Готовый перевод How To Die As Heavy As Mount Tai / Как сделать смерть значимее, чем гора Тайшань: 7.17 Спасение красавицы?

Первая встреча Лу Хэна и Чжао Цзинцзя была не из приятных. Элитный класс и подготовительный класс находились недалеко друг от друга, поэтому встречи учеников - обычное дело. Вокруг Чжао Цзинцзя всегда собиралась группа людей. Что касается Лу Хэна, то все держались от него на расстоянии, опасаясь заразиться его аурой мажора.

В тот день Ся Цзимина не было в академии, потому что он выполнял особое задание, поэтому Лу Хэн казался еще более одиноким.

Возможно потому, что известность Лу Хэна была слишком большой в Академии, девушка рядом с Чжао Цзинцзя что-то сказала ей на ухо. Лу Хэн увидел, как ледяной взгляд Чжао Цзинцзя переместился на него, а затем она отвернулась с безразличным видом.

Однако Лу Хэн почувствовал скрытую враждебность и презрение, исходящие от нее. Это его озадачило, он никогда не встречался с Чжао Цзинцзя, так почему она испытывает к нему необъяснимую враждебность? Ладно бы презрение, в конце концов он в этой Академии изображал невежественного мажора, просто крысиное дерьмо.

Ба, как можно о себе так говорить? Разве есть хоть одно крысиное дерьмо, которое выглядит так хорошо?

Лу Хэн долго рассматривал себя в зеркале, тщательно изучая. Несмотря на долю высокомерия, он все равно выглядел весьма выдающимся. Даже если люди боялись приближаться к нему из-за его чрезмерной властности, это не вызовет у незнакомца враждебности.

Чжао Цзинцзя - определённо впервые его встретила. По неопределенному ответу отдела технического обслуживания измерений Лу Хэн сделал вывод, что, кроме него самого и Ся Цзимина, единственным чужаком в этом мире был Ся Линъюй. Тогда откуда у девушки такая враждебность к нему?

Она только что поступила в академию, и не могла испытывать такого возмущения, как другие ученики, из-за того, что он воспользовался связями, чтобы попасть в элитный класс.

Стоит сказать, что даже с учетом того, что Лу Хэн теперь имел репутацию невежественного мажора, в Академии Гоцзы все еще оставалась небольшая группа его сторонников, помешанных на его внешности. На форумах академии можно было заметить, что после того, как Лу Хэн совершал какие-либо действия, направленные на издевательства над другими и его все осуждали, помимо оскорблений были и комментарии типа "Наследный принц такой красивый. Я могу простить его высокомерие только из-за его внешности".

В этот момент Лу Хэн услышал позади себя шаги и, не оборачиваясь, понял, что это вернулся Ся Цзимин.

- Ся Цзимин, что ты думаешь о внешности этого принца? Неужели у меня такое отталкивающее лицо, что эта Чжао Цзинцзя с первого взгляда отнеслась ко мне враждебно? - Лу Хэн отвел взгляд в сторону, все еще несколько озадаченный.

Ся Цзимин подошел и коснулся шеи Лу Хэна. Из-за детского опыта кожа на его пальцах была очень грубой, и когда они коснулись задней части шеи Лу Хэна, это вызвало ощущения схожие на электрический разряд.

Лу Хэн вздрогнул:

- Что ты делаешь!

Лу Хэн обернулся и раздраженно оттолкнул чужую руку. Задняя часть его шеи не была чувствительным местом. Однако во всех предыдущих мирах этот человек всегда любил хватать Лу Хэна за шею в кровати. Так что теперь это действие имело для Лу Хэна особый смысл.

Ся Цзимин, казалось, был немного сбит с толку, не понимая, почему Лу Хэн отреагировал так бурно, но когда тот злился, он всегда мягко поглаживал его по волосам:

- Мне жаль, молодой господин А-Хэн, я перешел черту. У тебя слишком длинные волосы их следует подстричь.

