Готовый перевод Accidentally Seducing the Villain / Случайно соблазнила злодея: Глава 36

Весенний ветерок нежно ласкал землю, повсюду цвели благоухающие цветы, и их аромат разносился далеко. Утренние лучи падали на цветущее поле, окутывая каждый цветок тонкой золотистой дымкой.

И среди этого моря цветов ярко выделялось одно белое пятно.

Су Няньчжи замерла и осторожно приблизилась к тому белому следу.

— Это Се Ванцин?

Она остановилась перед густыми кустами пионов и увидела, как среди них спит белая лиса.

Солнечный свет мягко ложился на её спину.

Лиса свернулась калачиком; девять пушистых хвостов раскинулись вокруг — одни стелились по земле, другие покрывали её подбородок, служа подушкой во сне.

Золотистые лучи окутали её, словно завеса из светящегося тумана.

Внезапно на один из её пушистых ушей села розовая бабочка. От лёгкого прикосновения ухо слегка дрогнуло.

Белая лиса лениво приоткрыла глаза, расправила хвосты и потянулась, вытянув стройное тело. Её алые глаза сияли чистотой и глубиной, будто прозрачная вода.

Она подняла с земли пион, зажала его в зубах и побежала в сторону Су Няньчжи.

А прямо за спиной Су Няньчжи стояла женщина в простом светлом платье.

— Ванцин, — окликнула она белую лису.

Лиса сделала круг вокруг неё и положила цветок ей на ладонь.

Женщина ласково погладила Се Ванцина по спине, но в следующий миг её лицо исказилось от боли, и из горла хлынула кровь.

— Мама!

Белая лиса мгновенно обрела человеческий облик. Даже её пушистые ушки теперь были окроплены горячей кровью.

Ушки слегка дрогнули назад — будто от недоумения.

Маленький Се Ванцин схватил холодные пальцы матери.

А пион, который он только что подарил ей, теперь был пропитан кровью.

Се Ванцин взял цветок, и капли крови превратили его лепестки в алые.

Он растерянно смотрел на мать:

— Мама, тебе плохо?

Сунъяо сжала губы, и от них разлился запах крови.

Дрожащей рукой она коснулась щёчки сына и вымученно улыбнулась:

— Ванцин, подожди меня здесь. Я обязательно вернусь до заката, хорошо?

— Вот тебе немного еды и одежда. И помни: если станет холодно, обязательно надевай тёплую одежду, не просто укрывайся хвостами, понял?

Сунъяо закончила говорить, и Се Ванцин бережно принял узелок, завёрнутый в грубую синюю ткань. Он кивнул:

— Хорошо!

Его ушки при этом радостно задвигались.

Сунъяо улыбнулась и отпустила его. Потом повернулась и пошла прочь, в сторону утреннего света, шатаясь и еле держась на ногах.

Су Няньчжи сжало сердце. Судя по сюжету книги, принцесса Сунъяо умерла именно в горах.

Неужели… она умрёт сегодня?

— Ванцин будет ждать маму!

Се Ванцин крикнул вслед уходящей матери. Та на мгновение замерла, но затем, собрав всю волю, ушла в тень, опираясь на больное тело.

Лёгкий ветерок колыхнул цветы.

— Этот османтусовый пирожок мама любит, оставим ему. Персиковое печенье тоже ей нравится. И вот эти кизиловые ягоды на палочке! Она ещё не пробовала — говорила, что они вкусные. Подождём маму и съедим вместе.

Се Ванцин уселся на плоский камень и аккуратно разложил содержимое узелка по категориям.

Су Няньчжи смотрела на него и чувствовала, будто иглы вонзаются ей в сердце.

Се Ванцин не знал, что его мать больше никогда не вернётся.

Он то бегал вокруг камня, то срывал цветок и зажимал его в зубах.

Устав, он снова сел на камень и начал болтать ногами.

Утро сменилось тёплым полуднем.

— Почему мама всё ещё не идёт…

Се Ванцин держал в руках османтусовый пирожок, с надеждой глядя вдаль, но так и не поднёс его ко рту.

