Готовый перевод Bad life / Жалкая жизнь: Глава 2. Мальчишки с верхнего этажа (2)

***

Только спустя две недели я понял истинное значение его слов.

К середине мая на улице значительно потеплело. Даже без пальто, надетого поверх школьной формы, было комфортно. Настали выходные и большинство студентов получили разрешение на поездку в соседний город Горун. Саймон, Хью и даже Джордж не стали исключением. Саймон собирался провести выходные в гостинице в Горуне, поскольку к нему приехала няня. Хью уехал ещё ранним утром – мы даже не успели пересечься. Джордж же отправился в город за покупками.

Похоже, только я один остался в эти выходные в общежитии. Конечно, в школе были и другие сотрудники, но они прочно обосновались в своих комнатах и не показывали виду. Около полудня я неспешно выбрался из общежития. Поскольку с той пригоршней денег в кармане мне нечего было делать в Горуне, я решил прогуляться по пустой школе. Посмотрел на лошадей в конюшне, одолжил у конюха велосипед и покатался по лесу. Между тем наступило время обеда.

Пообедав лёгким перекусом в столовой, оставшееся время я провёл во дворе, разглядывая кампус. Несмотря на то что до этого несколько лет жил в роскошном особняке, я был рад оказаться на свежем воздухе после долгого заточения. А около пяти вечера вернулся в общежитие. Открыв ключом запертую дверь, я увидел затылок того, кто сидел перед камином. Судя по тёмным волосам, это был Саймон.

Я заговорил первым.

<А ты вернулся рано, Саймон. Вроде говорил, что останешься на выходные в Горуне>.

Обладатель тёмных волос оглянулся на меня.

<Верно. Саймон ночует там>.

Это был далеко не Саймон. А <Джером>. Я потерял дар речи и уставился на парня. <Джером> самовольно зашёл в чужую комнату, пока там никого не было? И как всегда, должно быть, он пришёл сюда в четыре часа. Неприятный, подозрительный тип. 

<Джером> мило улыбнулся и помахал мне. Сначала я подумал о том, чтобы проигнорировать парня и пойти в свою комнату, но в итоге не смог поступить настолько грубо. В конце концов, <Джером> дружил с тремя людьми, проживающими вместе со мной. И всё же, даже не пытаясь скрыть своего дискомфорта от сложившейся ситуации, я сел напротив <Джерома>. Он был одет, как обычно, в одежду для верховой езды, а на его бедре покоился ненавистный мне конский хлыст.

<Так быстро вернулся из города?> – спросил <Джером>.

<Нет. Я и не уходил>.

<Джером> усмехнулся столь сухому ответу. А затем снова задал вопрос:

<И почему же ты не поехал в Горун?>

Тогда я задал встречный вопрос:

<А почему ты не поехал? И как сюда попал? У тебя есть ключ от нашей комнаты?>

<Джером> прищурился, глядя на меня. Он до сих пор улыбался. 

<В это время у меня тренировка по верховой езде. И да. У меня есть ключ>.

<Откуда у тебя ключ от нашей комнаты?> – спросил я, не скрывая недовольства в голосе.

<Джером> выпрямился, откинувшись на спинку дивана. Это было простое движение, но у меня вмиг пересохло во рту от напряжения. Тем временем парень тихо ответил:

<Предыдущий владелец этой комнаты отдал мне его>.

Голос звучал мягко и заботливо, но при этом в нём сквозило опасностью. Было неразумно беспричинно подозревать парня в чём-то, но я буквально каждой клеточкой тела чувствовал опасность. Я вскочил с дивана. И в тот момент, когда собрался что-то сказать <Джерому>, парень одним молниеносным движением взмахнул кнутом.

Удар пришёлся по бёдрам. Сначала я остолбенел, не понимая, что произошло, но это длилось недолго. Избитые хлыстом бёдра окунули меня в ощущения, о которых я ранее и не знал. Глаза среагировали на боль раньше, чем голос. Навернулись слёзы, кровь прилила к лицу и шее. Как только я рухнул на пол, <Джером> нанёс по спине ещё несколько ударов один за другим. И только тогда я закричал:

<А-а-кх!>

<Молчать>.