Ся Цзимин не позволял никому другому заниматься личными делами Лу Хэна.

После щелчка черные волосы упали на землю.

- Молодой господин А-Хэн обратил внимание на Чжао Цзинцзя?

- Чжао Цзинцзя? Кто это? - Рука Ся Цзимина, расчесывающая волосы Лу Хэна, была слишком нежной, и он впал в транс. По ощущениям это напоминало почесывание подбородка в форме кота. Все его тело расслабилось, а в голове царила пустота.

Услышав незнакомое имя, Лу Хэн даже не сразу понял, кто это.

Напряженная челюсть Ся Цзимина слегка расслабилась. Он наклонился и правой рукой нежно убрал растрепанные волосы с плеч Лу Хэна:

- Это тот человек, который только что заставил тебя волноваться.

Голос Ся Цзимина раздался совсем близко, так близко, что Лу Хэн почувствовал его дыхание у своего уха.

- Почему ты так близко ко мне? - Лу Хэн оттолкнул лицо мужчины ладонью. - Ты знаешь мои способности. Ся Линъюй обратил пристальное внимание на Чжао Цзинцзя, и отношение Чжао Цзинцзя ко мне очень странное. Мне кажется, что здесь какая-то тайна.

- Срезанные волосы, - сказал Ся Цзимин и подул на шею Лу Хэна. Взгляд его был серьезным и не выражал ничего лишнего.

Посмотрев на его серьезный вид и почувствовав спокойные эмоции, Лу Хэн даже засомневался, показалось ли ему, что его тофу съели.(полапали))

Лу Хэн еще не успел провести расследование и выяснить, откуда у Чжао Цзинцзя возникла враждебность по отношению к нему, как эту возможность предоставила вдовствующая императрица Хуэй Нин.

В тот день Лу Хэну позвонила вдовствующая императрица Хуэй Нин и попросила его приехать во дворец на ужин. Лу Хэн хорошо относился к императрице-матери, в конце концов, очень приятно чувствовать чистую заботу и любовь от кого-то.

Только войдя в дверь столовой и повернув за ширму, Лу Хэн увидел того, кого не ожидал.

Чжао Цзинцзя.

Она сидела справа от вдовствующей императрицы Хуэй Нин и разговаривала с ней с нежной улыбкой на лице. Чжао Цзинцзя была одета в простую китайскую одежду, а ее длинные черные волосы, без излишних украшений, были просто небрежно завязаны. Благодаря ее присутствию, даже окружающий фон казался чище и яснее.

"Неудивительно, что ее называли богиней академии. Такой недостижимый, но чистый и безупречный темперамент был именно тем типом, перед которым не могли устоять высокодуховные и гордые студенты," - подумал про себя Лу Хэн и вошел, не останавливаясь.

Увидев Лу Хэна, Чжао Цзинцзя не выказала никакого удивления, а просто кивнула, как будто знала, что он придет.

- Сяо Хэн, иди и садись. - Когда вдовствующая императрица Хуэй Нин увидела, что это Лу Хэн, слабая улыбка на ее губах стала немного шире.

Поклонившись, Лу Хэн сел на свободное место по левую руку от императрицы Хуэй Нин.

- Сяо Хэн, Цзинцзя, вы, должно быть, слышали имена друг друга в академии. В конце концов, вы оба - популярные личности, - сказала императрица-мать.

-Тетя, пожалуйста, перестань, ты же знаешь какая у меня известность в Академии. -Лу Хэн сделал умоляющее выражение лица.

- Хорошо, что ты знаешь. Твой кузен специально издал указ, чтобы ты попал в элитный класс. - На лице вдовствующей императрицы Хуй Нин не было никакого осуждения. - Но как только ты вошел туда, то наделал много шуму. Несколько дней назад стол твоего кузена был завален докладными записками от советника.

- Ох, этот советник, у него слишком много свободы. - Лу Хэн скривил губы.

