Готовый перевод Fenghuang: The Ascent to the Celestial Palace / Перерождение Фэйхуан: путь в Небесный чертог (Завершено🔥): Прелюдия. Глава 7.

Полночь. Тихий павильон на берегу реки.

Стройная девушка в легком голубом платье, едва достающем до щиколоток, стоит у перил, погруженная в задумчивость. Ее взгляд устремлен на неспешно текущую воду, но кажется пустым, словно мысли витают где-то далеко.

Тем временем по берегу бредет мужчина в темно-синем одеянии с узкими рукавами и  туго стянутыми в хвост волосами. Его походка тяжела, взгляд угасший, а в каждом движении сквозит безысходность, словно скорбь разъедает его изнутри. Он сливается с ночной темнотой, будто стал ее частью.

Еще издалека он заметил фигуру в павильоне и вдруг замедлил шаг. В его глазах вспыхнула надежда, смешанная с тревогой. Он словно боролся сам с собой, то набираясь храбрости сделать шаг вперед, то останавливаясь, скованный страхом.

Расстояние между ними сокращалось, но мужчина никак не решался приблизиться. Он пытался разглядеть лицо той, что стояла в павильоне, но тусклый свет редких фонарей только размывал контуры, оставляя лишь смутное ощущение чего-то до боли знакомого.

Долгожданный силуэт такой же, как прежде. Те же одежды, та же прическа, та же грациозная осанка. Будто и не прошло столько времени, будто она всегда ждала его здесь, на том же месте, не двигаясь, не произнося ни слова.

Сердце мужчины заколотилось. Он ринулся вперед, но, сделав пару шагов, вдруг резко остановился, будто опомнившись. Поколебавшись, он вновь бросился вперед, но тут же снова замер, терзаемый сомнениями. Так он шагал то вперед, то назад, вновь и вновь, не в силах решить, поддаться ли надежде или страху.

Скрытые в темноте наблюдатели затаили дыхание.

Наконец, шатаясь, мужчина дошел до павильона. Он не сводил глаз с женского силуэта, такого знакомого, такого родного… но в то же время нереального.

Девушка медленно повернулась к нему, одарив его легкой, почти неземной улыбкой. Однако ее взгляд скользил не по его лицу, а по земле у его ног, словно она боялась встретиться с ним глазами.

— А-Цзе...

Мягкий голос, чистый, как пение жаворонка, пробился сквозь ночную тишину.

Мужчина вздрогнул.

— Хуань… Хуань-эр! Это… это правда ты?! Но ведь ты… ты же… — его голос дрожал.

Он не верил своим глазам. Разве это не просто наваждение? Может, это всего лишь плод его тоски, доведшей его до безумия?

В отчаянной попытке проверить реальность он со всей силы ударил себя по щеке.

Громкий хлопок разорвал тишину. По лицу разлилась жгучая боль, но мужчина даже не поморщился. Теперь он был уверен, что это не сон.

Девушка ахнула. В три быстрых шага она оказалась перед ним, протянув изящную, хрупкую, как лепесток магнолии, руку и осторожно коснулась его покрасневшей щеки.

— А-Цзе, ты… зачем ты так?! Я здесь… я рядом! Тебе больно? — ее голос задрожал, а из глаз потекли слезы.

Но мужчина уже не слышал ее слов. Он крепко обнял ее, прижимая к себе с силой, способной растворить границы их тел. Он словно хотел впитать ее в себя, слиться с ней, запомнить навсегда это тепло.

Только бы не отпускать. Только бы не терять ее снова.

Слезы безмолвно стекали по его лицу, капая на ткань одежды. Сплошная, пронзительная боль последних дней, эта опустошающая тоска — все исчезло в этом долгожданном, почти нереальном объятии.

Под лунным светом его темно-синее одеяние выглядело мягким, покойным, словно ночь сама благословила его.

— Хуань-эр, но… твоя мать сказала, что ты пропала? — наконец, его разум начал возвращаться, и в его голосе зазвучали нотки сомнения.

Девушка улыбнулась, но в ее глазах вспыхнул странный огонек.

— А-Цзе, давай не будем сейчас об этом. Идем, я покажу тебе одно место.

— Хорошо, — ответил он без раздумий.

Ослепленный счастьем, он позволил ей взять его за руку и беспрекословно последовал за ней в темноту.

