Готовый перевод Moonlit Night, Moonlit Silence, Moonlit Sleep / Чаша лунного света: Глава 15

– Это Ён-рин напал? Или всё было наоборот?

Ласково поглаживая змею по голове, Дан Ран Ён откровенно насмехался. Лицо Лим Чжона побелело. Если вспомнить детали, Ядовитый Рогатый Змей лишь прополз рядом и не атаковал первым. Это Лим Чжон в страхе замахнулся мечом.

Но разве кто-то не испугался бы, увидев такую огромную змею посреди ночи? Обстановка и без того была напряжённой, так что его реакция понятна. Однако для Дан Ран Ёна это, видимо, не имело значения. Он вышел из-за колец змеи, сжимая в руке плеть, и на его лице появилась жестокая улыбка.

– Раз ты повредил чешую нашего Рин-а, придётся заплатить. Я отрублю руку, которая подняла меч на него.

– Э-это же безумие! Эта змея первой подползла ко мне, у меня не было выбора! Любой на моём месте...

– Я ясно сказал: если тронешь то, что принадлежит мне, второго шанса не будет. Раз дал слово – не отступлю. И для таких, как ты, исключений не будет.

Вспомнив жестокую репутацию Дан Ран Ёна, Лим Чжон окончательно побледнел. Он прекрасно понимал, что не сможет ему противостоять. Бойцы секты Драконьих Врат напряглись при виде его внезапной ярости – они не могли просто наблюдать, как атакуют ученика их родной секты, но безмолвие Шим Ряна не позволяло им вмешаться.

В этой ситуации рука Лим Чжона была на волоске от увечья. Чон Ра шагнул вперёд, встав перед ним. Ощущая на себе взгляды присутствующих, он спокойно произнёс:

– Ошибка младшего брата – и моя вина, ведь я не научил его должным образом. Так что я возьму ответственность за его проступок на себя.

– С-Старший Брат! Нет, ты не должен отвечать за мою ошибку...

Подняв руку, чтобы прервать его, Чон Ра продолжил:

– Однако отрубать руку за несколько царапин на змеиной чешуе – это явно чрезмерно. Неужели у молодого господина Дана совсем нет снисхождения?

Его взгляд скользнул к Ядовитому Рогатому Змею, который мерно щёлкал языком. Чешуя у него была настолько твёрдой, что легко отразила удар меча Лим Чжона. Серьёзных повреждений не было видно. Было очевидно, что Дан Ран Ён просто искал повод, чтобы поиздеваться. Наслаждаясь бледным и искажённым страхом лицом Лим Чжона, он широко ухмыльнулся.

– Снисхождение, говоришь? Что ж, если я навлеку на себя гнев секты Лунного Озера, мне, возможно, придётся свернуть дела в Центральных Равнинах. В любом случае, это убыток для меня.

Будто бы и вправду собираясь проявить снисхождение, Дан Ран Ён поднял плеть. Даже лёгкий взмах издал устрашающий свист. В одно мгновение лицо Лим Чжона, уже начавшее светлеть надеждой, снова побелело.

– Хорошо. Если молодой господин Бэк Ри сумеет меня удовлетворить, я прощу ошибку этого ничтожества.

Услышав это, Лим Чжон аж подпрыгнул. На лице Дан Ран Ёна расплылась улыбка. Казалось, он проявляет милосердие, но это было не так. Его взгляд откровенно выдавал жестокую натуру, получающую удовольствие от замешательства, гнева и страданий других. Даже всеобщая враждебность ничуть его не смущала.

– Я понял.

Чон Ра без колебаний принял предложение. Со стороны казалось, будто в нём не было ни капли страха или сомнений.

Присутствующие вздохнули, глядя, как он, взяв на себя вину младшего брата, бесстрашно противостоит отъявленному негодяю. Это был самый что ни на есть образец благородства и справедливости.

Однако в сердце Чон Ра не было и тени мыслей о благородстве. Даже сознавая неправильность этого, он ощущал в груди что-то близкое к радости.

Его желание защитить Лим Чжона было искренним, но он и вправду радовался возможности схлестнуться с Дан Ран Ёном. Возмутительная жестокость последнего, шокировавшая многих, лишь заставляла его сердце биться чаще. Раз уж ему всё равно пришлось бы ограждать младших от агрессии этого человека, такое развитие событий было ему только на руку.

Чтобы скрыть эти эмоции, выражение лица Чон Ра вновь стало ледяным. Но Дан Ран Ён, как бы он это ни истолковал, расплылся в улыбке. Его взгляд медленно, нагло скользнул по фигуре Чон Ра сверху вниз. Зеленоватые глаза вспыхнули интересом.

– Я позволю тебе сделать первый удар.

Даже среди ровесников подобное обращение задевало гордость – словно это была подачка. Но Чон Ра не чувствовал себя униженным. Вместо этого он без колебаний поднял меч и ринулся в атаку.

Обычно, когда сталкиваются плеть и меч, плеть проигрывает. Ведь она не может противостоять твёрдости и остроте клинка – её либо перерубают, либо серьёзно повреждают. Однако плеть Дан Ран Ёна была гибкой и податливой, но при этом твёрдой, как металл. При столкновении с мечом Чон Ра раздался звук, в который трудно было поверить – будто ударили не по коже, а по стали.

