Готовый перевод Opposite worlds / Противоположные миры[❤️]: Глава 21

Тринадцать лет.

Чан Джэмин до сих пор отчетливо помнил тот день, когда у него случился первый эструс. Он находился в спортзале в подвале своего особняка на дополнительных занятиях после школы.

— Джэмин сегодня немного устал? — спросил бывший дзюдоист, легко бросивший Чан Джэмина на мат.

Джэмин встал и перевязал пояс.

— Нет, я в порядке.

На самом деле уже несколько дней он чувствовал жар и вялость. Он думал, что простудился, проспав всю ночь с включенным кондиционером. Инструктор коснулся его потного лба и слегка нахмурился.

— У тебя точно температура. На сегодня закончим.

Вместо ответа Чан Джэмин схватил инструктора и провел бросок. Его сердце бешено заколотилось, когда прием, который никак не давался раньше, наконец получился.

— Молодец. На этот раз ты застал меня врасплох, — рассмеялся инструктор.

Он поднялся и нежно взъерошил волосы Чан Джэмину.

— У тебя талант. Для двух месяцев практики это действительно впечатляет.

Он завершил карьеру в национальной сборной в прошлом году и был очень добрым человеком. Он часто относился к Чан Джэмину как к младшему брату и ласково трепал его по голове. Но в тот день Джэмин чувствовал себя странно.

— Одного таланта недостаточно.

Когда Джэмин оттолкнул его руку, мужчина выглядел смущенным. Джэмин глубоко вздохнул, чувствуя, как место на лбу, которого коснулся тренер, становится горячим.

— Бета вроде вас получает уважение, когда выигрывает золото на Олимпиаде, но с альфами все иначе.

То, что альфы обладают превосходными физическими данными, принималось как должное, и отец Чан Джэмина ожидал, что тот станет лучшим среди сверстников. С самого тринадцатого дня рождения Джэмина, возраста, когда обычно начинают проявляться вторичные половые признаки, отец не считал нужным скрывать свои ожидания. Он открыто заявлял: «Если он мой сын, то проявится как идеальный доминантный альфа быстрее всех остальных».

Каждый раз, когда отец громогласно изрекал подобное за обеденным столом, желудок Чан Джэмина скручивало от тревоги. Почему он до сих пор не проявился? Пак Седжун, сын директора Пака и ровесник Джэмина, уже пережил свой первый восприимчивый период в прошлом месяце… Так почему же этого не произошло с ним?

Однажды, не в силах больше выносить давление, Джэмин тихо заявил, что стресс может негативно влиять на гормоны и задерживать проявление. В ответ председатель Чан швырнул в него тарелку горячего супа. В итоге обжигающим супом облило горничную, стоявшую позади Чан Джэмина.

— Ты сегодня необычайно чувствителен. Может, тебе и правда нездоровится.

Несмотря на возможную обиду, тренер не рассердился на Чан Джэмина. Он ранее как-то упоминал, что у него есть младший брат того же возраста. Он смеялся, говоря, что у его брата вообще нет таланта к спорту.

Джэмин задавался вопросом, какой была бы его жизнь, родись он в семье тренера. Если бы он сказал, что плохо себя чувствует, стал бы отец беспокоиться о нем вместо того, чтобы давать пощечину за слабость?

— Давай выпьем воды и сделаем пятиминутный перерыв.

Тренер налил себе стакан воды из кулера и осушил его одним махом. Чан Джэмин сердито посмотрел на него. Его тело становилось все слабее и слабее, а глаза горели. Он чувствовал странное ощущение в животе и невыносимый зуд, словно по нему ползали муравьи.

— Ха-а…

— Вот, выпей воды.

Когда Джэмин инстинктивно отступил назад, тренер слегка улыбнулся, словно уступая, и снова сделал шаг ближе.

— Хорошо. Я не заставляю тебя прекращать. Мы продолжим урок, так что не волнуйся и просто выпей воды, Джэмин.