Двое шли вдоль реки, единственной, что протекала через Лунцюань. Они двигались все дальше против течения, пока не оказались у Лунцюаньского Каменного леса. Мужчина и женщина, словно пара, соединенная судьбой, остановились у самого истока.

Девушка замялась, будто желая что-то сказать, но затем вновь опустила взгляд, не решаясь заговорить.

Но именно в этот миг произошло нечто, что застало врасплох всех наблюдающих, не оставив ни мгновения на реакцию.

Мужчина только-только остановился и собрался было спросить, зачем она привела его сюда, как вдруг ощутил, будто тело его сковало заклинание. Он не мог двинуться, а ноги... ноги начали превращаться в камень. Он хотел закричать, но даже этого сделать не успел.

Всего несколько мгновений — и на месте человека стояла застывшая статуя.

Девушка ахнула, брови ее изогнулись в ужасе, руки инстинктивно поднялись к губам.

В темноте же, там, где укрывались наблюдатели, повисло ошеломленное молчание. Никто не ожидал подобного развития событий.

Все шло не по плану.

Циньцзян рассчитывал, что Чжэнь Ди, используя магию перевоплощения, примет облик пропавшей девушки и выманит таинственного мужчину к Каменному лесу. План состоял в том, чтобы выяснить их связь, а затем и причину всей этой истории. Однако прежде чем можно было задать хотя бы один вопрос, ключевой свидетель был уничтожен, и след оборвался.

Чжэнь Ди, скрывающийся под маской девушки, еще не знал, что делать, как вдруг ситуация резко ухудшилась. Голос, холодный, как лед, раздался в пустом лесу. В эту безлунную ночь он прозвучал особенно зловеще.

— Ха! Как странен этот мир! Мертвецы восстают из могил, не страшась гнева небес? Неужели не боитесь бросить вызов самому небу? Ха-ха-ха!

— Кто здесь?!

Чжэнь Ди пытался определить источник голоса, но тщетно. Теперь он знал точно — незваный гость не просто наблюдал за ними, но и понимал, что перед ним не настоящая девушка, а всего лишь иллюзия. Видя, что обман раскрыт, Чжэнь Ди больше не стал скрываться и снял заклинание, вернув себе собственное лицо.

— О! А вот это уже интересно! — Голос вдруг изменился, становясь резким, пронзительным, с какой-то пугающей ноткой веселья. — Какой прелестный юноша!

— Кто ты? Покажись!

Чжэнь Ди оставался спокоен. Он не спешил впадать в гнев — этому его научили годы дисциплины.

В этот момент Циньцзян, все еще остававшийся в тени, почувствовал странную дрожь, исходившую от его нефритового кулона.

— Мэнъюй... — шепнул он, понимая, что циньлинь ведет себя неспокойно. Но сейчас было не время разбираться. Он лишь мысленно передал ему успокаивающий импульс.

В то же мгновение над Чжэнь Ди повисло нечто — густой, черный туман, зловеще клубящийся в воздухе. Но сам он этого не видел.

Циньцзян напрягся.

"Хм... Какой интересный прием... Использовать ночную тьму в качестве укрытия..."

Туман не торопился нападать, словно наслаждался моментом. Лишь короткий насмешливый вздох прозвучал в гробовой тишине.

Чжэнь Ди ощутил, как его волосы встают дыбом.

— Пф! Жалкий человечишка, — голос прозвучал с усмешкой. — Бесполезный кусок мяса. А вот этот... — Туман медленно поплыл в сторону окаменевшего мужчины, словно изучая его. — Нет, этот тоже никуда не годится...

Затем он вернулся к Чжэнь Ди.

— А вот ты... Ах, как интересно! В твоем теле, похоже, скрыта удивительная сила… Ты бы стал отличным сосудом...

Шепот прозвучал у самого уха, и Чжэнь Ди внезапно ощутил, как его охватывает удушье. Теперь ему стало ясно, почему та пропавшая девушка не успела сказать ни слова.

— Чего ты добиваешься? — холодно спросил он.

— Чего?.. — Туман расхохотался. — Спроси лучше у правителя мертвых!

Черный туман внезапно пришел в движение, целясь в него.

Чжэнь Ди закрыл глаза.

"В логово тигра можно войти лишь самому..."