Он смотрел туда, куда ушла Сунъяо, — от самого зенита солнца до заката, но так и не дождался её.

А Су Няньчжи всё это время стояла за его спиной.

Она оперлась на тот же камень и протянула руку, чтобы погладить его лисьи ушки. Она думала, что её рука пройдёт сквозь него.

Но как только её пальцы коснулись Се Ванцина, она почувствовала знакомую мягкость и тепло под ладонью.

— Кто это?

Ухо Се Ванцина стало тёплым. Он обернулся, но никого не увидел.

Тогда он снова опустил голову и заметил пион, испачканный кровью.

Когда он потянулся за ним, вдруг донёсся разговор двух дровосеков, проходивших мимо цветущего поля:

— Ты слышал? Принцесса Сунъяо пообещала императорскому двору избавиться от своего полу-демона-сына.

— Правда? Я и сам думаю, что такие полу-демоны — сплошная беда. Зачем их держать? Люди их не принимают, да и в мире демонов им нет места.

Су Няньчжи вздрогнула и попыталась зажать уши Се Ванцина, но не успела — он уже встал.

Се Ванцин опустил голову и ничего не сказал. Только пион в его руках упал на землю.

— Мама бы меня никогда не бросила. Она самая добрая на свете…

— Я буду ждать её.

Его голос становился всё тише и тише.

Се Ванцин в книге описан как ребёнок с острым умом. Он целый день прождал мать и не увидел её — разве мог он не понять, что она бросила его?

Его хвосты, обычно послушные и мягкие, теперь нервно хлестали по воздуху, сметая и круша всё вокруг — даже только что распустившиеся цветы.

— Больше не буду любить цветы!

Он растоптал пион ногой, и все пирожки из узелка рассыпались по земле. Лишь кизиловые ягоды на палочке остались целыми.

Это и была та самая палочка с ягодами, которую Су Няньчжи увидит позже.

— Неужели мама правда меня бросила?

Шёпот Се Ванцина вернул Су Няньчжи к реальности.

Она вздрогнула. Фулин говорила, что такой иллюзорный мир заставляет человека столкнуться с самым страшным страхом, и тогда он навсегда остаётся в ловушке.

А самый большой страх Се Ванцина — это…

— Брошенность!

*

Ночной ветер принёс с собой холод. Под бледным лунным светом в цветущем поле сидела одинокая фигура.

— А-а-а…

Се Ванцин открыл рот и впился клыками себе в предплечье. Его ушки тревожно дёргались, а из раны хлынула кровь, пропитав одежду.

— Если я умру… мама вернётся?

По его щекам катились слёзы, смешиваясь с кровью.

Су Няньчжи хотела остановить его, но снова не могла дотронуться.

А Се Ванцин продолжал кусать себя.

Тогда Су Няньчжи резко шагнула вперёд и крепко обняла его.

— Я ведь ещё здесь! Я весь день с тобой сидела!

Из её уст вырвался детский голосок.

Су Няньчжи удивилась — она действительно смогла его обнять.

Се Ванцин перестал двигаться и растерянно посмотрел на неё.

Только вот…

— Почему я стала ещё младше Се Ванцина?..

Теперь она выглядела явно моложе его — носик покраснел от холода, а лицо всё ещё было с сосисочным ртом и бровями-перевёртышами.

— Не испугается ли он меня сейчас?.. — подумала она.

Но Се Ванцин поднял руку и провёл пальцем по её бровям.

И вдруг улыбнулся сквозь слёзы.

Су Няньчжи решила не обращать внимания на свою внешность и громко, но мягко сказала:

— Эй, не плачь.

Она крепко сжала его рукав:

— Давай я помогу тебе найти маму?

— Правда? — глаза Се Ванцина загорелись надеждой.

Су Няньчжи почувствовала себя похитительницей детей.

Она подняла голову и уверенно ответила:

— Конечно! Я буду с тобой, пока мы не найдём твою маму.

Ушки Се Ванцина радостно дрогнули. Су Няньчжи не удержалась и потёрла их ладонями.

