Готовый перевод I Ride a Broom to Cultivate Immortality! / Я лечу на метле, чтобы достичь бессмертия!🌄 (перевод окончен полностью✅): Глава 4. А эту пилюлю для отказа от пищи до еды принимать или после?

Хм… Как это у восточных называется?

Мэн Цайцин рядом тихонько подсказала, но, увы, ее энергия была слишком сильна, и все услышали, как она говорила:

— Да-шицзе…

Бай Лу посмотрел на Нин Яньху и хлопнул ресницами:

— Да-шицзе…

Нин Яньху уже собиралась отвесить ему пару колкостей, но, увидев влажные, словно подернутые дымкой зеленые глаза Бай Лу и его странный, но довольно милый пушистый наряд, лишь язвительно усмехнулась:

— Ладно, будем считать, что это смешно. Пошли.

Нин Яньху шла, энергично листая свою книгу записей, пока не нашла регистрационную анкету Бай Лу. Их заполняли сами испытуемые после прохождения первого этапа, во время чаепития.

Сначала Нин Яньху поразил корявый, выведенный по клеточкам почерк Бай Лу, а затем она увидела содержание. В графе «раса» Бай Лу указал «человек».

— Бай Лу, ты… чистокровный человек?

В Сюаньшань преобладали люди, но иные расы тоже не запрещались. Просто большинство иноплеменников предпочитали селиться там, где больше сородичей. Все, видя глаза и одежду Бай Лу, думали, что в нем течет чужая кровь, и не ожидали, что он укажет «человек».

— Может, у тебя все же есть примесь? Оба твоих родителя люди?

— Да. Все восемнадцать поколений — люди. Цвет глаз изменился из-за того, что предки жили в разных местах.

Бай Лу мог с уверенностью сказать, что ни по отцовской, ни по материнской линии в его родословной не затесалось никакой странной крови.

Нин Яньху снова взглянула, теперь уже на графу «место рождения». Там было указано место под названием «Яньцзин». Даже при ее познаниях она о таком не слышала.

— А где это — Яньцзин?

Бай Лу на мгновение задумался, затем осторожно ответил:

— Очень далеко.

Это была его вторая родина и место проведения форума перед попаданием сюда.

Нин Яньху кивнула: «А, значит, захолустье в мире смертных».

Объяснения насчет цвета глаз и далекой родины звучали нормально, даже в мире культиваторов в них не было ничего странного. Он думал, что пока что не допустил серьезных промахов. Ха-ха.

На самом деле, даже если бы Бай Лу не объяснял подробно, Нин Яньху просто решила бы, что у него был какой-то необычный опыт. В мире культиваторов легенд хватает. Возможно, Бай Лу и вправду просто талантливый смертный из глубинки, вот и не разбирается в мире бессмертных и в Сюаньшань, как остальные.

Подумав так, Нин Яньху сказала:

— Многие ученики, прежде чем попасть в Сюаньшань, уже пытались постичь методы бессмертия. У кого-то были семейные традиции, кто-то тренировался как попало, а у кого-то, возможно, был свой необычный опыт. Но большинство так и не вошло в настоящую ступень, а оставалось на этапе закалки Ци. Предупреждаю: среди вас, возможно, и есть гении, но большинству придется заново закладывать основу. Когда-нибудь ваши шизуны сами все исправят.

Все понимающе кивнули. Это нормально, в элитной школе всегда приходится переучиваться.

— Среди девяти великих ступеней нет закалки Ци. Это лишь уровень тренировки тела. Первая настоящая ступень — это закладка Фундамента. 

Нин Яньху, видя, как внимательно слушает Бай Лу (на самом деле он просто изо всех сил старался понять), еще больше уверилась, что тот плохо разбирается в мире культиваторов. Неизвестно, пожалеет ли он потом о желании стать учеником цзун-цзуна. — Бай Лу, а ты знаешь остальные восемь ступеней?

Откуда уж Бай Лу знать? Он напряг память, перебирая разрозненные обрывки:

— Э-э… превращение Духа? Зародыш Души? Преодоление Небесной Кары?

Нин Яньху замолчала.

— Ни один вариант не верен! Откуда ты этого набрался?

Бай Лу: «…»

«Не может быть…»

— Начиная с закладки Фундамента, пройдя Сокровенный Рубеж, можно открыть все акупунктурные точки и раскрыть Пурпурный Дворец. Затем ступень Внемли Громам, чтобы узреть небесную мощь. Дальше — Обход Небес: в мире лишь немногие культиваторы могут достичь в этой ступени великого совершенства, созерцая звезды в обходе небес и земные жилы, глубже познавая небо и землю. После этого они уже подобны божествам в глазах смертных, это ступени Летящий Бессмертный и Возвращение к Духу. Это ступени, на которых культиватора нельзя убить: даже пав, после перерождения сохранится врожденная основа[1].

Многие из присутствующих и раньше знали об этих ступенях, но слушали, затаив дыхание. Ведь их положение теперь кардинально изменилось, и в сердцах рождалась надежда на будущее.

— Наконец, ступени «Непокорный», «Непомраченный» и «Невозвратный День», вместе именуемые Тремя Ступенями Не-. Пройдя их, ты истинно возносишься в бессмертные и уходишь без возврата, — закончив, Нин Яньху без удивления увидела, как лица слушателей озарились предельным воодушевлением.

Бай Лу, находясь среди них, вспомнил о своем будущем шизуне и, подняв руку, спросил:

— Да-шицзе, а какова ступень моего шизуна?

Нин Яньху ответила:

— По идее, Хо-шишу  должен находиться между ступенями Летящего Бессмертного и Возвращения к Духу.

Бай Лу не понял:

— Что значит «по идее»?

Лян Маньгу, хорошо подготовленный к таким вопросам (да и кто в детстве не слышал хоть краем уха истории о цзун-цзуне?), поспешил с ответом:

— Потому что с момента обретения славы цзун-цзун ни разу не проигрывал, и мастерски побеждал противников более высоких ступеней. Его меч Мокун[2] не знал равных, путь меча достиг высшей утонченности. Ходят неподтвержденные слухи, что даже против патриархов со ступеней Трех Не- цзун-цзун не проигрывал. Он обменял бессмертие на боевую мощь.

Бай Лу, выбравший цзун-цзуна в наставники из-за зацепки, связанной с ним самим, после неоднократных рассказов о его деяниях и вправду почувствовал любопытство.

— Многого же ты наслушался.

Нин Яньху продолжала идти и говорить, и как раз к последней фразе они подошли к месту временного проживания новых учеников — ряду деревянных домиков. Вероятно, из-за того, что уровень новых учеников был настолько низок, что им можно было пренебречь, это место располагалось у самого подножия горы. Хоть оно и было далековато от главных пиков, вокруг рос бамбук и текла вода. Пейзаж был прекрасным.

У прошедших три испытания новичков, до этого ощущавшие усталость после высокого напряжения, в сердцах будто прояснилось, и даже воздух показался им особенно свежим.

Хотя снаружи домики выглядели просто, внутри температура оказалась идеальной. Бай Лу потрогал дерево: оно само излучало тепло, создавая уют.

Глаза Бай Лу невольно загорелись: «Да уж, в вашем мире культиваторов и вправду много новых материалов!»

— Вы будете отдыхать здесь. Кто-нибудь, принесите еду и припасы новым ученикам, — распорядилась Нин Яньху.

Затем она отдельно вызвала первую тройку, чтобы дать дополнительные указания. Стоя под навесом, она сказала:

— Цайцин, хоть ты уже и определилась с местом, тебе тоже придется пожить здесь несколько дней, изучая правила секты. Вы двое тоже пока здесь.

Бай Лу был разочарован, и за его спиной словно поник невидимый хвост:

— Я тоже? Разве нельзя сразу отправиться к моему шизуну?

Ему не терпелось выяснить судьбу шелкового свитка, а тут еще ждать…

— Даже при безмерном восхищении не стоит торопиться. «Твой шизун» еще не дал согласия, — уголок губ Нин Яньху дернулся. — Что касается Лян Маньгу: ты, я вижу, тоже подготовился. Если еще что-то непонятно, можешь спрашивать меня. У меня для вас есть по два слова.

Она взглянула на Мэн Цайцин:

— У шимэй амбиции, стремящиеся к облакам, но ей требуется очистить сердце и прояснить природу.

Мэн Цайцин кивнула, погруженная в размышления.

Нин Яньху посмотрела на Лян Маньгу и также дала совет:

— У тебя отличные корни и кости, но слишком много посторонних мыслей.

— Благодарю шицзе за наставление, — Лян Маньгу смущенно усмехнулся и сложил руки в почтительном жесте.

Только вот неизвестно, внял ли он совету.

Наконец, очередь дошла до Бай Лу.

— Ты — редкостно одаренный талант, однако…

Нин Яньху, говоря это, соединила два пальца и ткнула Бай Лу в голову. Распущенные черные волосы тут же сами собой собрались в пучок, обнажив чистое, яркое лицо.

Нин Яньху с удовлетворением кивнула: так гораздо лучше.

Бай Лу потрогал собранные в пучок волосы. Ему было непривычно, да и так он совершенно терял загадочность мага.

— Да-шицзе, вы слишком туго затянули…

— Так и надо. У стремящегося к знаниям распущенные волосы, это признак нерадивости, — Нин Яньху, видя, как Бай Лу суетится, трогая прическу, одернула его: — Ладно, не растрепывай.

— О-о, — Бай Лу покорно убрал руку.

«?»

Лян Маньгу был озадачен: почему слова, которые услышал Бай-сюн, так отличаются от их? Разве это правильно?

— О-о, да-шицзе сама проводила шиди и шимэй?

Мужчина средних лет, ведя за собой нескольких слуг с едой, вежливо сложил руки в приветствии Нин Яньху. Хоть он и был старше Нин Яньху, но являлся лишь внешним учеником. К тому же Нин Яньху как ученица главы секты отвечала за многие хозяйственные вопросы, так что была его прямым начальством, поэтому он держался очень почтительно.

Трое с надеждой уставились на Нин Яньху, ожидая, что она представит вновприбывшего.

Нин Яньху скосила на него взгляд:

— Это управитель внешних учеников. Можете звать его Дай-шисюн[3].

Управляющий Дай тоже отвечал за присмотр за новичками. Узнав, что Мэн Цайцин уже определилась с террасой Лазурных Облаков и станет ученицей главы секты, он улыбнулся:

— Так быстро решили…

«Небеса возложат великую миссию на этого человека…»

Дойдя до этого места, он вдруг взглянул на Нин Яньху и быстро добавил:

— …Терраса Лазурных Облаков — самое спокойное и почетное место в нашей секте бессмертных Сюаньшань. Шимэй повезло.

Мэн Цайцин: «?»

«Что за странность в его словах?...»

— А эти двое уже выбрали? — управляющий Дай с улыбкой посмотрел на остальных двоих.

Первый и второй номера! Оба станут истинными последователями с блестящим будущим.

— Шиди Бай Лу еще не определился, только выразил желание поступить к Хо-шишу, — сказала Нин Яньху. — Лян Маньгу тоже еще думает.

Вообще-то, такое вдумчивое отношение, как у Лян Маньгу, и даже отсрочка решения, это и была норма для первой тройки в прежние годы.

— Хо-шишу? — управляющий Дай почесал затылок. — Тот Хо-шишу , что в алхимической лаборатории печь топит? Он разве может брать учеников?

Бай Лу растерянно спросил:

— Мой шизун еще и печь топит?

Как же так, он же глава пика, а ему приходится работать на двух работах?

— Не тот! — Нин Яньху с долей понимания (не так давно глава секты тоже так удивился) пояснила: — Это цзун-цзун с пика Дианьмэй, Хо-шишу.

Рот управляющего Дай раскрылся вслед за глазами.

Он бы скорее предположил, что Бай Лу хочет научиться топить печь, чем что тот желает попасть на пик Дианьмэй. Те, кто приходят и могут поступить в Сюаньшань, без преувеличения — баловни судьбы. Как можно самому отрекаться от пути бессмертия?

Управляющий Дай уважал этот выбор, но никак не мог понять спокойствия Бай Лу. Ведь все культиваторы Поднебесной стремятся к долголетию и вопрошают о пути бессмертия.

Бай Лу и сам хотел бы сказать правду: в этом мире культиваторов и в их магическом мире есть сходство. Долголетие общая тема для человечества, ничто не ново под луной.

В области алхимии тоже есть легендарный предмет, способный даровать долгую жизнь, — Философский камень. Бай Лу, изучавший алхимию, тоже исследовал этот вопрос, но шансы на успех, вероятно, сопоставимы с Истинным Вознесением в мире культиваторов.

Может, стоит сосредоточиться на чем-то одном?

— Да ладно, не может быть, что я один хочу попасть на пик Дианьмэй? Я просто очень хочу стать таким же красивым мечником, как мой шизун, — с виноватым видом сказал Бай Лу.

— Не обязательно, что после тебя не будет последователей, но до тебя таких и вправду не было, — невозмутимо ответила Нин Яньху, уже смирившаяся с этим. — В конце концов, шишу — самый молодой среди глав пиков. В его годы у обычных людей и права брать учеников еще нет.

— А конкретно сколько лет моему шизуну? — наконец спросил Бай Лу.

— Двести с лишним, — сказала Нин Яньху.

По меркам мира культиваторов это действительно очень мало. К тому же цзун-цзун — последний ученик уже вознесшегося патриарха секты, то есть самый младший в том поколении. По возрасту он скорее мог бы быть ровесником Нин Яньху.

— Двести с лишним?

Нин Яньху увидела, как Бай Лу слегка расширил глаза.  «Он и вправду потрясен молодостью цзун-цзуна!»

Бай Лу: «…»

«Оказывается, уже так много лет! Здорово!»

Но да-шицзе, кажется, уже триста восемьдесят, она даже старше своего шишу. Инфляция возраста среди культиваторов тоже довольно серьезная.

Эй, если так, то у него появилось направление для того семейного предсказания! Здесь каждый может дожить до двухсот лет. Может, его суженая на самом деле в мире культиваторов?

Но плохая новость в том, что почти каждый может прожить двести лет и потенциально стать его парой, что равносильно пустому предсказанию…

Думая об этом, мысли Бай Лу уплыли… в комнату.

Управляющий Дай взглянул и весело сказал:

— Проголодались? Еда в нашей секте бессмертных Сюаньшань тоже очень знаменита, диких даров гор вдоволь. Сегодняшние грибы Хуаньчжэнь это вообще нечто!

Лян Маньгу спросил мимоходом:

— Чем же грибы Хуаньчжэнь могут быть так хороши? — Эти штуки росли и в горах его родных мест, считались духовными растениями, но встречались довольно часто.

— О, — пояснил управляющий Дай, — они выросли на тысячелетней ели у входа в обитель главы секты. Наверняка впитали немного бессмертной энергии.

Услышав это и зная, что восточные народы ценят удачу, Бай Лу тут же сказал Лян Маньгу:

— Тогда ешь побольше. Ты же говорил, что хочешь стать цзунчжу?

Управляющий Дай: «?»

Мэн Цайцин пробормотала:

— У Лян-сюна тоже амбиции, стремящиеся к облакам?

Лян Маньгу с ужасом посмотрел на Бай Лу: «…»

«Ты! Я же просто кричал так на испытаниях, чтобы подбодрить себя!»

— О, так ли? — с каменным лицом произнесла Нин Яньху. — Тогда тебе и вправду стоит есть побольше. Ведь это выросло у входа моего шизуна, можно сказать, цзун грибов[4].

Бай Лу, Лян Маньгу, Мэн Цайцин:

— Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха!

Управляющий Дай: «?»

«Кто-нибудь, объясните мне наконец!»

Лян Маньгу украдкой вытер пот: хорошо, что да-шицзе не придала этому значения.

Бай Лу вошел внутрь и увидел на столе тушенную с грибами курицу, от которой исходил умопомрачительный аромат.

