Готовый перевод The Emperor’s Favorite Drama King / Король драмы в личном пользовании императора [❤️]: Глава 6.1

Молодого хоу Мэна, который шел во дворец, как в логово тигра, заранее готовясь пройти через гору мечей и море огня, застал врасплох такой внезапный энтузиазм. Он никак не мог понять: пусть они и переспали с императором один раз, но с каких пор у них такие душевные отношения?

Молодой хоу поспешно отдернул руку и с запинкой произнес:

— В-ваше величество, прошу не насмехаться надо мной. Я… я специально пришел, чтобы попросить снисхождения за свой проступок.

Для Чжао Чжэна это был первый настоящий момент близости с любимым человеком, но тот выглядел так, словно до смерти его боится. Это не могло не вызвать нотку недовольства. Однако, присмотревшись, он заметил на виске у молодого хоу большой синяк. Должно быть, он получил его, когда принял удар, защищая его. Сердце Чжао Чжэна немного смягчилось.

— Почему ты так долго не приходил? — спокойно спросил он.

Молодой хоу уже тысячу раз успел пожалеть о произошедшем. Чтобы выглядеть более искренним, он украдкой ущипнул себя за бедро. Когда слезы ручьем потекли по его лицу, он сказал:

— Ваш подданный понимает, что совершил тягчайший грех. Я уладил все свои дела и прибыл, чтобы принять наказание. Прошу лишь ваше величество не винить мою семью. Они ни о чем не знали.

Он не намеренно тянул до последнего, просто за это время ему нужно было выяснить, кто подмешал ему что-то в вино, и распорядиться делами на случай своих похорон. Хотя в тот день император не разгневался, молодой хоу немного подумал и все-таки решил, что осквернение императорского дела — непростительное преступление.

После всех безумств наконец-то пришла расплата. Он даже приготовил себе поминальную табличку, погребальные одежды и хороший гроб. Если император все же отрубит ему голову, по крайней мере, родным не придется суетиться, собирая его в последний путь.

Достав все накопленные за годы личные сбережения, он передал их бабушке в знак своего почтения. Все лавки и земли, записанные на его имя, он под различными предлогами тоже вернул в общую семейную казну. Своим немногим друзьям он отправил весточку через Мэн Аня, попросив их не беспокоиться о нем. После этого он собственноручно приготовил суп для родителей и бабушки.

Оглядываясь на семнадцать лет своей жизни, он осознал, что так и не создал семью, и, кроме его старших родственников, никто не станет о нем вспоминать. Молодой хоу почувствовал глубокое уныние и без конца тяжело вздыхал.

Старая госпожа подумала, что он так вздыхает из-за молодого господина Мэя, и ласково принялась увещевать его:

— Мне показалось, что этот молодой господин Мэй вполне разумный человек. Если ты подозреваешь, что в этом деле замешаны чьи-то грязные трюки, почему бы тебе не поговорить с ним об этом откровенно? Вполне возможно, он не станет усложнять тебе жизнь. С другой стороны, ты все-таки виноват, поэтому, если он решит выплеснуть гнев, просто терпи без всяких жалоб. Даже если он тебя покалечит — молчи.

Мэн Сюаньюнь: "…"

Старая госпожа все еще не знала, кем на самом деле был этот "молодой господин Мэй". Чем больше она утешала его, тем больше молодому хоу казалось, что его жалкую жизнь уже не спасти. В любом случае, какой бы ни была правда, он уже осквернил тело императора, и этот факт уже не изменить. Он признает свою вину и готов принять наказание. Если император выплеснет свой гнев только на него, не тронув всю семью Мэн, большего и желать ему нечего.

"Ветер свистит, река Ишуй холодна. Герой, отправившись в путь, отдает себя на заклание¹".

Молодой хоу стоял на коленях перед императором. Слезы блестели у него на глазах. Чжао Чжэн знал, что тот притворяется, но все равно не мог спокойно на это смотреть. Он серьезно сказал:

— Я уже говорил, что все произошло по обоюдному согласию, поэтому никаких обид. Я не стану тебя за это наказывать и уж тем более не стану несправедливо вымещать гнев на семье Мэн.

— Ваше величество…

Молодой хоу был удивлен и обрадован, но как только он успокоился, ему показалось кое-что странным. Он уже не в первый раз слышал, как император говорил "по обоюдному согласию". Ранее ситуация была напряженной, и ему некогда было размышлять. Но теперь из осторожности он начал тщательно это обдумывать. Неужели, когда он сам набросился на императора, тот был не против?

Но если император был не против, почему он все время повторял, что ему нужно "понести ответственность"?..

Думы правителя поистине непостижимы. Кто знает, что у него на уме? В конце концов, молодой хоу решил не обращать на это внимания. Император уже пообещал, что не станет его наказывать и не тронет его семью. Разве это не значит, что теперь все в порядке?

Молодой хоу искренне произнес:

— Премного благодарен, ваше величество!

Сразу после этого он вспомнил, что у императора осталась его вещь. Молодой хоу низко поклонился и с надеждой сказал:

— Есть еще одно дело. Тот нефритовый замочек достался мне от старого друга. Я храню его как память. Осмелюсь попросить ваше величество вернуть его мне.

Услышав это, Чжао Чжэн слегка прикусил губу. Он помнил, что молодой хоу Мэн уже второй раз просит вернуть ему нефритовую подвеску. Если раньше при упоминании этого друга он испытывал лишь легкое неудовольствие, то теперь он твердо решил немедленно поручить тайным стражам собрать все сведения об этом человеке.

Просто друг? Неужели он настолько важен?

Чжао Чжэн холодно ответил:

— Какая досада. Я оставил твою нефритовую подвеску на столе, и во время уборки дворцовая служанка случайно уронила и разбила ее.

Мэн Сюаньюнь: "…"

На самом деле нефритовый замочек целым и невредимым лежал в рукаве Чжао Чжэна. Он не расставался с ним с тех самых пор, как вернулся во дворец. Но раз молодой хоу снова начал просить вернуть подвеску, Чжао Чжэн не хотел ее отдавать. Поспешно сорвав с пояса какую-то другую вещь, он бросил ее молодому хоу, резко сказав:

— Это всего лишь кусок нефрита. Я возмещу тебе утрату.

Мэн Сюаньюнь поймал брошенный ему предмет и с сожалением произнес:

— Ваше величество, тот нефритовый замочек не какая-то редкая ценность. Даже если он разбился, ничего страшного. Он не стоит того, чтобы вы нарочно возмещали этому подданному ущерб…

"Я подарил ему вещь, а он еще привередничает?"

Чжао Чжэн не удержался и гневно воскликнул:

— Если тебе дали — бери. И перестань беспокоиться о той подвеске. Я велю мастерам ее починить. Верну тебе, когда будет готово!

───────────────

1. Это переделанная фраза из стихотворения «Песня об Ишуе», созданного в эпоху Сражающихся царств. Ее автор — Цзин Кэ, который известен тем, что пытался убить Ин Чжэна (будущего императора Цинь Шихуанди). Эти слова он произнес перед отъездом на берегу реки Ишуй, понимая, что шансы вернуться живым ничтожны.

Настоящие строчки звучат так: "Ветер свистит, река Ишуй холодна. Герой, отправившись в путь, уже не вернется". В них речь идет о добровольном самопожертвовании.

Измененная автором версия подчеркивает обреченность, которую чувствует Мэн Сюаньюнь.

http://bllate.org/book/12494/1112500