Он не отстранился, а позволил ей играть с ушками.

— Хорошо, пойдём вместе, — весело рассмеялся маленький Се Ванцин.

Его звонкий смех растворился в воздухе, и в тот же миг цветы закружились в вихре, а лунный свет стал холоднее.

Перед Су Няньчжи исчез маленький Се Ванцин и вместо него появился юноша в белых одеждах.

Рука Су Няньчжи, которая только что гладила ушки, теперь лежала у него на бедре.

Она замерла.

Юноша медленно открыл глаза, и в них ещё плескался туман сна — он явно не до конца вышел из иллюзии.

Су Няньчжи растерялась:

— Разве он уже не выбрался? Почему…

Она не договорила — посреди цветочного поля внезапно возникла женская фигура.

Стройная, с тонкой талией, её шёлковая юбка развевалась на ветру, распространяя лёгкий цветочный аромат.

Женщина подошла к Се Ванцину и положила руки ему на плечи.

Лунный свет осветил её лицо.

— Это я? — изумилась Су Няньчжи.

Перед ней стояла точная копия её собственного лица — только с кокетливым, соблазнительным выражением.

«Су Няньчжи» прильнула к Се Ванцину и потянула его за собой:

— Ванцин… пойдём со мной.

Се Ванцин послушно последовал за ней.

— Эй! Я настоящая Су Няньчжи! — закричала Су Няньчжи и схватила его за рукав.

Но фальшивка обернулась и насмешливо усмехнулась:

— Ванцин, открой глаза. Посмотри на нас…

— Кто из нас — настоящая Су Няньчжи?

— Ванцин… открой глаза, — продолжала фальшивка, прижимаясь к нему. — Посмотри на нас с ней…

— Кто из нас — Су Няньчжи?

Она игриво смотрела на Су Няньчжи, и на её лице, идентичном лицу Су Няньчжи, играл соблазнительный огонёк.

Су Няньчжи перевела взгляд на горло фальшивки — и замерла.

Это был мужчина!

Даже не женщина — а переодетый мужчина!

— Се Ванцин! — закричала она. — Внимательно посмотри! Он мужчина! Я — настоящая Су Няньчжи!

Она изо всех сил тянула его за рукав, но теперь она была ребёнком, и её силы не хватало, чтобы удержать его.

Личико Су Няньчжи покраснело от усилий, но Се Ванцин всё ещё прислонялся к фальшивке.

Та даже усмехнулась Су Няньчжи:

— Ванцин, посмотри на неё. Разве она хоть немного похожа на меня?

Фальшивка развернула Се Ванцина к себе. Его обычно живые, полные тепла глаза теперь были затянуты серой пеленой, без единого проблеска света.

Он тупо смотрел на «Су Няньчжи», которая указывала на настоящую Су Няньчжи и смеялась:

— Эти брови-перевёртыши и сосисочный рот… разве это я?

— Согласен, Ванцин?

Она наклонилась к его уху и тихо выдохнула тёплый воздух.

Су Няньчжи похолодела. Как он смеет использовать её лицо, чтобы так обращаться с Се Ванцином?

Если Се Ванцин очнётся, он наверняка захочет выпить всю её кровь и содрать с неё кожу!

К тому же, зачем фальшивке так нежничать с ним? Неужели Се Ванцин поверит?

Конечно, нет…

Су Няньчжи пыталась успокоить себя, но не успела додумать — фальшивка уже провела мизинцем по шее Се Ванцина и томно улыбнулась:

— Ванцин, скажи, мы хоть чем-то похожи? Да и вообще, она же ещё ребёнок — зубов толком нет! Разве может сравниться со мной?

Се Ванцин помолчал, потом тихо произнёс:

— Не похожи… вы совсем не похожи.

Его губы чуть шевельнулись, глаза наполнились водной гладью, и он улыбнулся — той самой тёплой, весенней улыбкой.

Он смотрел прямо на Су Няньчжи в её уродливом обличье и сказал, как всегда:

— Она — не Су Няньчжи.

— Я не ошибусь.

http://bllate.org/book/11128/995353