Чжао Цзинцзя лишь слегка улыбнулась и не проявила ни малейшего холодности, что она демонстрировала в Академии.

Но ее враждебность не утихала. Лу Хэн покачал головой в душе, но сменил тему:

- Тетя, ты не говорили в сообщении, что сегодня на ужин придет еще один человек.

Слова Лу Хэна были не слишком вежливыми, и он сказал это специально, желая увидеть, насколько устойчивой может быть маска спокойствия Чжао Цзинцзя.

Чжао Цзинцзя смущенно улыбнулась, а вдовствующая императрица Хуэй Нин посмотрела на Лу Хэна и успокаивающе похлопала Чжао Цзинцзя по руке.

- Цзинцзя, я избаловала Сяо Хэна до такой степени, что он до сих пор ведет себя по-детски и всегда говорит, не подумав, не придирайся к нему.

- Ни в коем случае, Его Высочество наследный принц - откровенный человек и больше подходит на роль друга, чем эти серьёзные люди, - мягко сказала Чжао Цзинцзя.

- Сяо Хэн, Цзинцзя, ваши матери - мои близкие подруги. К сожалению, с тех пор как Гао Лань вышла замуж и отправилась в далекую Галактику Чжу-Цюэ, а я вошла во дворец, мы трое больше никогда не встречались вместе. Сегодня, когда я вижу как дети Ваньжу и Гао Лань, сидят рядом со мной, мне кажется, что я вернулся в молодые годы.

После окончания трапезы Чжао Цзинцзя откланялась, чтобы вернуться в Академию, а Лу Хэн остался для беседы с императрицей-матерью Хуэй Нин.

- Сяо Хэн, что ты думаешь о Цзинцзя?

Как и ожидал Лу Хэн, вдовствующая императрица Хуэй Нин сразу же перевела тему на Чжао Цзинцзя.

- Неплохо. - Лу Хэн опустил глаза и отпил чай, его лицо выражало безразличие.

- Дитя, что значит "неплохо"? Будь серьезнее, - сказала императрица-мать. - Я думаю, эта девушка очень красивая, у нее зрелый и мягкий характер, который может как раз противодействовать твоему вспыльчивому характеру. В те годы мы трое заключили соглашение...

- Подожди, подожди! - Лу Хэн поспешно прервал собеседницу. - Тетя, ты же не собираешься рассказать о том, о чем я думаю?

- О чем ты думаешь? - С улыбкой спросила императрица Хуэй Нин.

- Брачный контракт заключенный до рождения.

Вдовствующая императрица Хуэй Нин не ответила прямо, но сказала:

- Ты уже не ребенок. Посмотри на своего кузена, он женат уже больше года. А ты все еще как ребенок, ходишь по улицам и доставляешь неприятности. Я слышала обо всех плохих вещах, что ты совершил в Академии. Я думаю, что женитьба - это лучший способ для мужчины повзрослеть.

- Да, да, это идеально. Давай пополним гарем моего кузена и дадим ему вырасти, - сказал Лу Хэн. - Эта Чжао Цзинцзя неплоха, у нее есть все необходимые качества, чтобы стать любимой наложницей.

- Что за чушь. Не веди себя как сумасшедший в моем присутствии. - Вдовствующая императрица Хуэй Нин не знала смеяться ей или злиться. - Возвращайся и хорошенько подумай. Как насчет того, чтобы Цзинцзя вышла за тебя замуж и стала супругой наследного принца? Если ты не против, я обсужу это напрямую с Ся Цзэфаном.

Лу Хэн скривился:

- Какая сейчас эпоха? Ты все еще играешь в игру родительских наставлений. Ты не можешь позволить мне свободно развиваться? Зачем мне нужна эта Чжао Цзинцзя?

Хуэй Нин нахмурилась и некоторое время молчала, а затем сказала:

- Знаешь ли ты, почему семья Чжао всегда пользовалась таким уважением в династии?

