегда холодным и острым. Кихон с интересом встретил его взгляд. В этот момент отчего-то осенний ветер казался еще холоднее, чем раньше.

— Туалет находится внутри. Почему бы тебе не зайти туда?

— Да, конечно.

Они обменялись словами, но никто из них не сдвинулся с места. Между ними стоял Аджин поджав губы в тонкую линию.

http://bllate.org/book/12549/1117031