Готовый перевод Low-Temperature Burn / Криогенный ожог: Глава 25

Глава 25. Краденое.

По дороге обратно в полицейское управление Чэн Чжо первым делом набрал номер, который оставила ему А-Чжуан. В трубке раздался лишь холодный голос автоответчика. Абонент не брал трубку.

Затем он позвонил У Ин. Коротко изложив ситуацию, они договорились, что именно она займётся первичным допросом А-Ты.

На вид этой девчушке не было и шестнадцати. Даже главный менеджер клуба «Цзиньцзюэ», Ван Хуэйтэн, смог сказать лишь то, что она была родственницей одного из сотрудников. Ни точный возраст, ни личность им неизвестны. Внутри компании тоже собирались сначала всё проверить и пообещали, что, как только что-то выяснится, они сразу перезвонят в полицию.

Поскольку это был уже третий подобный случай за этот месяц, к тому же связанный с ночным клубом — местом повышенного риска правонарушений, — в уголовном розыске решили завести специальное дело. Координацию должно был взять на себя городское управление.

С А-Чжуан связаться так и не удалось, с А-Той тоже всё шло не очень гладко. Видимо, она была слишком напугана, но девочка явно отказывалась сотрудничать. Когда Чжан Хаожань вытащил её из машины, она, визжа и вырываясь, вцепилась зубами в тыльную сторону его ладони. Даже повидавший многое в городском управлении Чжан Хаожань на мгновение опешил.

В конце концов он просто схватил её за рюкзак на спине и, словно котёнка, занёс в здание управления. А-Та всё ещё сыпала ругательствами на каком-то непонятном языке, но и без перевода было понятно, что ничего хорошего она не говорила.

Этого подростка передали в распоряжение городского управления. Из-за языкового барьера Чэн Чжо пришлось среди ночи звонить и искать переводчика. Без него оформить протокол было невозможно.

Загадочная личность А-Ты, развернувшееся прямо на глазах дело о краже, невозможность связаться с информатором — всё в этом ночном клубе казалось каким-то подозрительным. У Чэн Чжо гудела голова. Было уже почти десять вечера, но в здании управления повсюду горел свет. Похоже, все были готовы работать до утра.

Чжан Хаожань с унылым и нахмуренным видом вошёл в комнату отдыха и едва не столкнулся с Чэн Чжо.

— Наставник, где вы вообще были? Что за бардак тут творится? — тут же спросил он.

— Поехали проверить первое дело о краже, — ответил Чэн Чжо.

О деле с разоблачением он умолчал. Ситуация пока оставалась неясной, а улики ещё были не обнародованы, поэтому чем меньше людей об этом знало, тем лучше.

Опустив взгляд, он заметил, что с тыльной стороны ладони Чжан Хаожаня сочилась кровь и протянул ему упаковку дезинфицирующих салфеток.

— Ну вот. Похоже, теперь перевязывать придётся не только меня.

— Я как раз хотел спросить… а у тебя-то что с лицом? — вытирая руку, спросил Чжан Хаожань

Чэн Чжо провёл ладонью по щеке и обнаружил, что рана всё ещё кровоточит.

— Похоже, мне с этим местом просто не везёт, — беспомощно вздохнул он.

Он принялся рыться в ящиках и коробках и наконец нашёл упаковку пластырей, после чего выдал Чжан Хаожаню сразу штук пять-шесть. Тот заклеил рану, и его тут же позвала У Ин — нужно было вместе со второй группой разбирать материалы и готовиться к первичному допросу А-Ты. 

Сам Чэн Чжо решил немного передохнуть и прикрыл глаза.

Вскоре дверь комнаты отдыха снова распахнулась. Чэн Чжо подумал, что это вернулся Чжан Хаожань и уже собирался сказать ему пару слов о том, как разговаривать с несовершеннолетними подозреваемыми, но, открыв глаза, он увидел, что это был Фу Тинсяо.

— Тот номер… я ещё раз набрал, — сказал он.

— Опять никто не ответил? — догадался Чэн Чжо.

— Мгм. Но на этот раз сообщение было другим: телефон абонента уже выключен.

Фу Тинсяо сделал шаг ближе, опустил взгляд на раскрытую аптечку и разбросанные пластыри, взял один и протянул его Чэн Чжо.

Чэн Чжо поспешно взял пластырь. Рядом стоял металлический шкаф, и он попытался использовать его как зеркало, но даже своё лицо разглядеть толком не смог, о мелкой ранке и говорить было нечего.

Фу Тинсяо немного помедлил, но всё же протянул руку.

