Готовый перевод The Emperor’s Favorite Drama King / Король драмы в личном пользовании императора [❤️]: Глава 7

Император предполагал, что молодой хоу может застесняться или, в крайнем случае, расстроиться. Но уж точно не ожидал, что тот упадет на колени и станет умолять забыть обо всем, как будто ничего не было.

Рис уже сварен¹, как мы можем притвориться, что ничего не было?

Если бы кто-то другой удостоился его благосклонности, то не знал бы, куда деваться от радости. Этот человек либо совсем не понимает его чувств, либо намеренно пытается отстраниться от него, хотя сам тогда бросился в его объятия.

Чжао Чжэн внезапно очень рассердился и со строгим выражением лица сказал:

— Ты понимаешь, о чем говоришь?

В мгновение ока его лицо стало ледяным, и молодой хоу не осмелился издать ни звука.

Чжао Чжэн гневно произнес:

— Я дам тебе еще один шанс. Сделаю вид, что не слышал этих слов. Возвращайся к себе и хорошенько все обдумай, прежде чем прийти снова!

Чжао Чжэн нетерпеливо позвал Ся Линьчуня, караулившего за дверями зала, и велел ему побыстрее выпроводить молодого хоу Мэна, потому что боялся, что выйдет из себя от ярости и слишком сурово накажет его.

Мэн Сюаньюня вежливо выставили из дворца Фунин. Похлопав себя по груди, он с некоторым страхом подумал про себя: "Император оказался поистине непредсказуемым. Его настроение трудно угадать".

Он постоял немного в раздумьях, а потом осторожно достал из-за пазухи вещицу, которую не осмелился рассмотреть в дворцовом зале. Оказывается, это был черный нефрит, вырезанный в форме облака. В середине нефрита был красиво выгравирован величественный иероглиф "Чжэн" — имя императора. Весь нефрит был оплетен немного потертым от времени ярко-желтым шелковым шнуром.

Держа в руках этот нефрит, молодой хоу Мэн почувствовал некоторую неловкость. Его звали Сюаньюнь, и это как раз означало "черное облако". Его отец, хоу Мэн, жил легко и непринужденно, вот и имя дал ему тоже особо не задумываясь. У него еще был рожденный от наложницы младший брат, которого звали Цинлань², что звучало намного более возвышенно.

Поскольку император носил нефрит при себе, значит, это его личная вещь. Но как так вышло, что нефритовая подвеска императора оказалась черной и в форме облака? И почему ее отдали именно ему, Сюаньюню — "черному облаку"?

И еще те наводящие тревогу слова…

Император и впрямь умеет испытывать людей. Даже ему, опытному королю драмы, едва удавалось все это выдержать.

Лицо молодого хоу с запозданием залилось краской. С той самой ночи он никак не мог выбросить из головы моменты страсти с прекрасным императором. Это было совсем на него не похоже. Как подданный он не должен питать таких грязных мыслей к его величеству! Да и вообще не должен испытывать к нему никаких чувств…

Как же так вышло? Почему он все время думает об этом?

Чтобы успокоиться, молодому хоу срочно захотелось ущипнуть главного виновника всех бед — себя.

— Молодой хоу, молодой хоу!

Главный евнух Ван догнал его и с улыбкой вручил Мэн Сюаньюню маленькую бутылочку.

— Это лучшая во дворце мазь от синяков и ушибов. Его величество специально приказал этому старому слуге передать ее вам.

— Но ведь я не ранен…

Мэн Сюаньюнь на мгновение растерялся. Только когда Ван Юншунь с улыбкой показал на его висок, он непроизвольно дотронулся до этого места и все понял. Оказывается, речь идет о том синяке, который оставили побои его бабушки несколько дней назад.

— Благодарю его величество, благодарю главного евнуха Вана за доброту.

Мэн Сюаньюнь взял бутылочку с лекарством, и ему показалось, будто она весит тысячу цзиней³. Что же все-таки задумал император?

Ван Юншунь вздохнул и сказал:

— Молодой хоу, не стоит благодарить. Его величество немного вспыльчивый, но сердце у него доброе. Просто запомните на будущее его доброту. Его величеству тоже пришлось нелегко. Последние несколько лет он провел рядом с покойным императором, так и не встретив близкого сердцу человека. Его величество постоянно думает о вас, хочет относиться к вам получше, но все время выходит как-то не так…

Под предлогом того, что он провожает молодого хоу к воротам дворца, Ван Юншунь всю дорогу болтал об императоре, пока у Мэн Сюаньюня волосы не зашевелились на голове. Он чувствовал в словах главного евнуха Вана намек на то, что император всерьез положил на него глаз.

Молодой хоу с тревогой вернулся домой, где его уже ждал Мэн Ань. Оказалось, что расследование, которое он поручил сделать Мэн Аню, принесло свои результаты.

Пока не решив, как вести себя с императором, Мэн Сюаньюнь решил пока отложить эти мысли в сторону и сосредоточиться на текущих делах. Выяснив все подробности истории, произошедшей в ночь Фестиваля середины осени, Мэн Сюаньюнь пригласил всех старших членов семьи собраться в зале Чжаохуэй.

Старая госпожа Мэн догадалась, что удалось найти виновника этой неприятной ситуации, и послала слугу в северную часть города, чтобы пригласить для разговора второго пострадавшего, молодого господина Мэя.

Личность Мэй Чжэжэня была выдумана Мэн Сюаньюнем, чтобы скрыть правду, поэтому, как только его бабушка отправила с поручением слугу, Мэн Сюаньюнь велел Мэн Аню отправиться следом, чтобы найти способ отказаться от приглашения старой госпожи от имени молодого господина Мэя.