<Джером> сделал замечание, и его голос был строг, будто парень командовал своей лошадью. Но я даже не слышал его слов. Бёдра горели будто в огне, а кожа на спине ныла так, словно её разорвало на части. Я никогда не испытывал такой боли. Впервые в жизни мне было так больно! Тело содрогалось от спазмов, словно я был поражён молнией. Слёзы текли по лицу, заливая ковёр и щёки. Я едва мог дышать и ещё некоторое время корчился в агонии.

<Джером> приподнял моё лицо от пола с помощью петли кожаного ремня на конце хлыста. Я поднял голову, морщась от пронизывающей боли. Как и до этого, <Джером> смотрел на меня с дружелюбной улыбкой, всё так же сидя на диване. Я поднял на него взгляд, мой подбородок дрожал. 

<Джером> спросил более мягким голосом:

<Больно?>

У меня не было сил отвечать, и я просто ошарашенно уставился на парня. Боль была настолько сильной, что становилось трудно дышать. Только горячие слёзы, стекающие по моим щекам, ощущалось ярче той жгучей боли. 

<Джером> продолжил:

<Не вставай пока, не дам разрешения. Понял?>

Этот конченый ублюдок. Ругательство застряло в горле – язык совсем не шевелился, то ли от удивления, то ли от боли. Тело полностью окоченело. Я хотел броситься на <Джерома> и сломать ему нос, если бы мог, но не был в состоянии пошевелить даже пальцем.

<Джером> отложил в сторону хлыст. И вытирая слёзы с моих щёк рукой, облачённой в перчатку, ласково произнёс:

<Иди и умойся>.

При этих словах моё напряжённое тело расслабилось. Я поднялся, словно марионетка. Несмотря на дрожь в ногах, я поднялся и, как приказал <Джером>, направился в ванную. Стоило только зайти в ванную, я захлопнул дверь и опустился на пол. Тело дрожало так, будто меня раздели донага посреди зимы. Но это было не из-за боли. Это было из-за страха. Меня трясло от ужаса.

Дрожащими руками я спустил штаны до колен, обнажив красные следы от ударов плетью. Определённо, останутся синяки. Я снова натянул штаны и на этот раз стянул с себя кофту. На спине также выделялись ярко-красные следы.

Однако я быстро взял себя в руки. Привёл в порядок свою одежду, умылся холодной водой и посмотрел на собственное отражение. Итак, парень по имени <Джером> поджидал удобного случая. Я проигнорировал его, он оскорбился и притворился невинной овечкой, а затем воспользовался шансом, когда все уехали на выходные, чтобы отомстить мне. Однако он глубоко заблуждался, если решил, что пара ударов хлыстом сломают меня. 

Я вытер лицо полотенцем и закатал вязаные рукава до локтей. Стоило нагнуться под раковину, как спина и бёдра напряглись, а место удара стало жечь. Не обращая внимания на боль, я стал откручивать трубу из-под раковины. Выросший в неполной семье, я с юных лет выполнял большую часть работы по дому, поэтому отсоединить сливную трубу голыми руками не составило труда. Сняв прочную металлическую трубу, я крепко ухватился за неё и открыл дверь ванной. 

<Джером> всё ещё сидел перед камином, который больше не горел. Он смотрел в окно, положив хлыст на бедро и сцепив кончики пальцев. Я шагнул к нему.

<Джером> спросил не оборачиваясь:

<Почему ты так долго умываешься?>

Мне даже не пришлось отвечать. Замахнувшись, я изо всех сил ударил трубой <Джерома> по плечу. Мне казалось, что если получится, то я сломаю ему лопатку. Однако <Джером> вовремя скатился на пол и избежал столкновения с трубой. Как? В изумлении я уставился на парня. А затем понял, что вижу собственное отражение в окне.

<Джером>, едва успевший увернуться, ещё не поднялся с пола. Я быстро перепрыгнул через диван и снова замахнулся трубой. <Джером> подался всем телом назад, уклоняясь от удара, затем поднял с пола конский хлыст и замахнулся им. Я отпрыгнул назад, уклоняясь от хлыста. Воспользовавшись моментом, <Джером> вскочил на ноги.

Неожиданно он громко рассмеялся. 

<Ха, ха-ха-ха! Ха-ха-ха!>

Я крепче сжал свою трубу, глядя на него.

<Ты сумасшедший ублюдок>.

<Джером> посмотрел на меня с ухмылкой на лице. И ответил приятным тоном:

<Ты мне нравишься, Рэймонд>.

