Готовый перевод Junk / Двойной мусор [❤️]: Глава 3

— Можем ли мы взять с собой этого парня?

Ккотним-аджумма и обладала самым громким голосом на кухне, как в прямом , так и в переносном смысле. Когда она раздавала указания, то даже высшие чины и мужчины слушались ее.

— Он выглядит слишком тощим. Такие тощие парни, как он, не слишком полезны, аджумма, — ответил один из членов банды.

Но, Ккотним, не отступила.

— Он лучше всех справляется со всякой работой. Он хорошо чистит овощи, моет посуду и работает руками. Чтобы научить кого-то другого, потребуются месяцы. Давайте возьмем его с собой.

Услышав это, член банды внимательно осмотрел Аджина с ног до головы. Он нахмурил брови, когда его взгляд остановился на голых ногах Аджина.

— Ты кухонный мальчик или что-то в этом роде?

— Я… я… — заикался Аджин.

Он не был кухонным мальчиком, но если бы он мог пойти с аджуммой и не бродить по улицам, он был бы этому рад. Даже если бы ему пришлось продать свое тело, он бы сделал это. Хотя аджумма, не допустила бы этого.

— Ладно, как скажешь…

Член банды был не в восторге от этого, но все же не отказал и быстро отвернулся. Ккотним тут же обняла Аджина за плечи.

— Ты идиот, — тихим голосом отругала его женщина, — что с твоими штанами?

— Я… я просто пошел в туалет… когда я писал…

— Боже, какой же ты ребенок… Прикрой свое лицо.

— Что? Ладно.

Аджин собрал свою всклокоченную челку, опуская ее на глаза. Это было обещание, которое он когда-то давно дал аджумме: не стричь волосы, закрывать челкой лицо и держать голову опущенной. Она велела ему делать все это, если он хочет жить более комфортной жизнью.

Аджин знал, что может доверять словам пожилой женщины.

Члены банды собрали вместе тех, кого выбрали, собираясь их вывести на улицу. Ккотним сняла фартук и спрятала им голые бедра Аджина. Аджин послушно надел фартук, посмотрел в ту сторону, где сидел Сокджу. Однако мужчина уже исчез и остался только пустой стул и несколько окурков на столе.

— Давайте скорее, поторопитесь, — один из членов банды нетерпеливо хлопнул в ладоши, подгоняя всех вперед.

Бывшие работники покидали игорный притон, как эвакуирующиеся семьи, прижимаясь друг к другу в ожидании нового убежища.

Когда они вышли на улицу, то легкий весенний ветерок прошелся по их телам. Аджин безучастно смотрел на небо. Прошло уже десять лет с тех пор, как он вошел в это здание и сегодня был первый раз, когда он вышел из игорного дома. На улице была весна, небо было голубым, воздух казался теплым и мир кипел жизнью.

Аджин долгое время оглядывался по сторонам, чувствуя себя как бывший заключенный, выпущенный на свободу после пожизненного заключения.

***

Динь, динь, динь!

Звук большого колокола громко прошелся по всему дому. Звук был настолько громким, что даже глуховатая аджумма чуть не упала. Казалось, что еще чуть-чуть и окна могут разлететься вдребезги.

Услышав звон, слуги, работавшие по всему дому, выбежали во двор. Двор был огромен, как спортивная площадка, а звук колокола был настолько громким, что даже здесь оглушал.

— Босс едет! Блядь, давайте быстрее! — пухлый мужчина, исполнявший роль надзирателя, хрюкая, как свинья, призывал всех идти вперед, громко и недовольно цокая языком за их спинами.

Аджин, чистящий лук на огромной кухне, тоже поспешил выйти. Однако из-за своей хромоты он с трудом поспевал за всеми. Тут сыграло еще свою роль и огромное расстояние между кухней и двором.

— Босс  почти на месте. Поторопитесь, сукины дети!

Мужчина, взявший на себя обязанности управлять слугами, с размаху лупил по спинам тех, кто двигался слишком медленно. Аджин, старался не привлекать внимания. Он согнул спину и присоединился к шеренге слуг, стоявших в строю.

