Готовый перевод Paho's Journey / Пахó. Разрушенный дом: Глава 4

Го Мён Хо, сотрудник службы безопасности, уже как год работающий в компании, обладал внушительной внешностью, чем-то походящей на гангстерскую, но, вопреки этому, он прекрасно ладил с детьми. Мужчина упомянул о своём необычном прошлом: когда-то он работал актёром детских мюзиклов. Эта необычная деталь его биографии заинтересовала Хэ Джина, и потому мужчина даже показал видео на своём телефоне. Нам Хэ Джин, который до этого держался возле своего старшего брата, опасаясь, что эти незнакомцы могут увести его и причинить вред, постепенно ослабил бдительность. Когда они прибыли в центр города, мальчик даже заговорил с Го Мён Хо первым.

— Однажды ему даже пришлось раздавать автографы в костюме динозавра в середине лета. Просто слушая об этом, чувствую, как всё моё тело покрывается пóтом, а для него это «ценное воспоминание». Тот ещё псих. – Мин Чан Ён, посмотрев на сидящих поодаль людей, хихикнул. Выражение его лица, когда он поедал картофель фри, было невозмутимо спокойным, словно они вели обыденную беседу. Съев гамбургер и куриные наггетсы, Мин Ча Ён снял обертку со второго бургера. Нам Гён Хва, напротив, не сделал ни глотка из своего напитка, пристально наблюдая за мужчиной. Из множества свободных мест тот намеренно посадил Хэ Джина и Мён Хо за столик, пропустив их вдвоём. На первый взгляд, он сделал так для того, чтобы по-диагонали наблюдать за Хэ Джином, тогда как на самом деле это действие являлось скрытой угрозой: в случае необходимости, его младший брат может послужить в качестве заложника.

— Ну, не важно. Как ты? Не думал, что встречу тебя здесь. Я как демобилизовался, так уехал в Сеул, значит, где-то лет десять не виделись? – Протянул Мин Чан Ён, считая годы и поглаживая подбородок.

— О чём Вы хотели поговорить? – Сухо спросил Нам Гён Хва, вместо того, чтобы предаваться воспоминаниям.

— Эй, мы толком и поздороваться не успели, а ты сразу о делах?

— Вы, вероятно, занятой человек. Не стоит тратить на меня время.

Словно от неловкости, мужчина облизнул губы, стряхнул соль с рук и порылся в сумке. На извлечённом из неё планшете было видео.

— Вот, видишь дату съемки? Это запись с внутренней камеры наблюдения, сделанная во время празднования по лунному календарю Нового года. – Видео, предположительно это была запись с камеры ночного наблюдения, было такого качества, что едва позволяло различить окружающую обстановку. В пространстве, заваленном всевозможным крупногабаритным мусором, можно было заметить какое-то движение. Мин Чан Ён увеличил фигуру на экране.

— Техническая команда сверила записи за последние шесть месяцев и вынесла приблизительное заключение. Последующее расследование привело к установлению личности. На этом видео ты, Нам Гён Хва.

Человек на видео был одет в чёрное, вдобавок ко всему, его лицо скрывала маска, но Мин Ча Ён словно и секунды не сомневался в том, что это был именно Нам Гён Хва. Судя по уверенной манере поведения, их недавний визит к Чо Ён Сику, владельцу автомастерской, не был простой случайностью. Поскольку с ним в качестве подозреваемого в незаконном проникновении лично встретился начальник службы безопасности, отрицать что-либо казалось бесполезным. Спор, основанный на законе, обернулся бы против него.

— Возможно ли достигнуть соглашения?

— Соглашения?

— Поскольку Вы пришли сюда как начальник службы безопасности, а не от полиции, предполагаю, что желаете вернуть собственность. Однако детали, вывезенные с полигона, уже проданы. Поэтому если вопрос всё же можно урегулировать, я бы хотел вернуть потери деньгами. – Нам Гён Хва старался говорить спокойно, тогда как в его голове творился полнейший хаос. Если компания потребует компенсацию, завысив сумму ущерба, то речь пойдёт не о тысячах, а о миллионах вон. Так что сейчас оставалось лишь надеяться на снисхождение старого знакомого.

Мин Чан Ён погладил подбородок и задумчиво произнёс:

— Хм, на самом деле, руководство довольно серьёзно относится к этому делу. Считают, что ситуация представляет угрозу безопасности. Пусть это просто мусор, но, поскольку он был вывезен с частной территории, дело рассматривают как кражу.

Нам Гён Хва не нашёл, что на это ответить.

— Что ж, я лишь выполняю свои обязанности. Честно говоря, мне кажется, что компания раздувает проблему на ровном месте. Но что поделать, раз приказали, приходится выполнять. – Мин Чан Ён залпом допил колу и продолжил. – Но что насчёт тебя? Как так вышло? Как же прежняя работа?

— Я… уволился.

— Да? Когда?

— Где-то семь лет назад.

— Выходит, вскоре после демобилизации… Почему же уволился? – Этот вопрос остался без ответа. На мгновение лицо мужчины помрачнело, и Мин Чан Ён прищурился. Это была отличная от спокойствия, присущего младшему, реакция. Некоторое время он пристально смотрел на Нам Гён Хва, а затем пожал плечами. – Впрочем, глупо задавать такие вопросы, я ведь и сам ушёл из-за трудностей. Янган хорошим местом не назовёшь. Постоянные стычки с органами, да и еда в столовых отвратительная.