Я выругался.

<Заткнись, чёртов ты, сукин сын! Сейчас же выметайся отсюда, или я пробью твою самодовольную башку>.

<Джером> поднял руки. Он показал мне обе ладони и медленно вышел из комнаты.

Однако я окликнул парня, прежде чем тот закрыл дверь.

<Ключ. Оставь его>.

<Джером> ухмыльнулся и вытащил ключ из кармана. Затем швырнул его на пол и, наконец, ушёл. Стоило парню покинуть пределы комнаты, моё тело обмякло, и я рухнул на пол. Всё было так, как и сказал Джордж. В этой школе невозможно встретить нормальных детей, даже если они и выглядели вполне безобидно.

В тот вечер я не ужинал. Всё оставшееся время оставался в своей комнате. И только около полудня воскресенья решился выйти. 

<Джерома> нигде не было видно. Ну, а затем. раньше всех, в общежитие вернулся Саймон. Он вернулся в комнату, когда я сидел на кровати после обеда. Поскольку меня хлестали по спине и бёдрам, я сидел в оцепенении не в силах лечь ни на спину, ни на живот. 

Саймон, вошедший в комнату в, как всегда, безупречном костюме, поприветствовал меня:

<Привет>.

<Привет. Как поездка?>

<М-м. Всё прошло гладко. А что у тебя?> – спросил Саймон, снимая куртку и вешая её на вешалку.

На мгновение я задумался, стоит ли рассказать ему о <Джероме>, но по итогу решил не делать этого. Потому что я по-прежнему мало что знал о его взаимоотношениях с <Джеромом>.

<Всё в порядке. Было хорошо и спокойно>.

Дин.

Послышался звон часов в гостиной. Я посмотрел на свои наручные часы. Четыре часа дня. Как и ожидалось, через некоторое время снаружи послышался стук. Расстёгивая запонки, Саймон вышел из комнаты, и затем я услышал звук открывающейся двери.

Раздался голос Саймона.

<Ты катался под дождём?>

<Джером> произнёс:

<Так, немного прогулялся. Как прошла встреча с няней?>

Саймон ответил <Джерому>, возвращаясь в нашу комнату:

<Лучше и представить себе не мог>.

<Джером> не последовал за ним. Послышался глухой стук его ботинок по ковру. Видимо, парень вновь сел на диван у камина. Сам того не ведая, всё это время я сидел напрягшись и только после смог, наконец, расслабиться. 

Я вздохнул, и Саймон, укладывавший запонки обратно в шкатулку, оглянулся на меня. Стараясь не пересекаться с ним взглядом, я лёг на кровать. Саймон не стал ни о чём меня спрашивать, а только молча начал переодеваться. Почему-то я был уверен, что сегодня больше ничего не произойдёт, может, потому что Саймон рядом. Конечно, это мало успокаивало меня. Какие отношения между Саймоном и <Джеромом>? Нет, каковы взаимоотношения между тремя моими соседями и <Джеромом>? Они просто друзья, и <Джером> всех обманывает? Кто, чёрт возьми, этот <Джером>?

Я вновь тихо выдохнул, переполненный вопросами, на которые не мог дать ответа. Шорох прекратился – видимо, Саймон закончил переодеваться. Через мгновение я услышал, как включается компьютер. А открыв глаза, увидел соседа, который сидел с прямой спиной на стуле и смотрел на меня.

<Выключить звук?> – спросил он.

<А что будешь смотреть?>

<Сегодня в планах “Парк Юрского периода”>.

Эти отрывистые, но при этом беззаботные слова успокоили меня.

<Ладно. Тогда присоединюсь>.

Я принёс стул, сел рядом, и мы приступили к просмотру фильма. <Джером> находился в гостиной, но я не слышал, чем он был занят. Только когда пробило ровно шесть часов, он, как обычно, вернулся в свою комнату. Я же досмотрел фильм с Саймоном, и мы вместе поужинали в столовой. Хью вернулся только после полуночи, а Джордж – только в понедельник вечером, когда все уже были на своих местах. И от их присутствия мне стало немного легче.

После того случая я стал внимательнее приглядываться к <Джерому>, но ничего особенно за ним не заметил. Казалось, будто никто, кроме меня, не обратил внимание, что на самом деле <Джером> – сумасшедший. Однако мне всё же удалось подметить одну подозрительную вещь. Все делали вид, что относятся к нему дружелюбно, но в то же время держались от него на расстоянии.