- Почему? - Эти вещи, вероятно, относились к категории императорских секретов, так как Лу Хэн не мог узнать причину из своей памяти.

- В родословной семьи Чжао существует шанс пробудить особую духовную генную цепочку. - сказала императрица-мать. - Люди, которые пробуждают эту особую генную цепочку, развивают психические способности.

- Психическая способности? - Сердце Лу Хэна дрогнуло. Это был первый раз, когда он услышал слова "психические способности" в этом измерении, если не считать его помощника.

- Эта способность может помочь пробуждению генной цепочки предков. Однако ее можно использовать только один раз, и люди семьи Чжао всегда приберегали это для самых важных людей. Сяо Хэн, ты не пробудил генную цепочку предков. Теперь, когда ты стал взрослым, вероятность спонтанного пробуждения практически равна нулю. Продолжительность жизни обычных людей составляет всего несколько коротких десятилетий, и я не хочу, чтобы ты умер* раньше меня. - Императрица-мать выглядела серьезной.

* 白发人送黑发人 (báifàrén sòng hēifàrén) - седой провожает темноволосого, обр. родители хоронят детей

- Именно эту особую цепочку генов пробудила Чжао Цзинцзя? - Лу Хэн, наконец, понял, почему королева-мать Хуэй Нин вдруг захотела связать его узами брака.

Императрица-мать кивнула:

- Однако этот вопрос, естественно, зависит от желания вас обоих. В конце концов, мы не можем насильно связать двух людей, у которых нет чувств, чтобы они мучились всю оставшуюся жизнь из-за этого.

- Неважно, что я думаю, госпожа Чжао меня не любит. Разве ты не видела, что она только что за обеденным столом даже не взглянула на меня? - сказал Лу Хэн.

- Это может быть не так. Хотя обещание брака было больше шуткой, мы обменялись залогами. Цзинцзя пришла сюда сегодня с залогом. Я не верю, что Гао Лань ничего ей не сказала.

Выслушав то, что сказала вдовствующая императрица, Лу Хэн больше не отказывался категорически, и пообещал, что по возвращении в Академию начнет общаться с Чжао Цзинцзя как с обычным другом, чтобы понять, подходят ли они друг другу. Естественно, у него не было никаких особых намерений по отношению к Чжао Цзинцзя, он просто хотел выяснить множество подозрительных моментов, связанных с ней.

Почему появление Чжао Цзинцзя побудило Ся Линъюя, этого переселенца, к действию?

После возвращения в общежитие Лу Хэн почувствовал, что с его телом что-то не так. Он подумал, что возможно из-за чрезмерной сосредоточенности на ощущении эмоций Чжао Цзинцзя во дворце, перерасходовал свои сверхъестественных силы, поэтому принял облик кота, решив, что так восстановится гораздо быстрее.

Однако улучшений не произошло.

- Молодой господин А-Хэн, ты голоден? - Ся Цзимин ткнул пальцем в подрагивающий животик котенка. - Разве ты не наелся на ужине?

Лу Хэн вспомнил, что у императрицы Хуэй Нин, он так сосредоточился на наблюдении за Чжао Цзинцзя, что ничего не ел. Вернувшись, он размышлял о том, что узнал и даже не подумал об ужине. Неудивительно, что он чувствовал себя таким слабым.

Только после напоминания Ся Цзимина он ощутил небольшой голод.

Лу Хэн спрыгнул с колен Ся Цзимина и поднял подбородок, давая ему знак приготовить ему что-нибудь:

- Я хочу съесть сушеную рыбку с золотой нитью.

Ся Цзимин спустился на кухню и открыл холодильник, но обнаружил, что рыбки с золотой нитью нет. Подумав о разборчивом котенке, он решил, что раз уж тот попросил эту рыбку, то, не получив ее, он будет недовольным всю ночь.