В это же время огромные ворота распахнулись, и в них друг за другом въехали черные автомобили. Громогласный рев двигателей и яркие огни, исходящие от толстых круглых передних фар, устрашали. Несмотря на то что эти машины Аджин видел каждый день, они все равно пугали его.

Он опустил голову и в нос ударил запах лука, который он чистил до этого.

Запах был резкий, вызывающий неприятное покалывание в глазах.

Аджин шмыгнул носом и сглотнул неприятную слизь, прошедшую из носа в горло. После нескольких часов работы с луком он пролил ведро слез и вероятно, столько же соплей. Аджин рассеянно вытер нос тыльной стороной ладони, но тут на него обрушилась новая волна остроты, снова вызывающая слезы. Глаза начало резать и прозрачные капли потекли по щекам.

— Веди себя тише! — отругала его стоявшая рядом с ним аджумма.

Аджин выпятил нижнюю губу, стараясь незаметно проглотить и остроту, и унять слезы.

После того, как заехали все десять машин, первыми открылись двери у той, что была третьей по счету.

Первым вышел Сокджу.

Сокджу, как обычно одетый в костюм, держал в руках свое дурумаги. Слуга быстро подошел к нему и забрал одежду.

Когда Сокджу повернулся к дому, слуги поклонились, приветствуя его. Сокджу проигнорировал их приветствие и сразу же вошел в дом.

Дом Сокджу был ханоком*. Очень-очень большим ханоком. Но внутри он ничем не напоминал старый корейский дом. В главном зале висела огромная люстра, в каждой комнате стояли большие кровати, а в гостиной — удобные диваны. Даже в саду стоял чайный столик в западном стиле.

*Ханок (кор. 한옥, 韓屋) — традиционный корейский дом. Впервые спроектирован и построен в 14 веке во времена династии Чосон.

Конечно, это не было похоже на типичное жилище гангстеров. Здесь было слишком элегантно и чисто. Это было больше похоже на дом «босса».

Аджин боковым взглядом следил за удаляющимся Сокджу. Сокджу как появился быстро, также быстро и исчез. Аджин ощутил горечь разочарования.

Сокджу впечатлял. В глазах молодого парня он был неимоверно крут.

Все потому, что он был красив. Отчасти и потому, что его называли «боссом». Он также был высок и выглядел сильным. Мужчины, находившиеся вокруг него, уважали его. Еще он часто курил сигареты. Восхищение было и от того, что он владел таким огромным особняком. Так же он был щедр на деньги и это тоже вызывало восхищение.

Деньги. Вот что самое главное.

Люди, пришедшие из игорного притона, думали, что попадут на каторгу и их заставят работать за еду. Но каково же было их удивление, когда их никто здесь ни разу не ударил и не унизил. Им выделили большие и теплые комнаты для жилья и не ругали за то, что они берут остатки еды. Сокджу не только платил им за труд, но и платил еще и в два раза больше, чем они получали в игорном притоне.

Получив первую зарплату, люди сразу же решили признать Сокджу боссом и полностью подчиняться ему. В современном мире нет ничего более важного и действенного, чем деньги. Никого из работников уже не волновало, что Сокджу убил бандитов в игорном притоне. Их не волновало и как избавились от тех тел. Они полностью забыли об этом, как только получили свою первую зарплату.

Люди, пришедшие из игорного притона, каждый день хвалили Сокджу. Он был удивительно вежлив и совершенно не похож на тех бандитов, которых они встречали. В нем словно бежала другая кровь.

Аджин работает в этом особняке уже больше месяца и считает Сокджу хорошим человеком.

Он был мужественным. Он был настоящим мужчиной.

Даже если бы он однажды решил стать президентом, то все работники бы проголосовали за него. Они изо дня в день осыпали его всевозможными комплиментами.

Аджин не участвовал в разговорах, но тоже присутствовал при них. Когда слуги собирались, чтобы поесть и поговорить, и когда речь заходила о Сокджу, Аджин сразу же прислушивался.

— Говорят, босс тоже из Пусана.

— Но почему он так свободно говорит на сеульском диалекте?