Если вдуматься, так оно и было. Хью относился к <Джерому> так же, как и ко всем остальным, он стал единственным исключением. Даже весьма сговорчивый Джордж в присутствии <Джерома> только поддакивал ему, возводя между ними стену. Саймон – не очень разговорчивый человек – молча слушал болтовню <Джерома>. Даже преподаватели чувствовали себя как-то неуютно рядом с этим парнем.

А вскоре Джордж раскрыл его тайну.

<Ты не знаешь? <Джером> – член британской королевской семьи. Некоторые утверждают, что он стоит в очереди на престол>.

Честно говоря, я был удивлён. Сначала жил с отцом, который всю жизнь проработал рабочим кирпичного завода, затем внезапно оказался в заточении в доме матери-кинозвезды, а теперь поступил в школу, в которой учился член королевской семьи? Конечно, я не мог не удивиться. Разумеется, у <Джерома> имелась весомая причина для того, чтобы пользоваться комнатой в одиночку. Пару раз слышал, что это общежитие когда-то было местом, где останавливались члены королевской семьи и дворяне, но я и подумать не мог, что тут до сих пор жили некоторые монаршие особы. Естественно, это пробудило во мне любопытство. Что, чёрт возьми, забыл член королевской семьи в этом пансионе? Мог ли он быть таким же внебрачным ребёнком, как и я? Увы, Джордж знал не так уж много. А я не стал расспрашивать более. 

Вместо этого спросил о другом:

<Джордж. Ты близок с <Джеромом>>?

Парень в ответ пожал плечами.

<Ну. Вроде бы и да, а вроде и нет>.

<Это как: быть близким и не быть одновременно?> – я упрямо продолжил.

Джордж, который никогда ничего не скрывал, коротко ответил:

<Всё зависит от самого <Джерома>, а не от меня. Если он относится дружелюбно, то мы друзья, а если игнорирует, значит, нет>.

Я внимательно посмотрел на Джорджа. Не похоже, чтобы он лгал. Оставалось только покорно кивнуть, соглашаясь с его словами.

Но на этот раз вопрос задал сам Джордж:

<Кстати, почему тебя так интересует <Джером>>?

Дин.

Четыре часа дня. Я повернул голову и посмотрел на дверь. Мы оставили её незапертой для Хью, поэтому теперь я мог наблюдать, как <Джером> направлялся к нашей гостиной.  

<Потому что <Джером> интересуется мной>, – ответил я, не скрывая своей враждебности.

И прежде чем <Джером> успел зайти к нам, я встал и вернулся к себе в комнату. За закрывающейся дверью послышалось, как <Джером> поприветствовал Джорджа.

<Джером> ездил верхом каждый день. Даже если шёл дождь – он просто надевал плащ. Я часто наблюдал за ним из окна библиотеки. Честно говоря, я ничего не смыслил ни в лошадях, ни в верховой езде, ни в чём-либо подобном, но умение <Джерома> обращаться с лошадьми показалось мне весьма неплохим. И, на удивление, он редко использовал кнут при езде. Но при этом всегда носил его с собой, что вполне естественно весьма раздражало меня. 

<Джером> был одним из самых безумных людей, которых я когда-либо встречал. До сих пор я считал свою мать, Джулию, самой ненормальной, но она, по крайней мере, не хлестала меня кнутом. А причина, по которой он тогда избил меня, была просто абсурдной. <Не вставай, пока не дам разрешения>? Теперь, когда я думал об этом, то задавался вопросом, связано ли это с тем, что <Джером> принадлежал к королевской семье? Во всяком случае он совершенно точно был со своими тараканами в голове.

К счастью, после того случая <Джером> не трогал меня. Иногда мы сталкивались друг с другом в школьных коридорах, но не разговаривали. Со своей стороны я презирал и ненавидел его, но <Джером> по-прежнему лукаво улыбался, неприятной улыбкой, которую я никак не мог понять.

Время от времени в памяти всплывали те ужасные моменты с хлыстом, но теперь я не чувствовал страха. Скорее, теперь я сожалел, что тогда мне так и не удалось покалечить его, ударив железной трубой по лопаткам. Теперь я точно знал: если мне снова представится такая возможность, то я своего не упущу.

http://bllate.org/book/12384/1104534