Производство рыбки с золотой нитью ограничено и поставлялось исключительно императорским родственникам и ее сложно купить в свободной продаже. Поэтому Ся Цзимин решил вернуться за ней в резиденцию принца: с его скоростью дорога туда и обратно займет всего полчаса.

Принеся Лу Хэну блюдо молока, чтобы тот насытился, Ся Цзимин вышел и отправился во дворец принца.

Чжао Цзинцзя бродила одна по имперскому городу, она не хотела возвращаться в академию. Для нее это место было по сути клеткой.

Со способностями Чжао Цзинцзя она давно могла бы поступить в академию Гоцзы. Однако из-за ее ценных и редких сверхъестественных способностей, король Чжао никогда не давал согласия на ее обучение в месте, расположенном так далеко от ее дома. На этот раз ее отпустили только из-за этого мажора. Это произошло потому, что первый сын принца Жуна вернулся в имперскую Столицу и поступил на обучение в академию.

- Его Величество остерегается короля Чжао. Для безопасности всей семьи законный сын принца Жуна - наиболее подходящий партнером для брака.

- Почему! Почему это должен быть этот невежественный мажор? Даже если я должна выйти замуж в Имперской столице, в качестве заложницы, это не единственный вариант!

- Принц Жун - умный человек. Он воспитал своего сына ни к чему непригодным, чтобы показать свое отношение к Его Величеству. Твой брак с ним - это также заявление от нашего дворца Чжао, - сказал король Чжао. - Даже если ты войдешь в дом принца Жуна, Его Величество все равно будет настороже. Однако скак ни посмотри, первый сын принца Жуна - самый подходящий кандидат.

Чжао Цзинцзя задумалась о том, что сказал ей отец перед тем, как она покинула галактику Чжу-Цюэ.

Что же это такое? Уже межзвездный век, а тут договорной брак, которого нельзя избежать. Неизвестно сколько людей завидовали ее благородному статусу, но они не видели горечи за этим почетным статусом.

Сын принца Жуна действительно родился с хорошей внешностью. Но Чжао Цзинцзя всегда смотрела свысока на людей, у которых нет ничего, кроме красивой внешности. Больше всего она ценила людей с выдающимися способностями.

Однако Чжао Цзинцзя, впервые приехавшая в императорскую столицу, не заметила, что уже ступила в опасное место и из темных углов на нее уже смотрели недружелюбные глаза.

Выйдя из особняка принца, Ся Цзимин поднял руку, чтобы проверить время, и обнаружил, что он оказался медленнее, чем ожидалось. Подумав, что Лу Хэн, возможно, разозлился из-за столь долгого ожидания, он развернулся и решил срезать путь обратно.

Однако этот короткий путь привел к неожиданному событию. Когда Ся Цзимин ступил на темную и малолюдную тропу, он услышал перед собой звуки борьбы и драки, которые, казалось, были смешаны с женским криком.

- Кто это?

- Я просто прохожу мимо. - Лицо Ся Цзимина было невыразительным, он не хотел вмешиваться в такие неприятности. Ведь потеряв здесь хотя бы секунду, его А-Хэн будет дольше голодать.

Однако эти люди не поверили. Ведь если бы то, чем они занимались, обнаружили, то тюрьма Министерства наказаний была бы просто прогулкой по парку.

Его окружили несколько человек.

Ся Цзимин нахмурился, произвел в уме некоторые расчёты и пришёл к выводу, что быстрее будет разобраться с этими людьми, чем идти в обход. Результат, естественно, оказался таким, как он и рассчитывал, - ни на долю секунды больше.

Ся Цзимин перешагнул через нескольких человек, упавших без сознания на землю, и продолжил идти вперед. Когда он проходил мимо того места, где его только что слышалась борьба, его окликнул голос.

- Подожди, спасибо, что спас меня, как тебя зовут? - Оказалось, что черная тень, сидевшая на земле в оцепенении, была женщиной.

Ся Цзимин не остановился, и его фигура в одно мгновение исчезла в переулке.

http://bllate.org/book/12515/1708489