— Не знаю. Я вообще не могу понять, что говорят другие бандиты. Но босс хороший. Он воспитанный и ведет себя, как господин, правда?

— Да.

— Кроме того, он умный. Он прошел путь от бандита и превратился в босса.

— А может… Саньхун видел кое-что в кабинете босса.

— Что?

— Бухгалтерскую книгу.

— Что за книга?

— Судя по всему, в этой книге ведется учет покупок и продаж наркотиков.

— Наркотики?

— Да.

— Например, опиум?

— Это как опиум, но не опиум.

— Говорят, что это героин.

— О чем вы говорите?

— Филопон. В Японии его называют хиропон*. Это наркотик, который выглядит как драгоценный камень. Судя по всему, его производит компания Taeho Gang. Китай и Япония не могут насытиться им. Даже западные люди приезжают издалека, чтобы купить его.

*Хиропон (филопон) — синтетический наркотик, на «похороны» которого японские власти положили немало сил и средств.

— Погодите, они создали новый вид наркотиков? И он выглядит как драгоценный камень? Наши люди искусны, но делать наркотики… в это трудно поверить.

— Поскольку игорный притон находится в престижном месте, они купили его, чтобы продавать филопон, а не героин. Босс Ким не хотел продавать притон, но у него не было выбора. Вы знаете о тех зданиях, что находятся за этим домом, на склоне горы?

— О, ты говоришь о том месте, куда нам запрещено ходить? Оно охраняется теми здоровыми бугаями?

— Да, там делают наркотики. Этот дом стоит у подножия горы на севере Сеула. Такое место не вызывает подозрений.

— Они купили этот большой дом, чтобы продавать наркотики, похожие на драгоценные камни?

— Похоже на то. В книге учета только вес и деньги, никаких названий товаров. Но это точно наркотики, без сомнения.

— Как вы думаете, а почему они носят дурумаги?

*Дурумаги — это разновидность по, или пальто, в ханбоке, традиционной корейской одежде. Это форма верхней одежды, которую обычно носят как самый верхний слой одежды поверх чогори и баджи. Его также называют джумагуи, дзючауи или дзюуи.

— Может они патриоты?

— Гангстеры-то?

— Гангстеры — тоже корейцы. Такие люди еще более патриотичны.

— …Да ладно?

— И неважно, что они продают, если зарабатывают иностранную валюту, то они патриоты, так?

Ходило много разных слухов. Одни говорили, что Сокджу сын выдающейся семьи, другие — что он в одиночку сражался с двадцатью людьми и победил, третьи — что он достаточно силен, чтобы выкорчевывать деревья голыми руками, четвертые — что в его шкафу хранятся золото и серебро.

Слухи были довольно дикие, и малоправдоподобные, но Аджин верил большинству из них. Если бы посторонний увидел Сокджу воочию, ему не оставалось бы ничего другого, как поверить в эти слова.

Естественно, Аджин начал им восхищаться. В таких обстоятельствах им мог бы восхищаться любой подросток и молодой парень. Среди мужчин он был мужчиной с большой буквы. Он был силен, богат, и даже бандиты в городе боялись его. Как можно было не восхищаться им?

Это восхищение было еще сильнее из-за того, что Аджин был жалкий мальчишка, у которого были деформированные ноги и который ужасно боялся всего.

С каждым днем восхищение Аджина к Сокджу росло.

Члены банды Тэхо последовали за Сокджу в дом. Когда во дворе стало тихо, слуги стали расходиться, возвращаясь на свои места. Аджин, ковыляя, тоже вернулся на кухню.

Мимо него прошел один из слуг. Это был тот самый слуга, который взял дурумаги Сокджу. Он высоко поднял голову, словно совершил нечто великое, задирая нос к небу.

Дорогое дурумаги, что нес слуга задело руку Аджина, которая все еще сильно пахла луком. Аджин испугался, что запах может остаться на ткани и быстро отдернул руку. Глядя, как дурумаги колышется, он шмыгнул носом и вновь сглотнул жидкую слизь, грозившуюся выбежать из носа.

Аджин вдруг понял, что также хотел бы однажды получить одежду Сокджу.

http://bllate.org/book/12549/1116992