Готовый перевод Transmigrated to Twenty Years Ago and Adopted Myself / Переселился на двадцать лет назад и усыновил себя [❤️] ✅: Глава 3.2

В тунцзылоу* было два типа квартир. Цзян Вану предстояло жить в небольшой квартире с двумя спальнями, расположенной в углу. Большие окна обеспечивали хорошее освещение, но звукоизоляция была плохой. Даже при закрытых окнах он все равно слышал крики разносчиков снаружи.

П.п.: Тунцзылоу — тип жилого здания, которое обычно имеет цилиндрическую или трубчатую форму. Такие здания часто имеют общие коридоры и могут быть многоквартирными.

Дом вообще не ремонтировался должным образом. Пол был таким темным, что, казалось, на нем можно выращивать ячмень. Проводка на потолке выглядела отвратительно, напоминая артерии и кровеносные сосуды. А единственным освещением стала маленькая лампочка, приклеенная скотчем к стене.

И, наконец, было умное сенсорное устройство с экраном, которое, казалось, слишком долго лежало в воде, так что у него больше не было шансов на спасение. Его бросили в ящик маленького сломанного столика, едва не задев паучье гнездо.

Поразмыслив хорошенько, Цзян Ван пришел к выводу, что ему придется прожить в этом доме, пока его юная версия не закончит школу, и, возможно, ему даже придется скопить достаточно денег, чтобы оплатить учебу в университете.

«...Должен сам себя обеспечивать, черт возьми».

Цзян Ван потер брови, взял ключ и вышел.

Начальная школа Хуншань открыла свои ворота в 4:30 пополудни. В это время группа детей, раскрашенных в цвета грязной собаки, выбежала на улицу, возбужденно переговариваясь.

Когда Пэн Синван, держа в руках домашнее задание, высунул голову, среди седовласых бабушек и дедушек он увидел высокого мужчину с мрачным лицом.

— Учитель Цзи, он здесь! — Пэн Синван быстро сжал его руку и жестом попросил учителя, стоявшего позади него, посмотреть в ту сторону, куда он указывал.

Поначалу Цзян Вана так раздражали шумные и чрезмерно энергичные сорванцы, что он хотел достать пулемет. Услышав голос Пэн Синвана, он поднял голову и обнаружил, что мальчик ведет за собой молодого учителя.

Из-за своего условного рефлекса он отступил на шаг.

— Вы член семьи Пэн Синвана? — Молодой человек позволил ребенку крепко обнять себя и улыбнулся, на его щеках появились ямочки. — Я его учитель английского, моя фамилия Цзи.

Цзян Ван отказался смотреть ему в глаза, поэтому просто кивнул и отвернулся.

— Пойдем домой.

— Подождите минутку, — мягко сказал учитель Цзи, — этому ребенку не хватает... внимания. Вам удобно оставить свои контактные данные?

Пэн Синван посмотрел, как они обмениваются контактными данными, и тихо вздохнул с облегчением.

Отлично. Таким образом, даже если его продадут, дядя-полицейский все равно сможет найти его.

Группа детей, напоминавших Губку Боба Квадратные Штаны, по очереди поздоровались с учителем. Цзян Ван пробормотал несколько простых слов прощания и повел Пэн Синвана в переполненный маленький магазин канцелярских товаров по соседству.

Но внимание ребенка не было приковано к витрине.

— Ты боишься учителя Цзи?

Цзян Ван посмотрел на его юное и нежное лицо и ответил очень тихим голосом:

— Не боюсь.

— Учитель Цзи — самый красивый учитель в нашей школе! — Пэн Синван выглядел счастливым. — Он очень хорошо поет и никогда не пристает к нам!

«...Вот так ты весь день общаешься с другими».

Цзян Ван прищурился, но не сказал, о чем он думает.

— Пойди и выбери школьную сумку. Если у тебя нет учебника и линейки, давай купим их.

Пэн Синван отказался закрывать предыдущую тему и очень серьезно сказал:

— Брат, мне особенно нравится учитель Цзи. Тебе он тоже нравится?

— …

Ведя Пэн Синвана обратно в хостел, Цзян Ван несколько раз взглянул на мусоровоз.

«Странно. Обычно я не болтаю без умолку. Неужели этот болтливый мальчишка, которого я подобрал, не тот человек?»

