Яо Биню ещё казалось, что Сань Бай на застолье окажется надменной и скованной, но она оказалась удивительно открытой — сама подняла бокал, чтобы поблагодарить собравшихся.
— Юэ дао, на церемонии вручения премий я так и не выпила с вами — это моя вина.
Тонкие пальцы Сань Бай легко подняли бокал с красным вином.
— Выпью первой!
Чётко, уверенно, с обаятельной и соблазнительной улыбкой.
Юэ Чжоу, разумеется, принял тост:
— Саньсань, ты слишком скромна.
После того как она чокнулась с Юэ Чжоу, Сань Бай подняла бокал и перед Яо Бинем. Тот поспешил отказаться:
— Да что вы! Не смею!
Но всё же пригубил вместе с ней.
Разговоры и вино постепенно согрели атмосферу.
В номере кондиционер работал на полную мощность. Холодный воздух дул прямо на Сань Бай сверху, и спустя двадцать минут её шея уже окоченела.
Хуан Цзяци, до этого беседовавший с Юэ Чжоу, вдруг перевёл взгляд на неё:
— Госпожа Сань, вам нехорошо?
Ему было около сорока. Он носил чёрные очки в тонкой оправе, был безупречно одет в строгий костюм, и его улыбка казалась дружелюбной.
Сань Бай улыбнулась:
— Просто немного замёрзла.
Хуан Цзяци слегка кивнул стоявшему рядом человеку:
— Поменяйтесь местами с госпожой Сань?
Все в этом кругу были хитрецами — тот сразу понял намёк:
— С удовольствием.
Сань Бай на пару секунд задумалась, затем кивнула:
— Тогда извините за беспокойство.
Холодный воздух действительно доставлял дискомфорт, да и новое место находилось рядом с Яо Бинем — знакомым лицом.
Усевшись, Сань Бай невольно взглянула на чёрные очки Хуан Цзяци и вдруг подумала: «Лу Шэнь в очках выглядит куда элегантнее».
Хуан Цзяци поймал её взгляд и улыбнулся, протягивая бокал:
— Госпожа Сань, позвольте мне выпить за вас.
Сань Бай вернулась из задумчивости:
— Это я должна выпить за вас.
Прошло ещё немного времени, и все уже заметно порозовели от вина.
Хуан Цзяци вдруг приблизился к Сань Бай:
— Госпожа Сань, вы хорошо держите алкоголь?
Как только он подвинулся ближе, резкий запах табака ударил Сань Бай в нос, и она едва могла дышать.
Она чуть отодвинулась в сторону Яо Биня и коротко ответила:
— Нормально.
Взгляд Хуан Цзяци опустился ниже — на её грудь. Жемчужное ожерелье подчёркивало округлость форм и делало кожу ещё белее.
Он вдруг потянулся и провёл ладонью по её руке, мягкой, как нефрит:
— Говорят, вы расстались с господином Лу?
Сань Бай напряглась.
А он наклонился ближе и прошептал:
— Не хотите рассмотреть другого кандидата? Например, меня?
Сань Бай резко вскочила и отдернула руку:
— Господин Хуан, будьте благоразумны!
Её движение было таким внезапным, что стул громко заскрипел, а голос прозвучал чётко и громко.
Хуан Цзяци ничуть не смутился — наоборот, с интересом усмехнулся:
— Какая характерная девушка!
Яо Бинь тут же встал между ними, загораживая Сань Бай:
— Саньсань ещё молода, неопытна. Если что-то не так — прошу прощения за неё. Давайте я выпью вместо неё.
Хуан Цзяци прищурился и вдруг со злобой швырнул бокал на пол:
— А ты кто такой?! Убирайся прочь!
Он холодно добавил:
— Не забывай: мы в Гонконге.
Подтекст был ясен: здесь он может устроить им любые неприятности.
В комнате воцарилась гробовая тишина.
Снаружи доносился приглушённый голос Майцзы — её, видимо, не пускали:
— Пожалуйста, я просто загляну!
Через несколько секунд Хуан Цзяци снова схватил Сань Бай за запястье и с издёвкой произнёс:
— Сама пересяла ко мне, одета так provocatively… Неужели не для того, чтобы соблазнить? Я даже не против, что ты уже «б/у», а ты тут изображаешь целомудрие?
Сань Бай стиснула зубы и опрокинула на него содержимое блюда.
Тот взбесился:
— Сука!
Всё превратилось в хаос.
В суматохе жемчужное ожерелье на шее Сань Бай порвалось, и жемчужины с чистым звоном покатились по полу.
В тот же миг дверь с грохотом распахнулась.
Сань Бай обернулась.
В проёме стоял Лу Шэнь.
