Готовый перевод Transmigrated to Twenty Years Ago and Adopted Myself / Переселился на двадцать лет назад и усыновил себя [❤️] ✅: Глава 2.2

Один взрослый и один ребенок бесцельно бродили по улице, через некоторое время свернув к магазину спортивных лотерей.

Старый телевизор, который показывал футбол, все еще имел черно-белый экран. Его сигнал был не очень хорошим. Время от времени на экране появлялись помехи, из-за чего старик несколько раз хлопал по нему.

Такие места в основном предназначались для пенсионеров, которые могли поиграть в карты и поболтать. Несколько заведений открылись ранним утром, но внутри уже было много людей.

Старик, владеющий магазином, увидел мужчину с ребенком на руках и недружелюбно спросил:

— Что-то не так?

Цзян Ван уставился на телевизор и через некоторое время спросил:

— Это чемпионат мира?

— Чтобы посмотреть игру, нужно купить лотерейные билеты, — безапелляционно ответил старик. — Свободных мест нет, вы можете только стоять.

Пэн Синван робко выглянул на улицу, не зная, стоит ли ему сейчас сбежать или нет.

Цзян Ван не любил смотреть футбол.

У него было до смешного мало интересов, и все эти годы он провел практически в одиночестве.

В первые несколько лет его работы в арендованном доме, где он жил, в гостиной стоял проекционный экран. Один из соседей по комнате смотрел там футбол, когда был свободен по выходным. Он даже находил игры за предыдущие несколько лет и включал их, чтобы смотреть снова и снова.

Время от времени Цзян Ван брал напитки, которые ему предлагал жизнерадостный сосед, в то время как тот продолжал пить, даже если он находился рядом с ним в полусне.

Иногда, когда какая-то команда забивала гол, в гостиной раздавался громкий шум, который можно было услышать даже наверху. Цзян Ван потягивал алкоголь и некоторое время смотрел на экран затуманенными глазами, а затем засыпал.

Старик решил прогнать этих двоих, но не ожидал, что мужчина достанет пачку банкнот.

Глядя на купюры, ему казалось, что они вломились сюда только для того, чтобы проиграть свои деньги.

Цзян Ван отсчитал 108 юаней и протянул их мужчине за стойкой.

— Польша — Эквадор, ставка на 0:2.

Старик с подозрением взглянул на него, затем проверил все 50- и 20-юаневые купюры с помощью детектора и медленно двинулся регистрировать билет.

Рядом с ним мужчина средних лет, который прятался от жены, чтобы посмотреть матч, рассмеялся.

— Ты поставил на Эквадор? В прошлом году в товарищеском матче Польша выиграла у них со счетом 3:0. Молодой человек, не играй, если просто хочешь сделать ставку на непопулярных игроков.

— Игра нападающего Журавского* — чертовски крута. — Человек рядом с ним улыбнулся и стряхнул пепел с сигареты. — Послушай меня, ты не проиграешь, если поставишь все на Польшу.

П.п.: Мацей Журавский, польский футболист.

Пэн Синван нашел маленький табурет и сел, но через некоторое время уснул прямо за столом.

Два часа спустя Цзян Ван положил новенькие 500 юаней в карман, наклонился и отвесил ребенку легкий подзатыльник.

— Ай! — Пэн Синван поднял руки, чтобы защитить голову. — Больно!

— Ты пьешь газировку? — Цзян Ван выглядел так, будто задавал вопрос, но уже открыл морозильник рукой. — Какую именно?

Пэн Синван был начеку.

— Я не пью ее.

Цзян Ван все же сделал то, что хотел, и взял две бутылки газировки «Бинъян».

Босс открыл для них бутылки и, пока ему было нечем заняться, поинтересовался:

— Этот мальчик — твой сын?

— Как такое возможно? — Уголок рта Цзян Вана дернулся. — Я бы не смог родить такого дурака.

В полдень они вернулись в школу и отправились в отдел по учебным вопросам, чтобы купить комплект школьной формы, белые туфли, красный галстук* и маленькую желтую шапочку.

П.п.: Скорее всего речь идет о красном пионерском платке.

Пока они расплачивались, один из присутствующих там же учеников узнал Пэн Синвана и уставился на него, а затем с любопытством посмотрел на Цзян Вана.

— Ван-цзай*, кто это?

П.п.: Иероглиф «цзай» имеет значение «младший», «детеныш», «ребенок». Грубо говоря, его называют «ребенок Ван».

— Мой старший брат! — решительно и жизнерадостно крикнул Пэн Синван.

Давление воздуха вокруг Цзян Вана необъяснимым образом понизилось.

Учитель был обеспокоен тем, что семья ребенка уже некоторое время не платила деньги. Он вздохнул с облегчением, когда увидел, что кто-то наконец-то согласился позаботиться об этом.

Учитель достал хорошо подогнанную одежду и передал ее мальчику.

Ребенок с сияющими глазами обнял свою одежду и бросился в ванную переодеваться. Переодевшись, он выбежал наружу и, глупо смеясь, стал дергать Цзян Вана за одежду, то и делая спрашивая:

— Хорошо смотрится?!

Цзян Ван подумал про себя, что цвет, как у грязной собаки, мог бы выглядеть получше, но все же прищурился и неохотно кивнул.

Улыбка Пэн Синвана стала еще ярче. Наконец, он мог слиться с другими учениками начальной школы цвета грязной собаки.

— Я пойду на урок?!

Как только Цзян Ван поднял голову, его взгляд внезапно остановился.

В другом конце коридора показалась знакомая фигура.

На правом запястье стройного молодого человека болтался кусочек белого нефрита. Он был прекрасен, как луна в летнюю ночь.

Казалось, течение времени замедлилось, когда Цзян Ван сделал шаг вперед. Он почувствовал себя учеником, который наконец-то вернулся в школу, чтобы навестить своего учителя спустя 20 лет.

Учитель увидел Пэн Синвана в новой школьной форме, улыбнулся и погладил его по голове, чтобы похвалить за опрятный внешний вид, затем взял его за руку и повел в класс.

Цзян Ван ошеломленно застыл, глядя на молодого человека, а потом долго еще стоял не в силах двинуться с места. Следом он опустил взгляд на старое пальто, которое держал в руках.

…Он даже не помнил, как зовут этого учителя.

http://bllate.org/book/11824/1054576