Он больше не сопротивлялся, позволил чудовищу сделать с собой то же, что и с тем несчастным мужчиной.

Тело его начало превращаться в камень.

Если не разобраться с этим чудовищем, как все это прекратить?

Чёрный туман мгновенно сомкнулся над Чжэнь Ди, обволакивая его с головы до ног. В считанные мгновения он закружился спиралью, сжимаясь вокруг своей жертвы. Мужчина едва успел ощутить, как его ноги утратили чувствительность, а затем потеряли способность двигаться. Его тело сковало странное оцепенение, и вскоре он превратился в неподвижную каменную статую.

Глубокий, зловещий смех разнёсся в ночном воздухе.

— Ха-ха-ха... Глупый даос! Теперь ты мой. Отправимся в мой каменный приют, посмотрим, насколько вкусно твое очищенное тело! Ха-ха-ха...

Тёмное облако закружилось быстрее, подхватило застывшую каменную фигуру и исчезло в ночи, словно вихрь, унося свою добычу.

Из тени мгновенно выскочили несколько фигур тут же устремились следом.

Чёрный туман двигался бесшумно и быстро, словно знал каждую щель и изгиб в этом каменном лабиринте. Он не просто уносил пленника — он запутывал след, петляя между скалами, спеша спрятать свою добычу. То приближаясь к кромке леса, то вновь сворачивая в глубину ущелья, он наконец замер у огромной каменной стены, похожей на защиту древнего города.

Неведомый голос прозвучал из его глубин, произнося заклинание. Казавшаяся монолитной каменная стена вдруг задрожала, её поверхность дрогнула, словно зыбкое отражение в воде. А затем, с тяжёлым гулом, она поползла вверх, открывая узкий проход. Тёмная тень, окутанная мраком, проскользнула внутрь.

Но в тот же миг, как каменная стена начала опускаться, скрытые наблюдатели метнулись вперёд. В последний момент они успели проскользнуть внутрь, прежде чем проход вновь сомкнулся, поглотив их.

Ожидаемая мрачная сырость не встретила преследователей. Напротив, воздух в подземелье был сухим и тёплым, а повсюду горели факелы, заливая стены оранжевым светом. Огненные языки плясали в своём вечном танце, отбрасывая странные, подвижные тени на стены.

Это место было кем-то обустроено. Ходы извивались, петляя, уходя в стороны, — сложный лабиринт, явно предназначенный для того, чтобы сбить непрошеных гостей с пути.

Кинув быстрый взгляд на стены, Циньцзян без труда понял: если кто-то угодит сюда без надёжного проводника, выхода он не найдёт. Единственный возможный исход — умереть, так и не найдя дороги наружу.

Группа осторожно двинулась вперед, держась на безопасном расстоянии от тёмного вихря, что теперь замедлил движение. Он уверенно плыл дальше, пока не достиг центра огромного подземного зала.

Здесь, в самом сердце подземелья, стояла массивная каменная печь, вырезанная с невероятным мастерством. Она испускала палящий жар, наполняя помещение густым, обжигающим воздухом. Очевидно, именно эта печь была источником жара, который ощущался по всему подземелью.

Циньцзян сузил глаза, почувствовав неладное. Тем временем Чжэнь Чжэн, до сих пор прятавшийся в тени, начал задыхаться. Жара становилась невыносимой, воздух давил, словно раскалённое железо. Он с трудом переводил дыхание.

Тёмный вихрь, наконец, угомонился, и тогда они увидели его.

Пока их взгляды были прикованы к каменной печи, чёрное облако начало оседать, опускаясь к земле. Его плотность ослабла, и спустя мгновение перед ними оказался человек.

Фигура была облачена в чёрные одежды, на ногах — такие же тёмные сапоги. Всё его существо дышало тьмой, но... волосы были совершенно белыми.

Настолько белыми, что даже в полумраке они отливали серебром.

Но самым странным было его лицо. По виду ему было не больше сорока, но белоснежные волосы и брови создавали неестественный контраст. Человек этот был живым воплощением противоречия. Он смотрелся неестественно, как если бы сам мир отвергал его существование.

Циньцзян не сводил с него глаз. Внутренний инстинкт говорил: этот человек — не просто очередной враг.

Он — нечто большее.

http://bllate.org/book/12503/1112878