Ребенок понятия не имел о желании Цзян Вана вышвырнуть его за дверь. Он долго прыгал вокруг с новой школьной сумкой и маленькой желтой шапочкой.

Пока они ждали сигнала светофора, он о чем-то задумался и внезапно высказал идею:

— Если бы мы не жили в хостеле, разве бы мы не выглядели как семья? — Пэн Синван почувствовал, что этот старший брат на самом деле был не так уж плох.

В любом случае, лучше было оказаться где угодно, только не возвращаться к отцу. По крайней мере, его не станут избивать.

Когда красный свет сменился зеленым, Цзян Ван протянул руку, чтобы поправить маленькую желтую шапочку, которая была на мальчике, и шагнул вперед.

— У нас уже есть дом. Я уберу его завтра, и послезавтра мы сможем переехать.

Внизу, в хостеле, они вдвоем выпили суп с клецками и съели жареные пельмени с капустой и свининой. После инцидента они остались в съемной комнате еще на один день.

На столе в номере стояла настольная лампа, что было намного лучше, чем в предыдущих условиях обучения ребенка.

Пэн Синван что-то бормотал во время чтения, а Цзян Ван сидел позади него и листал газету.

Он перевернул несколько страниц и отложил газету.

— Как насчет того, чтобы в будущем сменить свое имя?

Когда он родился, его имя было дано очень формально, но, тем не менее, они назвали его Пэн Синваном.

Смысл его имени заключался в том, что они надеялись на постоянное совершенствование старой семьи Пэн и то, что предки будут оставаться процветающими из поколения в поколение.

Родственники, которые имели образование, не могли этого вынести и сказали, что только крестьянина могли называть таким ломаным именем. В конце концов, они выбрали новые иероглифы для имени Синван*.

П.п.: В первом варианте имени Синван «син» имеет значение «радость», а «ван» имеет значение «процветание», во втором же иероглиф «син» имеет значение «звезда», а «ван» имеет значение «надежда», «желание».

Позже, когда ему исполнилось пятнадцать лет, он заблаговременно вступил в армию, пройдя специальный спортивный набор. В ходе расследования выяснилось, что он происходил из черной семьи*.

П.п.: Понятие «черной семьи» относится к детям, которые родились вне рамок политики «одна семья — один ребенок» и не были зарегистрированы в национальной системе домохозяйств. В данном случае подразумевается, что кто-то из его родителей был вторым, незарегистрированным, ребенком.

Когда Цзян Ван родился, система регистрации домохозяйств была развита довольно слабо, и в маленьких городах на это не обращали особого внимания. Нужно было только получить новую анкету и заполнить ее.

У него не осталось ни малейших воспоминаний об этом городе или о своем происхождении, поэтому он написал другую фамилию, соврав, что она принадлежит его матери, и сменил свое имя.

«Ладно, лучше забыть об этом».

Пэн Синван все еще с трудом справлялся с математическими вычислениями и едва не ломал пальцы, пытаясь сосчитать. Ему потребовалось много времени, чтобы среагировать на вопрос.

— Мм? Изменить на какое?

Цзян Ван неожиданно рассмеялся.

— В школе все зовут тебя Ван-цзай, ты не сердишься?

— Не сержусь. — Пэн Синван сидел на высоком стуле и покачивал ногами, выглядя таким же крепким и подвижным, как маленький лабрадор. — Они все думают, что от меня воняет, но все же было бы неплохо, если бы они называли меня моим настоящим именем.

Цзян Ван уже собирался просветить его на этот счет, но в его кармане раздался звуковой сигнал.

На этом телефоне был записан только один номер.

Цзян Ван опустил глаза и в одиночестве вышел на балкон.

— Здравствуйте, это господин Цзян?

— Мм.

— Это учитель Цзи, мы познакомились сегодня днем.

Цзян Ван опустил голову и уставился вдаль на размытый тусклый свет. Долгое время он не издавал ни звука.

— Насчет семейного дела Пэн Синвана… Вы сказали, что в принципе понимаете всю ситуацию. Если вам удобно, пожалуйста, отвезите его в больницу на медицинский осмотр, чтобы убедиться, что он здоров.

Голос мужчины был чистым и мягким, как будто он был добр ко всему на свете.

— Я всегда очень беспокоился о нем.

http://bllate.org/book/11824/1054580