Всё дело было в том, что Дан Ран Ён наполнил плеть внутренней энергией. Где бы её кончик ни касался – земля или деревья мгновенно покрывались глубокими бороздами, а вокруг разлетались осколки. При этом атака охватывала обширную зону, вынуждая окружающих бойцов в испуге отступать.

Основное оружие мастеров боевых искусств – мечи, сабли, копья или шесты. Плеть же из-за своей природы считалась сложным для освоения оружием, и лишь единицы достигали в ней мастерства. Настолько сложным, что даже не стоило браться за её изучение без должной подготовки.

Но доведённая до совершенства, она становилась поистине грозным оружием – и техника Дан Ран Ёна была живым тому подтверждением. Несмотря на право первого удара, Чон Ра пришлось скорее обороняться, чем атаковать.

Не будь у него Иллюзорного Шага Падающих Цветов из секты Лунного Озера – он вряд ли смог бы уклониться от ударов. Чтобы противостоять хаотичным и стремительным движениям плети, требовались столь же непредсказуемые и быстрые приёмы. Чон Ра хладнокровно парировал атаки, летящие со всех сторон, выжидая момент для контрудара.

– Старший брат! Ты обязан победить!

Лим Чжон громко подбадривал Чон Ра. Остальные бойцы тоже кричали слова поддержки. Лишь лицо главы секты Шим Ряна оставалось мрачным. Благодаря огромному опыту он уже после первого обмена ударами понял: мастерство Дан Ран Ёна превосходит уровень Чон Ра.

Это подтверждал тот факт, что в то время как, десятки следов от шагов Чон Ра покрывали землю, Дан Ран Ён с самого начала боя не сдвинулся с места – и всё это без использования ядов клана Тан, лишь с одной плетью в руках.

Вскоре на лбу Чон Ра выступили капли пота. Только он думал, что плеть бьёт сверху, как её кончик изгибался и атаковал справа или слева, делая удары практически непредсказуемыми.

И всё же Дан Ран Ён не целился в лицо. Даже когда плеть летела к голове, он наносил удары так, чтобы их можно было блокировать. В ситуации, где обычный боец почувствовал бы унижение, Чон Ра, напротив, испытывал облегчение. Лишь бы не задели лицо – остальные травмы его не волновали.

Атаки противника были подобны мелкому дождю. Длинная плеть обрушивалась десятками причудливых ударов со всех сторон. Перед такой скоростью, за которой сложно было уследить глазами, дыхание Чон Ра становилось всё чаще. Со временем всем стало очевидно, что Дан Ран Ён просто играет с ним, и крики поддержки Лим Чжона постепенно стихли.

– Ломать тех, кто держится так надменно – настоящее удовольствие.

Дан Ран Ён провёл кончиком плети по боку Чон Ра, произнося это. Его глаза сверкали возбуждением – но не от боя, а от экстаза, который он испытывал, видя чужие страдания. На губах застыла мерзкая, блаженная улыбка, какая бывает только у небесных демонов. Чон Ра резко отклонил корпус назад, едва избежав удара, но обжигающая боль всё же пронзила тело.

Ему почти удалось приблизиться к Дан Ран Ёну и нанести стремительный удар мечом, но тот уклонился на волосок, будто насмехаясь. Неожиданно плеть обвилась сзади, заставив Чон Ра резко пригнуться.

– Хочу услышать, как ты заскулишь, когда твоя гордость будет разбита.

– Гх...!

Чон Ра вскрикнул, когда кулак Дан Ран Ёна обрушился на его плечо несмотря на то, что он уклонился от плети. Это ясно показало, что тот мастерски владел не только плетью, но и рукопашным боем. Даже скользящий удар оказался сокрушительным, но меч он не выпустил.

– Молодой господин Бэк Ри хотя бы основы освоил. Не совсем безнадёжен.

Словно хваля его, Дан Ран Ён широко взмахнул рукой, будто собираясь дать пощёчину. Когда вздрогнувший Чон Ра отпрыгнул, из развевающихся рукавов вылетели скрытые метательные клинки. Он едва увернулся и от них, но плеть тут же просвистела в ответ, обжигая бедро.

Даже защищаясь сгустком внутренней энергии, он не мог полностью погасить удар, нанесённый равной или превосходящей силой – острая, как лезвие, боль пронзила ногу. Сдерживая стон, Чон Ра отступил. Его глаза горели, словно от ярости из-за унизительного положения, но – вопреки ожиданиям – гневом тут и не пахло.

Вблизи приходилось сталкиваться с рукопашной техникой, а на расстоянии атаковала плеть – Дан Ран Ён был чудовищно сложным противником. Чон Ра отлично понимал: если тот решит убить, сопротивляться будет бесполезно. Обычный боец на его месте уже сломался бы.

Но даже ощутив подавляющую силу Дан Ран Ёна, Чон Ра не испытывал отчаяния. Вместо этого сердце бешено колотилось, а по спине пробегала ледяная дрожь – но не от страха. Его переполняло возбуждение, а между ног будто растекался жар от осознания, что с ним так играют.

Это было неизведанное доселе упоение.

http://bllate.org/book/12446/1108063