В этот момент с противоположной стороны послышался смех. Хэ Джин, что-то оживлённо рассказывая, глядел на Го Мён Хо. Мин Чан Ён, бросив на них мимолётный взгляд, кивком указал на мальчишку.

— Это твой сын?

— Младший брат…

— Брат? Разве ты не в приюте вырос?

— Он… родственник Отца Нам. Ему некуда пойти, поэтому я присматриваю за ним.

Только после этих слов Мин Чан Ён издал удивлённое восклицание. Увидев несколько сложное выражение лица собеседника, Нам Гён Хва хотел было уже что-то спросить, как Хэ Джин, соскочивший со своего места, прильнул к нему.

— Братик.

— Да?

— Мне нужно выпить лекарство.

— А, точно. Чуть не забыл. – Нам Гён Хва поспешно порылся в рюкзаке и достал пакетик с таблетками. Их было не менее шести-семи штук, которые Хэ Джин проглотил, не моргнув и глазом. Мин Чан Ён, наблюдавший за мужчиной, что хлопотал над младшим братом, осторожно заговорил.

— Говоря об упомянутом соглашении…

— Что? – Нам Гён Хва поднял голову и посмотрел на мужчину перед ним. Мин Чан Ён, сглотнув, продолжил.

— Не хочешь взяться за одно поручение?

***

Сидя на пассажирском сиденье, Мин Чан Ён наблюдал за этими двумя через лобовое стекло. Несмотря на предложение подвести до дома, Нам Гён Хва категорически отказался и, как только они прибыли обратно к больнице, мужчина сразу же вывел Хэ Джина из машины. Но непосредственно перед этим, Мин Чан Ён протянул ему визитку с личным номером. Выражение лица Нам Гён Хва, вынужденного принять её, как напоминание связаться, в случае, если передумает, было мрачным. Машина тронулась и покинула парковку. Пока он надевал на младшего брата шлем, его взгляд на мгновение задержался на машине, которая проехала мимо мотоцикла.

— Устал поди нянчиться с ребёнком. – Мин Чан Ён достал из бардачка жевательную резинку и протянул её Го Мён Хо, как бы пытаясь утешить, на что тот слегка рассмеялся.

— Он довольно спокойный.

— Младшенький?

— Они оба. Честно говоря, всё прошло более гладко, чем я представлял.

— Он просто понял, что лучше пойти на компромисс, чем устраивать скандал. Это умно, если так можно выразиться.

— Это тот, кого Вы тренировали в Янгане?

— Ага, десять лет назад. Он быстро адаптировался и показывал отличные результаты на тренировках. Будь у него гражданство, легко бы пробился в столичный штаб.

— Удивляет, что с такой нежной внешностью, он занимался подобной работой. Я бы на его месте стал актёром.

— Вот же, разве не знаешь, что сейчас, чтобы пробиться в шоу-бизнесе, требуются большие деньги? К тому же, общественность очень щепетильно относится к вопросу происхождения. Вспомни того актёра, который получил награду за лучшую мужскую роль на кинофестивале в Чонсоне. Родной город его отца – Пхеньян, поэтому-то ему и пришлось приостановить собственную деятельность. – Слегка упрекнув собеседника, Мин Чан Ён достал из кармана электронную сигарету. Вскоре по салону автомобиля распространился запах ароматизатора, и Го Мён Хо слегка покосился на мужчину.

— Так что, думаете, позвонит?

— Да.

— А если нет?

— Уверен, что свяжется. Он заинтересован так же, как и мы. – Мин Чан Ён выпустил длинную струю дыма и опустил стекло. Мужчина наблюдал за быстро меняющимся пейзажем, неспешно затягиваясь сигаретой.

Нам Гён Хва был известен в отряде как «отпетый упрямец». История о том, как он три часа к ряду терпел избиения от старшего катусы и всё равно не сдался, в итоге заставив того признать поражение, неоднократно излагалась новобранцам. Поэтому Чан Ён сильно удивился, когда узнал, что Нам Гён Хва рос в приюте, которым заведовал Отец Нам. Будучи инструктором, он, находясь в Янгане, часто слышал о преподобном. Будучи военным капелланом, тот выступал за антивоенное движение, что не находило поддержки ни в дивизиях на передовой, ни среди частных военных компаний. Последнее, что было известно о преподобном, – трагическая новость о пожаре в его приюте. Тогда погибло несколько десятков человек, а сам инцидент широко освещался в японских и российских СМИ, поскольку в ходе расследования выяснилось, что причиной пожара стало самосожжение Отца Нам Ги Джуна. Мин Чан Ён помнил, что Нам Гён Хва очень уважал капеллана, воспринимая того как приёмного отца. Малец даже взял его фамилию. Однако мужчине было сложно понять, почему он взял на попечение ребёнка и относится к нему, как к собственному младшему брату.

— Кстати, в списке ещё два человека. Что делаем? Наведаемся к ним?

Немного поразмыслив, Мин Чан Ён убрал электронную сигарету.

— Нет, поедем в Сеул.

— Что? Вот так сразу? – Без остановок дорога до столицы занимала около шести часов. Мён Хо принялся энергично жевать жвачку, наблюдая за тем, как вместо ответа Чан Ён откинулся на сиденье.

http://bllate.org/book/12450/1108336