— Давай я.

Чэн Чжо кивнул, передал ему наполовину отклеенный пластырь и повернул правую щёку. Закрыв глаза, он снова заговорил:

— Если А-Чжуан и правда тот самый информатор, то раз она оставила мне свой номер, значит, рассчитывала, что мы с ней свяжемся. В клубе было не до разговоров с глазу на глаз — в зале камеры, а этот менеджер Ван ни на шаг от нас не отходил.

— Мгм, — тихо отозвался Фу Тинсяо, склонив голову и сосредоточившись на деле.

Прошло довольно много времени, прежде чем Чэн Чжо почувствовал на коже едва заметное прикосновение. Фу Тинсяо поспешно разгладил пластырь и слегка прижал его, чтобы убедиться, что тот хорошо держится.

— Ай! Спасибо, — Чэн Чжо открыл глаза, но увидел, что Фу Тинсяо уже отвернулся.

— Журналистка Ли получила письмо с разоблачением несколько дней назад, — наконец заговорил тот. — Поскольку информация была зашифрована, она обратилась к тебе за помощью. Прошло совсем немного времени, а информатор уже не могла так долго ждать. Раз она решилась действовать именно в тот момент, когда мы приехали, значит, ситуация действительно срочная.

— Но теперь она не берёт трубку… Это ещё больше кажется нелогичным.

— Похоже, нам стоит поторопиться и съездить туда ещё раз.

— Да, — вздохнул Чэн Чжо. — Вероятно, сегодня придётся работать всю ночь. Давай хотя бы немного отдохнём, пока Ин-цзе не закончит допрос.

Фу Тинсяо молча кивнул и вышел из комнаты отдыха. И только в тот момент, когда дверь за ним закрылась, он выдохнул с облегчением.

***

В рабочих кабинетах городского управления стояли шум и суета, но в комнате для допроса царила тишина. А-Та сидела на стуле очень тихо, поджав колени и обхватив их руками. На ней висела мешковатая футболка, лицо уже отмыли от грязи, а короткие волосы торчали в разные стороны. Большие внимательные глаза настороженно рассматривали комнату и саму У Ин. А-Та напоминала маленького зверька, впервые оказавшегося на чужой территории.

У Ин, глядя на её худую, почти костлявую фигурку, предположила, что девочке лет четырнадцать. Из-за недоедания она выглядела ещё ниже и тоньше своих сверстников. У самой У Ин тоже был ребёнок. Она сочувственно вздохнула, испытывая к девочке жалость, поставила перед ней стакан тёплой воды и жестом показала, что можно пить.

Правая рука А-Ты всё это время крепко сжимала висевшую на шее цепочку. Лишь спустя несколько секунд она разжала пальцы, медленно взяла стакан, осторожно поднесла к губам и сделала маленький глоток, будто проверяя, нет ли какого-нибудь странного вкуса. Затем, словно окончательно успокоившись, сделала ещё несколько жадных глотков. Было видно, что её мучила жажда.

Пользуясь этим моментом, У Ин рассмотрела её кулон. Он был в форме половинки сердца, но цвет уже потускнел, а сама работа была выполнена довольно топорно. Вероятно кулон был совсем недорогой.

— Есть хочешь? — спросила она сначала по-английски.

Увидев на лице девочки полное непонимание, У Ин повторила вопрос по-китайски и указала на свой живот.

А-Та сразу поняла, кивнула и быстро произнесла два слова, которые невозможно было понять.

У Ин достала из ящика стола две упаковки печенья, того самого, которое так любил её ребёнок, а затем вышла и попросила Чжан Хаожаня сходить в соседнюю закусочную и взять для девочки порцию риса с горячим блюдом.

Чжан Хаожань выглядел ещё более озадаченным, чем А-Та.

— Ин-цзе, это точно допрос? Мы что, привели её сюда, чтобы накормить получше?

— В городском управлении мы не имеем права плохо обращаться с несовершеннолетними, — сердито посмотрела на него У Ин. — Хватит болтать, иди быстрее. И когда будет переводчик?

При этих словах Чжан Хаожань тоже помрачнел.

— Я поузнавал, сказали есть переводчики с английского, с японского, а вот с языками Юго-Восточной Азии всё слишком сложно. Трудно кого-то найти. Один человек вроде бы подходит, но он работает во внешней торговле, его не вызовешь в любой момент. Что делать?

У Ин немного подумала и решила:

— Я пока сама попробую поговорить. А ты сходи за едой.

