Готовый перевод Paho's Journey / Пахó. Разрушенный дом: Глава 43

Это было чёрное силиконовое «украшение» с прикреплённым к нему устройством, однако толщина ремешка и дизайн его застёжки ничем не отличались от самого настоящего ошейника.

— Я снял устройство со старых смарт-часов. Даже если видимся изредка, средство экстренной связи необходимо. В случае чего через него можно будет отследить местоположение, а так же мгновенно определить показатели твоей жизнедеятельности. – Судя по бесстыдному виду, было ясно, что На Тэ Бом принёс сие творение ради насмешки, отчего Гён Хва на короткое мгновение задержался с ответом.

— В таком случае, можно было использовать и ремешок от часов.

— Так ведь красивее.

— Только ты так и считаешь.

— Тем лучше, я ведь хотел, чтобы оно было у меня на виду.

— Кто увидит, решит, что я твой пёс.

— А-а, вот как, – Тэ Бом усмехнулся и легко покрутил «колье» на пальце, а после, сжав его в ладони, наклонился. – Я давно хотел завести собаку.

Нам Гён Хва потерял дар речи.

— Ты мог бы замечательно справиться с этой ролью. – Тёмно-серые глаза зловеще блеснули. Это был взгляд, полный потаённого интереса. Мужчина будто ждал, что Нам Гён Хва начнёт протестовать или злиться, однако стоило ли вообще реагировать на столь детскую насмешку? Это ведь не какая-то бомба, так что можно просто снять его с шеи и небрежно сунуть в карман. Он резким движением выхватил «ошейник», застёгивая его на себе и неотрывно глядя при этом на Тэ Бома. Прикосновение силикона, плотно прилегающего к коже неожиданно стесняло грудь из-за нехватки воздуха, но Нам Гён Хва и бровью не повёл. Поправив воротник, он наклонил голову, словно спрашивая, доволен ли его «хозяин». Взгляд, скользнувший по его переносице, опустился к подбородку и защекотал шею.

— Если это всё, я пойду. – Естественным движением Гён Хва повернулся к выходу, но не сумел сделать и шага, так как Тэ Бом, схватив за край одежды, прижал его к дивану. Тело слегка отскочило, и изо рта мужчины вырвался сдавленный вздох.

— Я тоже должен получить своё. – Колено, бесцеремонное втиснутое между бёдрами, настойчиво тёрлось о пах мужчины. Стиснув зубы, Нам Гён Хва изо всех сил оттолкнул нависшего над ним бойца.

— Отцепись.

— Я уже однажды «отцепился» от тебя в машине. – Несмотря на яростные попытки оттолкнуть его, На Тэ Бом лишь сильнее приблизился. В итоге Нам Гён Хва оказался зажат между диваном и мужчиной. Вероятно, примерно так и ощущаешь себя, когда сверху придавливает камнем. Хотя Нам Гён Хва был далеко не слабак, рядом с этим мужчиной он ощущал себя до смешного бессильным.

— Найди себе жигало или сексуального партнёра. Ты точно сможешь с этим справиться.

— Ненавижу прикасаться к мужчинам в таком ключе.

— Я тоже мужчина. У меня, к твоему сведению, есть член.

— Знаю.

— Тогда почему так себя ведёшь?

— Потому что ты – исключение.

— Что?..

— Говорю, что могу прикасаться только к тебе. – На Тэ Бом прижался лбом ко лбу Гён Хва, заставляя того сосредоточить взгляд на нём. – Честно говоря, раньше я никак не мог понять, что такого особенного в члене, болтающемся между ног. Даже сейчас другие геи вызывают у меня отвращение. Но ты, по странной причине, меня заводишь. От того всасываешь ли ты пенис верхней или нижней своей дырочкой, выражение твоего лица меняется, и за этим мне довольно приятно наблюдать. – Это было грубо и прямолинейно, но в голосе мужчины не было и намёка на желание скрыть по-животному откровенного интереса. Внезапно кончик пальца коснулся носа Нам Гён Хва. – Особенно вот здесь. Родинка на твоём носу всё время бросается в глаза.

Говорят родинка на носу – признак красоты. Так говорили его приёмные родители каждый раз, когда Гён Хва приводил домой нового клиента, хваля ребёнка за это.

— Сначала… Ты надел на меня ошейник, относясь как к собаке, а теперь ещё и как жиголо решил использовать? – Голос Нам Гён Хва был полон злобы и неприкрытой ярости. Внезапно рука, схватившая подбородок, грубо разжала его губы. Каждый раз, когда палец, проникавший в рот, надавливал на язык, становилось трудно дышать.