Кто мог ожидать, что Мэн Ань не справится с задачей? В спешке вернувшись обратно, тот сообщил, что на севере города действительно живет молодой господин по имени Мэй Чжэжэнь, и посланец старой госпожи уже связался с ним. Мэн Ань не мог убивать, поджигать или грабить, поэтому ему оставалось лишь с тревогой смотреть, как настоящий молодой господин Мэй отправляется в резиденцию хоу Сяояо.

Мэн Сюаньюнь: "…"

Разве это не слишком большое совпадение?!

Молодой хоу, который умел с легкостью сочинять сценарии на ходу, быстро сориентировался. Даже если молодой господин Мэй действительно существует, он точно не тот, кого он обидел. В худшем случае, когда старая госпожа обнаружит несоответствие, он объяснит, что имел в виду другого человека. Времени оставалось мало, она не успеет снова послать кого-то с приглашением.

Как и говорил Мэн Ань, вскоре в резиденции Мэн появился молодой господин Мэй в голубых одеждах и конической шляпе с черной вуалью. Молодой хоу опешил при виде этого человека. Разве это не тот самый наряд, в котором тогда ушел император? Даже шляпа была той самой, которую он ему дал. Свои вещи он узнавал безошибочно.

Молодой хоу с дрожью в голосе произнес:

— Неужели вы… вы…

Воспользовавшись тем, что никого рядом не было, Мэй Чжэжэнь приподнял черную вуаль, из-под которой показалось его невероятно прекрасное лицо.

Молодой хоу почувствовал, что у него кровь застыла в жилах. В мгновение ока он снова перенесся в ту ночь Фестиваля середины осени. Он уже натерпелся из-за этого красивого лица, и теперь узнает его, даже если оно превратится в пепел.

— Что вы… здесь делаете?

Молодому хоу отчаянно хотелось упасть в обморок. Ваше величество, хватит самовольно добавлять сюжетные повороты в сценарий!

Мэй Чжэжэнь с улыбкой ответил:

— Если бы я не пришел, как бы узнал, что твоя бабушка разыскивает меня?

Конечно же, молодой господин Мэй не стал упоминать, что после возвращения во дворец приказал тайным стражам следить за семьей Мэн на тот случай, если молодому хоу вдруг понадобится помощь. Именно они доложили ему, что старая госпожа наводит справки о молодом господине Мэе из северной части города. Услышав имя и описание этого человека, он сразу же понял, что проделки молодого хоу.

Ранее он выгнал его в порыве гнева, но вскоре после этого вспомнил, как молодой хоу защищал его перед старой госпожой и даже принял удар вместо него. Тогда молодой господин Мэй пожалел о своей горячности и решил воспользоваться этим шансом, чтобы снова увидеться с ним.

— В этом деле замешаны семейные дрязги. Не ожидал, что бабушка случайно пригласит вас. Ваш подданный… я заранее хочу попросить вас проявить понимание, если что-то будет не так.

С этими словами Мэн Сюаньюнь уважительно поклонился. В конце концов, он действительно пострадал из-за него, и имеет право знать правду.

Сияющие глаза Мэй Чжэжэня снова скрылись под черной вуалью.

— Я же сказал, что не буду тебя винить.

Император снова испытывает его. Молодой хоу на мгновение напрягся, а затем смущенно сказал:

— Это хорошо, хорошо.

Молодой хоу скромно опустил голову, что для него было редкостью. Его взгляд падал то на сапоги молодого господина Мэя, то на край его одежды, пока вдруг случайно не остановился на поясе.

Он сразу же заметил на этом поясе следы зубов.

— Молодой господин Мэй, этот пояс?..

Почему он выглядит так знакомо?

Мэй Чжэжэнь изогнул губы в улыбке.

— Разве ты забыл? Это твоя работа. Как было бы прекрасно, если бы молодой хоу завязывал мне пояс каждый день.

Возможно, это произошло из-за смены личности, но молодой господин Мэй вел себя гораздо раскованнее, чем во дворце.

Мэн Сюаньюнь как раз хотел проводить его к главному месту в зале, но при этих словах едва не оступился от ужаса, нарушив этикет в высочайшем присутствии.

Оказывается, это тот самый пояс, который он грыз в пьяном виде? Он же пропитался его слюной. Император не боится неприятного запаха?

Что касается фразы насчет "завязывать пояс каждый день", покрасневший молодой хоу убедил себя, что все это испытание, поэтому его сердце не дрогнуло.

— Молодой господин Мэй, прошу вас, не стоит больше об этом упоминать.

Молодой господин Мэй нахмурился.

— Почему я не могу об этом упоминать? Все еще хочешь, чтобы я сделал вид, что ничего не было?

— А можно? — быстро спросил молодой хоу.

— Нельзя, — заявил молодой господин Мэй.

Не отличаясь широтой души, он высокомерно фыркнул:

— Думаешь, этого молодого господина можно так просто забыть?

Хочешь соблазнить и бросить? Бесполезно, ничего у тебя не выйдет!

Молодой хоу: "…"

Он с тоской подумал: "Беда! Испытания императора становятся все труднее и труднее".

───────────────

1. Когда говорят, что сырой рис сварен, обычно имеют в виду, что девушка лишилась девственности. Точно так же, как из вареного риса не сделаешь снова сырой, женщина не может вернуть свою невинность. Поскольку речь идет о мужчинах, эта фраза вносит юмор в ситуацию.

2. Цинлань — голубоватая дымка в горах. Это звучит немного поэтичнее, чем "черное облако" или "туча".

3. Цзинь — полкило. В данном случае "тысяча цзиней" используется в переносном значении, как "непосильная ноша".

http://bllate.org/book/12494/1112502