Готовый перевод 윈터필드 / Уинтерфилд: Глава 44

Ренсли бессознательно наморщил лоб, выражая сожаление, и серьёзно кивнул.

— Я сделаю это, Ваша Светлость! Начиная с завтрашнего дня, я поговорю с главным поваром и возьму на себя заботу о ваших трапезах.

Гизелль скептически приподнял бровь.

— Это может испортить ваши отношения с Рэйной.

— Я буду дипломатичен. Пожалуйста, ешьте больше. Я приготовил достаточно, чтобы хватило на нас двоих. Мне следовало принести вина – оно прекрасно подошло бы к мясу, но я об этом забыл.

— Здесь в спальне тоже есть вино. Хотите немного?

Ренсли энергично закивал.

Великий герцог достал два изящно украшенных бокала, налил в них вино и вернулся к столу, где юноша всё ещё старательно разбирал куриную ножку. Хорошо приготовленное мясо легко отделялось от кости.

Блюдо с хрустящей ароматной курицей и сочными овощами было одним из самых любимых у Ренсли. Однако сегодня он едва ли думал о своём голоде. Наблюдать за трапезой Гизелля было достаточно, чтобы подавить аппетит.

Заметив это, герцог прервался.

— Лорд Мальрозен, Вы не притронулись к еде.

— Ах, нет, это неправда. Я ем, – солгал Ренсли, когда вилка герцога неуверенно зависла в воздухе. – У меня есть собственные нож и вилка. Я справлюсь.

— Тогда, пожалуйста, ешьте.

— Да… конечно. – Ренсли неохотно поковырялся в своей тарелке и отправил немного пищи в рот.

Однако всего лишь после нескольких кусочков он отложил вилку. Обычно здоровый аппетит покинул его. Ренсли удивился сам себе, обнаружив, что его рука чаще тянулась к вину, чем к еде, несмотря на то, что он уже достаточно выпил на банкете.

Трапеза продолжалась в тишине, пока еда и вино не закончились. Ренсли сидел праздно, глядя на стол с отсутствующим выражением лица: алкоголь затуманивал его мысли.

Из банкетного зала снизу доносилось весёлое пение и громкий смех других рыцарей, которые едва достигали покоев великого герцога. Казалось, что веселье продолжилось с новой силой.

Ренсли тихо рассмеялся.

— Похоже, они отлично проводят время.

— Вы всё ещё можете присоединиться к ним, – ответил Гизелль.

— Разве Ваша Светлость не пойдёт со мной?

— Я не люблю танцы и музыку. Им будет лучше без меня.

— Вы не танцуете? – Искренне удивился юноша и продолжил шутливым тоном: – Этого недостаточно, Ваша Светлость. Как я уже говорил ранее, однажды Вы найдёте истинную герцогиню, и Вам будет необходимо уметь создавать настроение. Танцы – важный навык для мужчины.

— Есть и другие способы «создать настроение».

— Вы хороши во всём остальном, так что уверен, что быстро научитесь и этому. Позвольте научить Вас. Мы уже поели, так что пора немного подвигаться. – Ренсли поднялся со стула с внезапным энтузиазмом, не дожидаясь ответа.

Гизелль остался сидеть, глядя на него со слегка нахмуренными бровями и лёгкой задумчивостью.

— Мужчины практикуют танцы друг с другом?

— Все меняют роли во время практики. Не волнуйтесь, я знаю партии и первой, и второй стороны. Я в Корнии научил стольких людей, что можно заполнить ими целую телегу.

— Кажется, Вам нравится учить, лорд Мальрозен. Возможно, у Вас есть к этому талант.

— Ваша Светлость помогли мне подготовиться к экзамену, поэтому я хотел бы оплатить этот долг.

Сдавшись, Гизелль поднялся, позволив Ренсли взять его за руку и направить к окну. Пространство возле окна было свободно от мебели: там осталось достаточно места для передвижения, а слабые звуки музыки были громче.

— По крайней мере, Вы освоили основную стойку, верно? Положите правую руку мне на талию и держите мою левую руку вот так.

— Вот так?

— Да. Теперь, касаясь ног, сначала выдвиньте одну вперёд и позвольте другой следовать за ней, как будто Вы каждым шагом рисуете треугольник. также можете сделать шаг назад или в сторону. Нет необходимости в широких движениях, – это простой танец. Хоть и существует множество других видов танцев, в то время, когда Вы будете создавать настроение с будущей герцогиней, этот будет идеальным. Большие, энергичные шаги подходят скорее для оживлённой вечеринки, но, когда вы остаётесь вдвоём, медленный, близкий танец гораздо лучше.

— Понятно, – ответил Гизелль, задумчиво кивнув.

Он быстро адаптировался к происходящему для того, кто утверждал, что не знаком с танцами. Вскоре мужчина начал незаметно вести Ренсли так, словно это было для него естественно.

Ренсли, который тихо считал шаги и мягко напевал, чтобы задать ритм, улыбнулся.

— Видите? Вы прирождённый танцор. Уже уловили суть.

Лунный свет струился через окна, придавая пространству мягкий блеск даже без свечей.

Молодой человек поймал себя на том, что смотрит на лицо великого герцога. Купающийся в бледном лунном свете Гизелль выглядел иначе, чем в тусклой подземной лаборатории, ярко освещённом кабинете или даже на тренировочном полигоне. Серебряные блики в его длинных тёмных волосах мерцали, как звёздная пыль, в то время как резкие очертания его лица приобрели мягкую, но чёткую тень. Его янтарные глаза при этом свете казались тёплыми и каштановыми, придавая выражению лица мужчины необычную мягкость.

Нервно сглотнув, Ренсли выпустил поток пустой болтовни.