На нём был синий повседневный пиджак, под ним — белая футболка, тёмные джинсы и белые кроссовки без каблука.
Несмотря на простой наряд, от него исходила леденящая кровь аура — один лишь взгляд заставлял дрожать.
Он сделал два шага вперёд и остановился перед Сань Бай.
Весь зал замер.
Сань Бай неожиданно почувствовала, как нос защипало, на глаза навернулись слёзы — и в то же время в груди возникло странное чувство облегчения и защищённости.
Яо Бинь одной рукой держал Хуан Цзяци, другой прикрывал Сань Бай. Увидев Лу Шэня, он выглядел так, будто только что получил милость небес:
— Господин Лу! Вы пришли!
Лу Шэнь кивнул ему, снял пиджак и накинул Сань Бай на плечи.
Футболка сегодня была немного узкой, и контуры мощных мышц груди и рук отчётливо проступали под тканью — это вызывало невероятное ощущение безопасности.
Сань Бай подняла на него глаза:
— Как ты здесь оказался?
Лу Шэнь не ответил на вопрос.
Он осторожно осмотрел её:
— Ты не ранена?
Сань Бай покачала головой:
— Нет, но ожерелье…
Лу Шэнь перебил:
— Главное, что с тобой всё в порядке.
Он протянул ей свой дымчато-серый телефон, медленно поправил очки с матовой чёрной оправой и спокойно произнёс, обводя взглядом всех присутствующих:
— Все, кроме него, выходят.
Кто именно останется — догадаться несложно.
Яо Бинь тут же организовал выход остальных.
Лу Шэнь опустил глаза на Сань Бай:
— Подожди меня снаружи.
Сань Бай тревожно посмотрела на него:
— Ты… что собираешься делать?
— Что я могу сделать? — Он приподнял бровь. — Просто поговорить с господином Хуаном.
Глаза Сань Бай были чистыми, как родниковая вода.
Он провёл большим пальцем по её подбородку:
— Молодец.
Сань Бай кивнула и слегка сжала его руку:
— Будь осторожен.
Майцзы и Юйцзы наконец протиснулись внутрь и вывели её.
Лу Шэнь захлопнул дверь ногой.
В замкнутом пространстве Хуан Цзяци только успел отряхнуться, как Лу Шэнь с размаху врезал ему кулаком в живот. Тот согнулся, задыхаясь.
Едва он пришёл в себя, как его схватили за воротник и швырнули на стол — посуда посыпалась на пол.
Хуан Цзяци заорал:
— Из-за этой шлюхи… А-а-а!
«Хруст!» — Лу Шэнь одним движением вывихнул ему челюсть.
Хуан Цзяци открывал рот, но не мог вымолвить ни слова.
Кулаки сыпались на него, как град.
На лице Лу Шэня появилось редкое выражение жестокости.
— Даже если бы мы были в твоём доме, я бы всё равно избил тебя, — холодно произнёс он, с силой придавив ногой голень Хуан Цзяци.
Тот завыл от боли.
Лу Шэнь с презрением посмотрел на него сверху вниз:
— Не смей использовать женскую одежду как оправдание своей похоти и мерзости.
С этими словами он убрал ногу и отряхнул руки, будто боясь запачкаться.
Сань Бай не выдержала и ворвалась обратно, обеспокоенно глядя на него.
— Лу Шэнь…
Лу Шэнь подошёл к ней и едва заметно улыбнулся:
— Всё в порядке.
Повсюду валялись осколки, Хуан Цзяци лежал в углу, не в силах подняться, а Лу Шэнь выглядел невредимым.
Сань Бай перевела дух и начала собирать жемчужины с пола.
Лу Шэнь попытался поднять её:
— Пусть этим займутся сотрудники отеля.
Сань Бай решительно отказалась:
— Нельзя! Это же мамине ожерелье.
Лу Шэнь смягчился и опустился на колени рядом с ней. Майцзы и Юйцзы тоже присоединились к поиску.
Вскоре они собрали все сорок жемчужин.
Сань Бай аккуратно сложила их в маленький мешочек и спрятала в сумочку.
— Починю и сразу верну тебе, — с виноватым видом сказала она.
Лу Шэнь кивнул и легко обнял её за плечи.
Сань Бай на мгновение замерла, но не отстранилась.
Лу Шэнь бросил визитку Хуан Цзяци под ноги:
— Если захочешь подать в суд — я всегда к услугам.
Он вывел Сань Бай наружу.
У двери собралась вся съёмочная группа «Дальнего Пути».
Лу Шэнь кивнул Яо Биню:
— Спасибо. Вернёмся в Наньчэн — угощу лично.
Яо Бинь сиял от радости:
— Вы слишком добры!