А-Та, похоже, давно ничего не ела. Получив две пачки печенья, она тут же разорвала упаковку и принялась жадно есть. Когда начинала давиться, запивала водой. В ночном клубе она явно недоедала. А-Та ела жадно, но при этом всё время настороженно поднимала глаза, будто боялась, что кто-то подойдёт и отнимет еду.

У Ин не торопила её. Лишь когда девочка покончила с одной пачкой, она спросила:

— Ты понимаешь немного по-китайски? Китайский.

А-Та проглотила последний кусок, сначала покачала головой, потом кивнула, показала какой-то жест и неразборчиво произнесла:

— Дин-дон.

У Ин решила, что та хочет сказать «понимаю совсем чуть-чуть», поэтому продолжила:

— Ты украла вещи?

С этими словами она достала из-под стола чёрный кожаный рюкзак, вынула браслет и ещё несколько предметов.

— Это ты украла?

Даже не понимая слов, А-Та догадалась, о чём речь. Она тут же замотала головой, указала на лежащие на столе вещи и выпалила целую тираду. Перевод был не нужен — и так было ясно, что она яростно отрицала кражу.

— Тогда что произошло? — спросила У Ин.

Эту фразу А-Та уже совсем не поняла. Да и если бы поняла, всё равно не смогла бы объяснить.

Некоторое время они молча смотрели друг на друга. Потом А-Та усмехнулась, и в её усмешке мелькнула тень презрения, словно она теряла терпение к женщине, с которой невозможно было поговорить.

У Ин не спешила. Она видела, что девочке в ночном клубе, должно быть, жилось очень тяжело: кто-то кое-как обрезал ей волосы, одежда висела мешком. Было видно, что о ней никто толком не заботился.

У Ин достала фотографию А-Чжуан.

— А этот человек? — спросила она.

Увидев снимок, А-Та на несколько секунд замерла.

В подростковом возрасте под влиянием среды, гормонов и поиска себя дети легко могут пойти на кражу, и это вовсе не обязательно говорит о дурном характере. У Ин не хотела спешить с выводами.

— Ты её ненавидишь? — спросила она.

А-Та продолжала смотреть на фотографию. В её больших глазах постепенно выступили слёзы. Похоже, эту фразу она поняла, потому что сначала покачала головой, а затем, отрицая, замотала ещё сильнее, и всё время повторяла одно и то же слово, но У Ин не могла разобрать какое.

Спустя некоторое время принесли еду. Печеньем всё равно нельзя было наесться. У А-Ты был растущий организм, при этом она много работала, поэтому и аппетит был хорошим. Почувствовав запах горячей пищи, она торопливо вытерла слёзы, голод уже пересилил горечь в душе, и осталось только желание поесть.

У Ин разломила палочки и протянула ей. А-Та тут же с жадностью набросилась на еду. Пока она ела, в дверь тихонько постучала Тань Инин.

— Ин-цзе, можно тебя на минуту? — заглянув внутрь негромко сказала она.

— Есть результаты? — У Ин подошла к двери, но затем оглянулась и посмотрела, как А-Та послушно ест. У Ин решила, что их разговор она всё равно не поймёт, поэтому понизила голос: — Давай поговорим здесь.

— Экспертиза готова, — облегчённо выдохнула Тань Инин и сообщила то, о чём сама уже догадывалась. — Всё действительно странно. Материал этого браслета ничего не стоит, это даже не качественная подделка.

Такой вывод озадачил У Ин. Она сразу передала эту информацию Чэн Чжо. К её удивлению, тот, выслушав всё, лишь задумчиво провёл рукой по подбородку. Похоже для него это не было неожиданностью.

— Ты уже догадывался об этом? — спросила У Ин.

— С этим заявителем что-то не так. Возможно, это вовсе не обычное происшествие, — ответил Чэн Чжо. — Ин-цзе, можно пока выпустить А-Ту?

— Можно, — кивнула У Ин. — Уложу её в комнате отдыха, пусть немного поспит. Я побуду рядом. А завтра утром вы отвезёте её обратно и заодно ещё раз расспросите заявителя, что у неё там произошло.

Однако никто не ожидал, что события начнут разворачиваться так стремительно. Когда все уже решили, что эта ночь подходит к концу, в три часа утра в городское управление поступил новый звонок. Звонили из ночного клуба «Цзиньцзюэ».

Дежурный сразу выпрямился.

— Товарищ полицейский, — голос заявителя дрожал от паники. — Случилось несчастье… человек умер… у нас здесь умер человек!

http://bllate.org/book/12532/1587813