— Думал, что, будучи членом гвардии, смогу видеться с Вами, когда захочу, но ошибся. Ранее я попытался войти через дверь и был отправлен восвояси охранником.

— Поэтому Вы использовали телепорт. – Лёгкая улыбка изогнула губы Гизелля. – Я ценю усилия, которые Вы приложили, чтобы посетить меня.

— Ну… я приготовил Вам поесть.

На самом деле, юноша начал готовить, чтобы утолить собственный голод, но как только встал у очага, его мысли оказались переполнены Гизеллем.

Ренсли не мог перестать смотреть на герцога. Тончайшие мимолётные выражения, которые появлялись на его спокойном лице, сами по себе казались магией. И точно так же, как взгляд молодого человека цеплялся за герцога, янтарные глаза Гизелля, казалось, были прикованы к нему.

После некоторого молчания герцог прошептал:

— Честно говоря, я думал, что Вы перестанете приходить ко мне.

— Почему Вы так решили? – Удивлённо моргнул Ренсли.

— Теперь, присоединившись к гвардии Вы сможете свободно покидать замок, и потому я предположил, что у Вас будет множество более приятных занятий. Вам нравится живое общение, и время, проведённое со мной, вероятно, показалось довольно скучным по сравнению с этим.

Глаза Ренсли распахнулись, он горячо замотал головой, и слова хлынули потоком из его рта.

— Это совершенно не так! У меня нет никого ближе Вас, Ваша Светлость, и сильнее всего мне нравится находиться с Вами.

— Рад это слышать, – сказал Гизелль, хотя его колебания были очевидны в короткой остановке губ. После небольшой паузы его голос стал слегка ниже. – Может быть... я чувствовал себя немного одиноким. Казалось, что Вы становитесь близким стольким другим людям.

Ошеломлённый неожиданным ответом, Ренсли, потеряв дар речи, мог лишь взглянуть на Гизелля. Если бы человек перед ним был просто другом, он, возможно, посмеялся бы над этим и подразнил бы за то, что тот угрюм. Но в словах герцога не было ни грамма легкомысленности. Игривость в груди Ренсли затихла прежде, чем смогла появиться. Пульс молодого человека, ненадолго успокоенный вином и музыкой, снова ускорился до безумного ритма, воспламеняя его импульсы, как искра на сухой траве. Прежде чем он смог собраться с мыслями, его тело само сменило положение.

Неделями Рэнсли чувствовал, что парит чуть выше твёрдой земли.

Теперь его ноги действительно оставили его. Поднявшись на цыпочки, он наклонил голову и прижался губами к губам Гизелля.

Губы герцога, часто холодные на вид, были такими же тёплыми, как и его руки. Одного прикосновения к ним было достаточно, чтобы наполнить Ренсли странным чувством удовлетворения.

Он наслаждался непривычным теплом. Затем он открыл глаза, встретив золотисто-янтарный взгляд Гизелля, внимательно наблюдавший за ним с расстояния в несколько дюймов. Чувства юноши вернулись на своё место, и он резко отпрянул, спотыкаясь. Из него вырвался невнятный звук. Герцог не издал ни звука – только смотрел на него широко раскрытыми глазами, словно замерев на месте.

Пальцы Ренсли коснулись собственных губ, всё ещё дрожащих от яркого отпечатка его безрассудного поступка. Это не был сон. Это была не иллюзия и даже не заклинание. Его лицо горело красным, как пламя. Холодный пот выступил на спине и ладонях.

— Простите меня! Простите меня, Ваша Светлость. Должно быть, я забылся... – Он споткнулся и молча проклял себя. Дурак! Отплачиваешь за доброту... похотью? Ужасно неблагодарный!

Наконец, Гизелль шевельнулся, его тело двигалось почти незаметно.

Ренсли запаниковал. Прежде, чем великий герцог успел сказать слово или протянуть руку, он развернулся на каблуках и бросился к двери, открыв её плечом.

— Кто здесь? – Крикнули встревоженные охранники, но молодой человек не остановился.

Он услышал позади себя топот ног, когда мужчины пустились в погоню, но помчался вниз по лестнице, свернув в коридор второго этажа. Они на мгновение растерялись, когда Ренсли, найдя открытое окно, выбрался наружу и спрыгнул на землю.

Юноша не хотел возвращаться в банкетный зал, да и встречаться с кем-либо на кухне или в любом другом месте замка тоже не хотелось. Холодный ночной воздух пронзил тонкую одежду, когда он, пошатываясь, выбежал во двор. Дрожа, он, в конце концов, принял решение и рванул к конюшне.

Когда он распахнул её двери, тёплый свет лампы хлынул наружу.

Пожилой мужчина, плетущий соломенные пучки, поднял глаза, полные недоумения.

— Что, чёрт возьми… Ренсли? Что ты делаешь здесь в такое время?

— Ганс! Я останусь в конюшне на некоторое время? Хотел увидеть Мэрилин.

— Ты, должно быть, действительно привязан к ней. Делай всё, что хочешь, только тихо.

Ренсли кивнул и направился в стойла.

Там стояла зловещая тишина. Конюхи ушли на ночь, оставив Ганса единственным дежурным. Лошади отдыхали по-своему: некоторые пили, другие лежали на сене, а некоторые оставались стоять, как будто планируя так спать. Мэрилин удобно устроилась на мягком чистом сене, её глаза сонно моргали. Она оживилась при виде Ренсли, её взгляд наполнился любопытством.

Молодой человек опустился рядом с ней, прислонившись к крепкой груди. Прижав лицо к тёплому боку, он издал стон, который звучал почти как признание.

— Мэрилин... я сделал нечто ужасное.

Кобыла тихо фыркнула, словно нежно ему отвечая.

http://bllate.org/book/12459/1109031