Они распрощались и направились к выходу. У дверей отеля двоих охранников в костюмах уже держали охранники.
Лу Шэнь спокойно сказал менеджеру:
— Передайте господину Линю мою благодарность.
Менеджер учтиво улыбнулся:
— Господин Линь уже всё предусмотрел. Не стоит благодарности.
У входа уже толпились журналисты.
Вспышки камер озарили всё вокруг, как дневной свет.
— Правда ли, что вы из-за госпожи Сань подрались с господином Хуаном?
— Как насчёт слухов о ваших отношениях с Вэнь Лань?
— Каков ваш статус сейчас?
— …
Лу Шэнь прижал Сань Бай к себе и, крепко сжимая её запястье, быстро провёл к автобусу для съёмочной группы.
Автобус мгновенно уехал, оставив репортёров далеко позади.
Сердце Сань Бай всё ещё колотилось. Она посмотрела на его руку, сжимающую её запястье, и только сейчас осознала:
— Лу Шэнь, ты… ради меня подрался?
Когда она ждала у двери, внутри раздался громкий шум. Она уже хотела ворваться внутрь, но Майцзы и Юйцзы удержали её, сказав, что она только помешает.
Потом раздался такой пронзительный крик, что, хоть она и поняла — это не голос Лу Шэня, всё равно не выдержала и вбежала.
К счастью, с ним всё было в порядке, и, судя по всему, он просто устроил Хуан Цзяци одностороннюю порку.
Но даже теперь, когда всё закончилось и они сидели в машине, Сань Бай не могла поверить: всегда сдержанный и холодный Лу Шэнь из-за того, что кто-то посмел к ней прикоснуться, устроил драку без тени светской вежливости.
Видя её изумление, Лу Шэнь усмехнулся.
Красный неон за окном мелькнул, освещая резкие черты его лица.
— Ради тебя я уже лазал по окнам, — с лёгкой хрипотцой в голосе сказал он. — Так что драка — это что-то особенное?
23
Его смех был тихим.
Холодный тембр.
Соблазнительная хрипотца в конце фразы.
Его лицо — резкое, почти агрессивно красивое — было совсем близко.
Всё, что нравилось Сань Бай, собралось здесь и сейчас.
А в ушах всё ещё звучало: «Ради тебя я уже лазал по окнам, так что драка — это что-то особенное?»
В этих словах чувствовалась неожиданная нежность.
Сань Бай почувствовала странное волнение, а кожа на запястье, где он её держал, начала гореть.
Она слегка пошевелила рукой, пытаясь высвободиться.
Лу Шэнь почувствовал движение и ослабил хватку.
В салоне повисла томительная тишина.
Майцзы и Юйцзы, сгорая от любопытства, мысленно кричали от восторга, ограничиваясь лишь серией восклицательных знаков.
Автобус проехал ещё немного, и Сань Бай вспомнила:
— Как ты вообще оказался в Гонконге?
Она с подозрением посмотрела на него:
— Тебя же ограничили в расходах. Откуда у тебя деньги?
Лу Шэнь спокойно ответил:
— Приехал по делу — обсуждать проект недвижимости. На поезде.
Сань Бай изумилась:
— На поезде?
Лу Шэнь указал на внутренний карман пиджака:
— Билеты там.
Сань Бай вытащила их.
При тусклом свете она долго смотрела на два синих бумажных билета и не могла поверить: он правда двадцать четыре часа ехал на поезде?
Она с изумлением посмотрела на Лу Шэня:
— Можно у тебя взять интервью? Каково твоё первое впечатление от поездки на поезде?
— …
Лу Шэнь:
— Давай не будем об этом?
Ведь чем больше говоришь, тем больше ошибок сделаешь.
На самом деле Сань Бай тоже не ездила на поезде лет пятнадцать и не знала, что теперь можно просто показать паспорт на станции. Лу Шэнь достал билеты исключительно для неё.
Но в её ушах его слова прозвучали немного печально.
Сань Бай почувствовала, что ему нелегко, но при этом ей хотелось смеяться.
Однако тут же вспомнила другое:
— А с Хуан Цзяци ничего не будет? Ты ведь сейчас без средств, да ещё и на его территории. Точно всё в порядке?
Лу Шэнь мягко ответил:
— Не волнуйся, я знаю, что делаю.
Сань Бай всё ещё с тревогой смотрела на него, пытаясь понять, правда ли это.
Лу Шэнь слегка улыбнулся:
— Ты думаешь, у меня здесь нет знакомых? Вспомни, почему его охрана не смогла войти?
Вспомнив слова менеджера отеля, Сань Бай наконец успокоилась и спросила:
— А в каком отеле ты остановился?
http://bllate.org/book/10738/963166
Готово:
