Готовый перевод Top-Tier Idol Group / Топовая айдол-группа [круг развлечений] [❤️]✅: Глава 18: Первая репетиция

Центральная подъемная платформа занимала 40 квадратных метров и оставалась просторной даже после установки рояля.

Сюй Байчуань отрегулировал их расположение на сцене.

Голос режиссера Лю разнесся по стадиону через рацию:

— Все на места, отсчет 3, 2, 1 — подъем платформы!

По команде режиссера верхняя часть сцены, похожая на «крышку», внезапно раздвинулась в обе стороны, и свет вечернего солнца хлынул внутрь. Их платформа начала быстро подниматься.

Ощущение было как в научно-фантастическом фильме, невероятно захватывающе!

В мгновение ока парни оказались на главной сцене.

Фан Иньнянь огляделся. Они находились как раз на площади перед центральным замком, который видели раньше.

Это была репетиция передвижений, без музыки и пения, в основном для проверки кадров съемки.

Режиссер Лю в рацию скомандовал:

— Первый камерный тест, я и продюсер посмотрим результат.

Через некоторое время он сказал:

— Тот парень с кудрявыми волосами… да, ты, повернись на 45 градусов вправо.

Тань Цзюньвэнь сразу же скорректировал положение:

— Так?

Режиссер Лю, похоже, сверился с продюсером, а затем кивнул:

— Хорошо, запомните свои позиции и не двигайтесь. Пятая камера готовится к крупному плану… Следите за объективом! Крупный план будет увеличен на экране, профиль выглядит некрасиво, давайте анфас.

Пятеро парней были так напряжены, что почти перестали дышать.

Вокруг было чертовски много камер, какую из них нужно ловить?

Сюй Байчуань поспешил извиниться:

— Простите, режиссер Лю, они впервые на сцене и не умеют ловить кадр. Я быстро их проинструктирую.

Режиссер Лю вздохнул:

— Ладно, только побыстрее.

Сюй Байчуань подошел и указал на несколько камер вокруг:

— Если не можете запомнить, где какая камера, не страшно. У всех здесь есть автоматические рельсы, они постоянно двигаются. Если камера остановилась перед вами и загорелась красная лампочка — это сигнал, что вас снимают. Покажите зрителям анфас, он будет транслироваться на большой LED-экран. В остальное время не обращайте внимания. Не крутите головой в поисках камеры. Пусть камера сама найдет вас, понятно?

Ребята вроде поняли, но все еще пребывали в замешательстве. У них не было опыта пения с одновременным отслеживанием камер, и вполне возможно, что, увлекшись исполнением, они просто не заметят, когда камера окажется перед ними, и весь концерт простоят в профиль.

Сюй Байчуань успокоил:

— Ничего, будет несколько репетиций, после нескольких раз разовьете привычку. Если не получается контролировать выражение лица, просто сосредоточьтесь на пении, но не закрывайте глаза на протяжении всего выступления.

Пятеро парней дружно кивнули:

— Хорошо.

Умение держаться на сцене было важным навыком для певца. Им не хватало опыта, и предстояло еще долго тренироваться.

Режиссер Лю поторапливал:

— Ну что, лао Сюй, готовы?

Сюй Байчуань сделал жест:

— Можно, режиссер Лю. Начнем с оригинальной дорожки?

— ОК, всем занять места. Платформа опускается, звуковая группа готовит трек — 3, 2, 1, подъем!

Их снова опустили под сцену, а через некоторое время подняли обратно.

Когда платформа достигла уровня сцены, знакомый аккомпанемент зазвучал в ушах. Парни стояли и ждали, когда камеры начнут съемку, но те непрерывно вращались, доводя их почти до головокружения.

Сюй Байчуань сделал знак режиссеру Лю:

— Режиссер Лю, во втором куплете платформа должна продолжать подниматься.

Режиссер Лю взял рацию:

— Поднимите платформу еще выше!

С началом второго куплета платформа снова пошла вверх и остановилась на максимальной высоте как раз перед тем, как Фан Иньнянь и Тан Чэ должны были взять высокую ноту.

Фу Фэй, глядя вниз на бесконечные ряды пустых сидений стадиона, побледнел:

— Черт, как высоко мы поднялись…

Тань Цзюньвэнь улыбнулся:

— Петь, зависнув в воздухе — это так круто, ребята.

Мо Сюнь тихо предупредил:

— Осторожнее, не двигайтесь резко.

Раньше Фан Иньнянь лишь слышал от менеджера, что они будут петь на поднимающейся платформе, но только сейчас, поднявшись на ней, он понял, насколько гениальна эта задумка.

Если платформа начнет подъем со второго куплета, они смогут синхронизироваться с ритмом песни, постепенно поднимаясь вверх и зависнув в воздухе на самом эмоциональном моменте.

Как раз тогда он и Тан Чэ исполнят мощную высокую ноту.

В этот момент их голоса наполнят весь зал.

А если еще добавить прожектор, освещающий их с высоты, зрелище будет потрясающим.

Хорошо, что менеджер настоял на использовании платформы и живой музыки, иначе визуальный эффект оказался бы куда слабее.

Сюй Байчуань дважды уточнил у работников сцены ритм подъема платформы.

Режиссер Лю, устав от уточнений, махнул рукой:

— Ладно, Байчуань, в день концерта оставайся за кулисами и сам контролируй подъем платформы по ритму песни. Работники не знают вашу композицию так хорошо и могут ошибиться.

Сюй Байчуань тут же показал жест «ОК»:

— Без проблем, я сам займусь ритмом!

Режиссер Лю скомандовал в рацию:

— Теперь проверка мониторов и микрофонов. Спойте кусок с включенными микрофонами, не всю песню, сразу припев, чтобы проверить баланс между пятью микрофонами.

Фан Иньнянь начал играть на рояле, остальные подхватили, и все пятеро запели в унисон.

Режиссер Лю спросил:

— Звуковая группа, ну как?

Из правого замка донесся женский голос:

— Режиссер Лю, звук рояля плохо ловится. У вокалиста в микрофоне фонит, нужно заменить. И еще тот красавчик с хвостиком, его микрофон слишком громкий и перекрывает остальных.

Режиссер Лю приказал:

— Быстро все исправьте!

Группа работников с бейджами «Звук» бросилась на сцену регулировать микрофоны и мониторы.

Режиссер Лю крикнул в рацию:

— Группа страховки, подвиньте луну вправо, за замок, иначе поднятая платформа перекроет обзор для дрона! Реквизиторы, уберите все с правой стороны сцены! Хватит копошиться, не мешайте репетиции!

Пятеро: «…»

Голос главного режиссера был хриплым от постоянных криков.

Теперь они воочию увидели, какой хаос царил за кулисами масштабных мероприятий.

Чтобы шоу идеально выглядело для зрителей, требовался титанический труд, и все работники крутились как белки в колесе.

* * *

Пятеро ребят поднимались и опускались бессчетное количество раз. Новоиспеченные «новички» во всем чувствовали себя неуверенно.

Уже смеркалось, когда наконец закончили проверку камер, звука и прочих деталей.

Раздался голос режиссера Лю:

— Приготовьтесь, сейчас поем полностью с живым звуком!

Фан Иньнянь тихо спросил:

— Брат Сюй, мне нужно сыграть несколько раз с группой?

Все песни на концерте исполнялись под живой аккомпанемент, а не под фонограмму.

Их композиция начиналась с фортепианного исполнения Фан Иньняня, но если бы вся песня звучала только в этом стиле, она бы быстро наскучила, поэтому в кульминации добавили струнные для усиления эффекта.

Фан Иньнянь никогда не репетировал с музыкантами этого концерта и волновался, что может не попасть в ритм.

Сюй Байчуань успокоил его:

— Группа будет следовать за твоим ритмом, твоя на инструменте будет ведущей. Не переживай, учитель Цяо лично дирижирует оркестром.

Фан Иньнянь удивился:

— Учитель Цяо тоже здесь?!

Сюй Байчуань кивнул:

— Она в центральном замке.

Фан Иньнянь выдохнул с облегчением. Эти слова подействовали на него лучше успокоительного.

Под счет режиссера Лю платформа снова начала подъем.

Теперь это была полноценная репетиция со светом, звуком и живым вокалом.

В тот момент, когда парни оказались на сцене, в темном зале внезапно вспыхнул свет.

Прожектор идеально поймал центральную платформу, осветив всех пятерых.

Ощущение было странным, будто в эту секунду они стали центром всеобщего внимания.

Фан Иньнянь на мгновение зажмурился от яркого света, глубоко вдохнул и начал играть.

Мелодия фортепиано мгновенно заполнила зал.

«Если поднять рояль наверх, я не сыграю ни одной фальшивой ноты».

Это была не пустая похвальба. Его игра была ровной и четкой, словно запись.

После мягкого вступления Фан Иньнянь запел первый куплет, и его голос, усиленный микрофоном, разнесся по залу.

Режиссер Лю на секунду замер, у этого новичка был потрясающий голос!

Работники звуковой группы переглянулись.

Даже без обработки его голос казался насыщенным, с очень фактурным тембром. Он играл на рояле и пел соло, но при этом не было слышно ни малейшей дрожи. Он выступал очень стабильно.

Режиссер Лю тихо спросил у Сюй Байчуаня:

— Этот парень — главный вокалист вашей группы?

Сюй Байчуань с гордостью ответил:

— Ну, как тебе?

Режиссер Лю усмехнулся:

— Не плохо!

Вскоре парни дошли до партии с гармониями.

Голос Фу Фэя слегка дрожал, он сильно нервничал. Тан Чэ тоже звучал зажато, переход на фальцет в высокой ноте вышел менее плавным, чем обычно, явно из-за волнения.

Мо Сюнь пел ровно, без ошибок, но с проблемами в контроле мимики. На крупном плане его лицо выглядело настолько серьезным, будто он на собрании.

Тань Цзюньвэнь, напротив, был самым раскрепощенным. Он был слабоват в вокале, но на большой сцене не напрягался. Возможно, сказался опыт участия в рэп-баттлах в прошлом году плюс его врожденная расслабленность. Перед камерой он смотрелся просто отлично.

Фан Иньнянь тоже держался стабильно.

Это была стабильность уровня мифического гвоздя, успокаивающего океан*!

П.п.: Фраза происходит из классического китайского романа «Путешествие на Запад», в котором волшебный посох Сунь Укуна мог менять размер и усмирять бурные воды океана.

За все выступление он не ошибся ни в одной ноте, ни разу не сбился с игры на рояле, и с легкостью взял высокие ноты.

Сюй Байчуань, слушая его, сиял от улыбки.

Не зря его выбрали главным вокалистом после долгих обсуждений!

В такой ситуации, если вокалист не держит уровень, все идет прахом.

Но если Иньнянь будет оставаться стабильным, хотя бы мелодия песни прозвучит хорошо. Остальным нужно просто скорректировать настроение и выступить лучше на самом шоу.

Когда песня закончилась, платформа плавно опустилась.

Ладонь Фан Иньняня была влажной от пота.

Режиссер Лю проверил запись и сказал:

— Еще раз. Когда платформа поднимется, осветители и реквизиторы, добавьте эффект «алмазного северного сияния». Три группы лучей и снегомашина с замка, приготовиться. 3, 2, 1, начали!

Никто не понял, что это был за эффект.

До этого белый прожектор выглядел вполне красиво.

Но когда репетиция повторилась, и они зависли в воздухе... Три луча света ударили с трех углов замка одновременно.

Показалось серебристое северное сияние с градиентом, усыпанное эффектом «дробленых алмазов».

Парни оказались в центре этого свечения, словно паря в галактике из бриллиантов!

Они переглянулись, переполненные эмоциями.

Сюй Байчуань восхитился:

— Потрясающий эффект!

Режиссер Лю улыбнулся:

— Специально для кульминации с высокими нотами. Пусть ваш вокалист покажет себя.

Сюй Байчуань с благодарностью пожал ему руку:

— Спасибо, режиссер Лю! Извини за столько репетиций, я заказал молочный чай для всей команды, скоро привезут. Всем спасибо за труд!

Режиссер Лю махнул рукой:

— Не стоит, ты слишком внимателен.

Сюй Байчуань подмигнул ребятам.

Пятеро парней дружно поклонились:

— Спасибо, режиссер Лю!

Режиссер Лю ответил:

— Не за что. Заканчивайте и освобождайте сцену, следом пойдут другие артисты.

Они вернулись за кулисы и уехали с менеджером.

По дороге Фу Фэй не удержался:

— Брат Сюй, почему режиссер вдруг поменял свет? Эффект с алмазами и сиянием — просто космос!

Тань Цзюньвэнь тоже заинтересовался:

— Как они сделали эти «дробленые алмазы»? Выглядит в разы круче обычного света.

Сюй Байчуань объяснил:

— Комбинация лазеров, звездного проектора и снегомашины с крыши. Как будто с неба рассыпали алмазы. Режиссер Лю просто решил добавить изюминку, раз вы хорошо спели.

Все замолчали.

Какой же он классный!

Сюй Байчуань посмотрел на них:

— В шоу-бизнесе важно уважать закулисье, это окупается.

Парни дружно закивали.

Ведь именно режиссер решал, как будет выглядеть шоу.

Если бы он настоял на отказе от рояля, им пришлось бы подчиниться. Хорошо, что сегодня все сложилось удачно, и еще свет улучшили.

Фу Фэй сжал кулаки:

— Вернусь и еще потренируюсь! На выступлении нельзя нервничать. У меня там на высоте аж коленки тряслись, первый раз в жизни так высоко пел!

Тан Чэ добавил:

— Я тоже. Впервые на таком огромном стадионе.

Он взглянул на Фан Иньняня:

— А ты вообще не волновался?

Парень вытер потные ладони:

— Очень волновался. Но я с детства играю на фортепиано. Когда сажусь за инструмент, весь мир будто затихает, и я успокаиваюсь.

Тань Цзюньвэнь удивился:

— Значит, фортепиано для тебя не дебафф, а бафф*?

Фан Иньнянь кивнул:

— Да. Он как друг, помогает сосредоточиться.

Сюй Байчуань одобрительно сказал:

— Репетиция прошла хорошо. Иньнянь, ты молодец. Остальным надо работать над уверенностью. Теперь вы знаете, чего ждать, и выступите еще лучше!

Пятеро парней ответили хором:

— Поняли!

Мо Сюнь предложил:

— Завтра репетиций нет, давайте сами позанимаемся? Чтобы наверняка.

Фу Фэй поддержал:

— Да! Споем еще несколько раз.

Тан Чэ кивнул:

— Согласен.

Тань Цзюньвэнь тоже согласился:

— Поддерживаю.

Похоже, боевой дух команды разгорелся в полную силу.

П.п.: В играх на персонажей могут накладывать положительные эффекты (баффы), которые увеличивают их силу, скорость, здоровье, ману и т.д., но также есть и отрицательные эффекты (дебаффы), которые, наоборот, занижают параметры.

http://bllate.org/book/11871/1060406