В протянутой руке находился бумажный стаканчик. В тот момент, когда Джэмин посмотрел на воду, то почувствовал сильную жажду. Он протянул руку, но схватил не стаканчик, а руку учителя.

— …Джэмин?

— Ха-а…

Его охватило ужасное ощущение, словно что-то из его тела вытекало наружу.

«Не может быть. Неужели я только что… обмочился, как ребенок?»

В следующий момент дверь в спортзал распахнулась. К ним влетела Шин Джухи, которая играла в виртуальный гольф в соседней комнате.

— Кто? Кто привел в мой дом омегу в эструсе?..

— …Мама.

Шин Джухи, которая только что яростно кричала, побледнела в тот миг, когда увидела Чан Джэмина. Она быстро зажала нос и рот руками. Джэмин, чьи ноги ослабли, пошатываясь, направился к ней.

— Мама, пожалуйста… Помоги мне.

Теперь, когда его мама была здесь, он думал, что она спасет его. Он верил, что она обнимет его, окутает своими утешительными феромонами и успокоит, как делала это, когда он был совсем маленьким.

Сегодня от его мамы, казалось, пахло особенно приятно. Но почему она выглядела такой испуганной?

— Мне так больно, мама… Мама…

Голова Чан Джэмина резко повернулась в сторону от звонкой пощечины как раз в тот момент, когда он, пошатываясь, протянул руки, чтобы прижаться к ней.

— Не подходи ближе!

Яркий красный отпечаток ладони проступил на бледной щеке Чан Джэмина.

— Г-госпожа… что вы делаете?..

Тренер, находясь в замешательстве, подхватил Чан Джэмина, который упал на пол. Увидев его растерянное лицо, Шин Джухи все еще зажимала нос рукой.

— И Сонхо! — закричала она. — Запри двери и приготовь машину! Быстрее!

Джэмин мучился в своем первом эструсе целую неделю. Он пришелся на тот момент, когда председатель Чан уехал в провинцию на два месяца.

✽ ✽ ✽

В тот год, когда у Чан Джэмина случился первый эструс, Шин Джухи поспешно увезла его в Соединенные Штаты, не поставив в известность председателя Чана, который все еще находился в провинции. Официально это была поездка к дедушке по материнской линии на время школьных каникул. Но настоящая причина крылась в генетическом тестировании, на которое не осмелилась бы ни одна корейская больница.

— Вы уверены? Он действительно омега?

Из-за огромного количества супрессантов, которые ему давали, Джэмин три дня провел в полубессознательном состоянии. Когда дрожащий, почти плачущий голос Шин Джухи донесся до его слуха, губы Чан Джэмина стали смертельно бледными.

— Это не имеет смысла… И мой муж, и я входим в пять процентов доминантных.

— Это редкая мутация. Изредка среди доминантных альф рождается омега. Это происходит примерно в одном случае из десяти тысяч. У рецессивных альф вероятность в пять раз выше. Хотя такие случаи редко предаются огласке, они, вероятно, происходят чаще, чем принято считать.

Иностранный врач спокойно объяснял на английском, но Джэмин, лежа с закрытыми глазами, понимал каждое слово. Неужели именно для этого его мать так настаивала на раннем изучении иностранных языков?

— Даже так, я все еще не понимаю. Разве возможно, чтобы феромоны влияли на кровных родственников? Я чувствовала их отчетливо!..

Последние слова Шин Джухи были произнесены шепотом, но в них звучало недоумение.

— Это редкость. Но если уровень омеги исключительно высок, то такое возможно. В подобных случаях раннее проявление даже безопаснее. Это позволяет подготовиться к опасным ситуациям, которые могут возникнуть во время эструса.

Если бы Джэмин знал, что услышит о собственных слабостях от иностранного эксперта, он бы не стал так усердно учить другой язык.