— Я, в общем-то, никогда и не считал тебя жиголо. Но, если желаешь, могу относиться к тебе и как к шлюхе, что хуже собаки. – Низкий и глубокий голос заставил Гён Хва прикусить губу. Из-за тёплого дыхания, коснувшегося щеки, которая запылала, он ощущал себя так, словно получил несколько пощёчин. Нам Гён Хва не мог перестать задаваться вопросом о том, есть ли у него шанс на победу, если начнёт сопротивляться. Нет, есть ли в этом вообще какая-либо выгода? Ответом на эти вопросы послужило твёрдое «нет». С того момента, как он обратился к Тэ Бому за помощью, исход был предрешён.

— У меня… ещё не всё зажило. – Гён Хва бросил это, ухватившись за руку, что силой пыталась раздвинуть его сомкнутые бёдра. От столь бесстрастного тона лицо На Тэ Бома исказилось в недовольстве.

— До сих пор? Уже неделя прошла. – У мужчины было такое выражение лица, словно он сомневался в том, что сказанное – правда.

— Мужское тело отличается от женского. Нельзя просто вставить член, ожидая, что там намокнет. Поэтому необходима подготовка.

— Какая ещё подготовка?

— Как и в прошлый раз, нужно начать с постепенного растягивания. Это и есть предварительная подготовка. – У Гён Хва пересохло в горле от того, что приходится объяснять кому-то столь унизительные вещи, когда это даже не урок полового воспитания. – Также желательно использовать презервативы или гель. – Чем больше он говорил, тем сильнее брови Тэ Бома стремились к переносице. Казалось, просто заявив этому мужчине о том, что испытывает боль внизу, договориться о чём-либо не удастся. Проверив кончиком языка, не порван ли уголок рта, Нам Гён Хва глубоко вздохнул.

— Я сделаю это ртом.

— Только ртом?

— Я уже объяснил, что требуется подготовка. Или тебе нужно, чтобы я сказал вслух, что чуть не умер от того, что у тебя слишком большой член? – На Тэ Бом, пристально изучив лицо мужчины, вскоре разжал руку, удерживающую его запястье. Нам Гён Хва взглядом скользнул вниз и увидел внушительно набухший пенис, видневшийся сквозь одежду. Однако причина возбуждения так и оставалась для него неясной. Слегка скрючившись, мужчина опустился на колени. Сквозь ткань спортивных штанов Нам Гён Хва отчётливо ощущал тепло чужого тела. Не колеблясь, он стянул их вместе с нижним бельём, уловив тёплый, мускусный запах эрегированного пениса. Прикоснувшись губами к головке, он глубоко вздохнул, а затем провёл языком по расщелине уретры, долго и тщательно вылизывая её. С каждым «мазком» по вздувшимся венам члена, над головой Гён Хва раздавался тихий стон. Тщательно смочив половой орган слюной, мужчина ненадолго отклонился назад, откидывая взлохмаченную чёлку. Несмотря на то, что он только лизал член, в горле уже пересохло, а на шее выступил лёгкий пот. Касаясь языком разных частей пениса, Нам Гён Хва откинул голову назад. Было слышно, как он вдыхал и выдыхал воздух сквозь слегка приоткрытый рот. Плотно сжав губы, мужчина принялся двигать языком, при этом не глотая скопившуюся слюну. Когда он слегка разомкнул губы и начал медленно всасывать член, на языке ощутил солоноватый привкус предэякулята. Втянув щёки, он глубоко, но не до самого горла, вобрал пенис, а затем вновь выпустил.

— Ха… М, хорошо. – На Тэ Бом, сжимая его волосы в руке, издал приглушённый стон. Нам Гён Хва провёл языком по члену, что полностью заполнил его рот, и ускорил движения головой. Трущаяся о слизистую оболочку плоть издавала неприлично хлюпающие звуки. Гён Хва, плотнее обхватив пенис, расслабил горло, заглатывая его ещё глубже. Естественные движения, отработанные до автоматизма, заставили головку полового члена легко проникнуть в горло. – Бля, а… Ебать. – С каждым сглатыванием слюны горло мужчины содрогалось, а слизистая, плотно сжимавшая член, заставляла Тэ Бома сквернословить. Когда толстый, напряжённый от возбуждения пенис подрагивал, кадык мужчины, обвитый «ошейником», заметно дёргался. Стиснув зубы, Тэ Бом опустил взгляд вниз. Нам Гён Хва сосал член, издавая хлюпающие звуки. Движения мужчины были настолько развратными, что создавалось впечатление, будто он выжмет всю, до последней капли, сперму из члена. От прежнего расслабленного состояния бойца не осталось и следа. – Думаю, сейчас кончу. Так что, м, вынь. – Резко потянув «щеночка» за волосы, Тэ Бом заставил голову Гён Хва откинуться назад. Когда член с характерным звуком выскользнул изо рта, На Тэ Бом поднёс его к переносице мужчины. – Ха-а, а.

Он тут же кончил. Сперма, брызнувшая на закрытые веки и переносицу, стекала вниз, собираясь каплями на губах. Нам Гён Хва крепко зажмурился и оставался неподвижным, несмотря на сперму, что покрывала его лицо. Капля, стекавшая по раскрасневшийся щеке, создавала впечатление, словно тот проливает жемчужные слёзы. Это зрелище вызвало у На Тэ Бома странное чувство удовлетворения, граничащее с болезненным напряжением в паху.

— Скольких мужчин ты уже так обслужил? – Голос с прерывистым дыханием звучал зловеще. Гён Хва молча вытер ладонью сперму, стекающую по лицу. В отличие от Тэ Бома, чьё тело охватила истома разрядки, Нам Гён Хва лишь тяжело дышал. – Любовник-гей? Спонсорство?

— Не знаю.

— Как это – не знаю? – Было ясно, что мужчина не отстанет, пока не получит ответа.

— Я… не задумывался. – Ответил Нам Гён Хва, после затянувшейся паузы. Он не пытался увиливать. Мужчина действительно никогда не думал об этом. С того момента, как подчинился, Гён Хва стёр из зпамяти их лица. Так что какой был смысл в подсчёте и в том, что он пережил? Тэ Бом, стоящий сейчас перед ним, был точно таким же. В будущем происходящее сейчас превратится в бессмысленно ничтожный момент, о котором он даже не вспомнит. Смахнув с лица оставшуюся сперму, Нам Гён Хва слегка коснулся уголка рта. Его безразличное отношение словно говорило о многократном повторении подобных ситуаций в прошлом. Неужели это случалось настолько часто, что тот даже не задумывался об этом? Тэ Бом, невольно нахмурившись, придавил мужчину.

— А! – Нам Гён Хва резко дёрнулся, когда его попытались раздеть. На Тэ Бом схватил сопротивлявшиеся руки одной ладонью, а другой распахнул рубашку. Свет пролился на сухощавое тело, красоту которого оценить было трудно из-за покрывавших его синяков. В тот день, когда «щеночек» сам пришёл к нему в руки, Тэ Бом намеренно не сдерживал себя, желая его окончательно подавить. Но теперь, глядя на результат собственных действий, осознал, что переборщил. Может, стоило принять предложение сразу. Директор, цокнув языком, медленно поглаживал синяки, покрывавшие грудь и бока. И каждый раз, когда пальцы касались ушибленного места, мужчина под ним вздрагивал. Однако, не желая выказывать боли, Гён Хва просто стиснул губы, отчего на подбородке образовались складки, походившие на грецкий орех. Продолжая ощупывать только ушибленные места, На Тэ Бом вдруг коснулся соска.

— Мужчины что-нибудь чувствуют от прикосновений к этому месту? – Нам Гён Хва молчал. – М? Приятно, когда я прикасаюсь к груди? – Настойчивый взгляд, требующий ответ, заставил мужчину молча отвернуться. Вот только На Тэ Бом не прекратил бы своих ласк, даже если бы тот продолжал хранить молчание. Усмехнувшись, боец потёр сосок пальцем, слегка надавливая. Хотя на груди было недостаточно плоти, чтобы её можно было вдоволь намять, ощущение соска под его большим пальцем оказалось не таким уж плохим. Это было похоже на что-то мягкое и податливое, вроде лапы щенка или котёнка, или даже неспелый сухофрукт.

— Хм, нгх, – из плотно сомкнутых губ отвернувшегося Гён Хва, вырвались тихие вздохи. Стоны, что он с усилием сдерживал, теперь были отчётливо слышны.

— Совсем иначе реагируешь, когда прикасаюсь к соскам. – Покачивавшиеся, следовавшие ранее за движениями пальцев из стороны в сторону соски теперь напряглись и стояли твёрдо, даже без интенсивной стимуляции. На Тэ Бом, едва заметно облизнул губы и, оценивая то, насколько идеальным был размер, до которого они набухли, резко опустил голову.

http://bllate.org/book/12450/1108375