Управляющий Дай продолжал объяснять, идя вслед за ними:

— Это все деревенские куры из бамбуковой рощи, тушились целый час. Смотрите, какой навар! Говорю вам, грибы впитали всю эссенцию куриного бульона, и будут такими нежными, что язык проглотите!

Нин Яньху и другие еще не пришли, поэтому остальные ученики не смели притронуться к палочкам. Желающие постичь бессмертие обладали сильной волей, и во всем зале лишь глаза Бай Лу, первого на испытаниях, выражали неподдельную, ничем не прикрытую алчность…

— Кстати, вот пилюли для отказа от пищи, положенные каждому, — с улыбкой произнес управляющий Дай, доставая кучку фарфоровых пузырьков. — Давайте, по пузырьку на человека. Принимайте по своему усмотрению.

Он незаметно окинул взглядом этих еще не определившихся со школой учеников. Хе-хе, сейчас самый расслабленный для них момент. Никто и не подумает, что еще одно испытание для них уже началось.

На самом деле управляющий Дай на этот раз получил задание от пика Кайян. Пик Кайян — это школа мастеров создания артефактов, но они же управляют хранилищем сокровищ и канонов. Сам глава секты Бо Лань-сяньцзюнь в свое время вышел именно с пика Кайян. Поэтому от учеников Кайяна требуют особой силы духа, и больше всего необходимо избегать излишних желаний. Вот он и наблюдает за ними в повседневных мелочах, выискивая, кто подойдет для пика Кайян.

Еда, одежда, жилье, передвижение — во всех этих деталях скрыты испытания. И это первое из них.

Смотрите, столкнувшись с выбором и искушением, большинство все же хочет отложить пилюли на потом. В конце концов, они только что поступили.

Однако каждое последующее блюдо будет шедевром кулинарии…

Пилюли для отказа от пищи уже оказались в руке у Бай Лу.

Принимать по усмотрению?

Бай Лу посмотрел на еду, затем на пилюли в руке и с самым невинным видом спросил:

— Скажите пожалуйста, а эту пилюлю для отказа от пищи до еды принимать или после?

Нравится глава? Ставь ♥️

[1] Ступени культивации в этом мире:

炼气期 → ступень закалки Ци (подготовительный этап, тренировка тела и энергии, еще не считается настоящей ступенью в системе 9 великих ступеней)

筑基期 → ступень закладки Фундамента (первая настоящая ступень, начало истинной практики)

玄关  → Сокровенный Рубеж (не ступень, а ключевая точка прорыва/«врата» между ступенями закладки Фундамента и следующей)

紫府 → Пурпурный Дворец (внутренняя обитель духа, открываемая после прорыва Сокровенного Рубежа)

听雷境 → ступень Внемли Громам (постижение небесной воли через природные явления)

巡天境 → ступень Обход Небес (свободное исследование небесных сфер, достижение великого совершенства в этом редко)

飞仙境 → ступень Летящего Бессмертного (обретение качеств небожителя)

归神境 → ступень Возвращения к Духу (слияние с изначальным духом, становление неуничтожимым на уровне души)

不伏境 (bù fú jìng) → ступень Непокорного (первая из трех Ступеней Не-)

不昧境 → ступень Непомраченного (вторая из трех Ступеней Не-)

不归日境 → ступень Невозвратного Дня (третья из трех Ступеней Не-, последняя перед истинным вознесением)

三不境 → Три Ступени Не- (Непокорный, Непомраченный, Невозвратный День) (коллективное название трех высших ступеней)

飞升 → Истинное вознесение (конечная цель, достижимая после прохождения всех ступеней).

[2] Меч Мокун (摩空剑) — меч, Терзающий Пустоту/Небеса.

[3] Шисюн (师兄) — обращение «старший брат по школе или секте», к ученику того же учителя (или той же школы), который старше по возрасту или по сроку учебы. Дай в данном случае фамилия.

[4] Цзун грибов (菇尊) — игра слов по аналогии с «сяньцзун», «цзяньцзун» и т.д.

http://bllate.org/book/12276/1213462