— Не расстраивайтесь так сильно.

— Заткнитесь!

Душераздирающий крик вырвался у его матери. Слезы покатились по лицу Чан Джэмина, пока он лежал, не в силах открыть глаза.

В тот момент, когда он услышал от специалиста подтверждение того, что он омега, Джэмин впервые в жизни познал чувство под названием отчаяние. Это было похоже на погружение в бездонное болото, поглощающее его разум. Как бы он ни боролся, уверенность в том, что он никогда больше не поднимется на поверхность, обвилась вокруг него и душила.

Если отец, который хотел вырастить его самым сильным альфой, узнает об этом, то что произойдет? Было очевидно, что все закончится гораздо хуже, чем разбитый пепельницей лоб.

Пока он лежал совершенно неподвижно, в его голове проносились бесчисленные мысли, парализуя его от страха.

— Чан Джэмин, слушай внимательно маму, — произнесла Шин Джухи, когда все тесты были наконец завершены и Джэмин, наконец придя в себя, смог подняться. — Ты ведь понимаешь, что с тобой сейчас происходит?

Джэмин, смотря на нее безжизненным взглядом, кивнул.

— …Да.

Это было то, чего он ни разу в жизни даже не мог себе представить.

Инструкторы, обучавшие Чан Джэмина, рожденного от двух доминантных родителей-альф, всегда готовили его только к началу восприимчивого периода. Сам Джэмин никогда не допускал возможности проявиться как омега. Когда бледные губы Чан Джэмина задрожали, Шин Джухи вновь заговорила:

— Я даю тебе пять лет. Оставайся здесь, в доме дедушки, и научись полностью скрывать свой вторичный пол.

Это был способ, о котором она думала бесчисленное количество раз с тех пор, как у ее сына случился этот катастрофический эструс.

— …Что?

Джэмин в замешательстве широко распахнул глаза. Шин Джухи посмотрела на своего прекрасного сына, закусив изнутри щеку так сильно, что стало больно.

В тот момент, когда она уловила аромат феромонов, исходящий от него во время эструса, она поняла, каким будет его будущее. Если он будет жить как омега, его тело и разум будут полностью уничтожены альфами.

— Чего бы это ни стоило, никто и никогда не должен узнать, что ты омега. Ты меня понимаешь?

Лицо одного конкретного альфы, того, кого она боялась больше всего, вспыхнуло в сознании Шин Джухи, от чего она мгновенно побледнела.

— Но как же отец? — не подозревая о ее внутреннем смятении, спросил Джэмин. — Он говорил, что не хочет, чтобы я учился за границей.

— …

Еще до того, как Джэмин пошел в начальную школу, Шин Джухи уже думала о том, чтобы отправить его в Соединенные Штаты. Ею двигала решимость не позволить ребенку пойти по стопам отца и стать бандитом.

Естественно, она потерпела сокрушительное поражение. Разорванная барабанная перепонка в левом ухе, вечное напоминание о пощечине, полученной от его отца, была тем, о чем знал даже Джэмин.

— Я сама разберусь с твоим отцом, — произнесла она сквозь стиснутые зубы, смотря на сына острым взглядом.

Шин Джухи никогда не была той нежной матерью, которая бывает в других семьях, но Джэмин и никогда раньше не видел ее такой яростной и полной презрения.

— Если твой отец узнает, что ты омега, умрешь не только ты, но и я. Думаешь, твой отец простит этот позор?

— Но…

— Заткнись и делай, что я говорю!

Слезы текли из темных глаз Чан Джэмина. В тот момент он не мог понять.

— Даже если я омега… я ведь все равно биологический сын своего отца.

Джэмин хорошо знал, как председатель Чан гордился своей доминантной сущностью. Но неужели того факта, что его единственный сын не был доминантным альфой, было достаточно, чтобы угрожать жизням и жены, и ребенка?

http://bllate.org/book/12547/1301736