Готовый перевод How to Break the Sudden Transformation into a Coquettish Spirit / Что делать, если внезапно стала капризулей: Глава 19

Чжао Чжэн ещё не заметил, что с этой девчонкой что-то неладно, и уже собирался продолжить поддразнивать её, как вдруг Руань Синьсинь издала звук «аууу» и вцепилась зубами ему в шею.

От боли Чжао Чжэн слегка прищурился.

Хорошо ещё, что силы покинули её полностью — тело стало мягким и безвольным. Иначе сегодня он бы точно оставил здесь свою сонную артерию.

Чжао Чжэн поспешно отстранил Руань Синьсинь и увидел, что её глаза затуманены, но тело всё равно тянется к нему, а изо рта бессвязно доносится:

— Чжао Чжэн… хочу тебя.

Дыхание у него перехватило. Он помолчал немного и спросил:

— Тебе плохо?

Руань Синьсинь не ответила. Просто если она не получала «еды», ей становилось невыносимо — слёзы сами навернулись на глаза.

Чжао Чжэн убедился, что с ней действительно что-то не так, и, скорее всего, обычный поцелуй уже не поможет. Она будто окончательно потеряла рассудок и теперь не стала бы сопротивляться ни при каких обстоятельствах.

Его взгляд потемнел. Он наклонился к самому уху Руань Синьсинь и тихо прошептал:

— Скажи «муж», и я тебя обниму. Хорошо?

Руань Синьсинь, совершенно растерянная, надула губы:

— Какой муж? Мне нужен только Чжао Чжэн!

Чжао Чжэн беззвучно усмехнулся. Пальцем он осторожно отвёл прядь волос, упавшую ей на лицо, провёл по её губам и, наконец, поднёс палец к её зубам:

— Милая, сама разгрызи.

Хотя они находились на кухне, под рукой был лишь кухонный нож. Чжао Чжэн, конечно же, не собирался резать себя этим. Да и ситуация сегодня вышла совершенно неожиданной — никаких запасных средств под рукой не оказалось.

Руань Синьсинь тоже была вне себя: взяв его палец, пахнущий так аппетитно, она тут же впилась в него зубами. Чжао Чжэн нахмурился от боли и лишь тогда, когда она прокусила кожу, его черты немного расслабились.

Кровь оказалась действеннее поцелуя: Руань Синьсинь всего пару раз лизнула рану — и сознание начало возвращаться. Сначала она растерянно моргала, но, осознав, что снова сосёт чужую кровь, испуганно отскочила в сторону.

Чжао Чжэн внимательно следил за её лицом. Убедившись, что цвет кожи снова стал ровным и белым, а глаза прояснились, он спокойно спросил:

— У тебя дома есть пластырь?

Слёзы у Руань Синьсинь хлынули сразу.

Она хоть и была ошеломлена, но, увидев рану на пальце Чжао Чжэна, сразу поняла, что произошло. Всё это было слишком шокирующим. Она чувствовала перед ним вину и боялась, что превращается в монстра.

Но Чжао Чжэн лишь мягко сказал:

— Глупышка, иди принеси пластырь.

Руань Синьсинь быстро вытерла слёзы и побежала в комнату за аптечкой.

Они сели в гостиной.

Рана от укуса выглядела куда хуже, чем порез ножом — страшная, глубокая. А ведь говорят: «десять пальцев связаны с сердцем». Руань Синьсинь даже представить не могла, насколько это больно.

Слёзы снова потекли по щекам. Дрожащими руками она обработала рану антисептиком и, когда наконец наклеила пластырь, совсем не выдержала:

— Прости меня…

Чжао Чжэн приподнял бровь:

— Что случилось?

— Мне кажется, со мной что-то не так. Как я вообще могла укусить тебя за палец?

Чжао Чжэн чуть повернул голову и показал ей следы зубов на шее:

— А вот ещё тут.

Руань Синьсинь снова опешила. Её глаза распахнулись широко, а слёзы потекли ещё сильнее. Чжао Чжэн с трудом сдержал улыбку и потянулся, чтобы обнять её.

Но Руань Синьсинь тут же оттолкнула его:

— Чжао Чжэн! Нет, Чжао-гэ, я больше так не могу! Ты ведь не понимаешь, каково мне… Я очень боюсь. А вдруг однажды я тебя укушу до смерти?

Чжао Чжэн мягко успокаивал:

— Ты думаешь, я зря проходил службу в армии несколько лет?

Руань Синьсинь посмотрела на него:

— Дело не в этом. Сегодня твой день рождения — мы должны были веселиться, а вместо этого… вместо этого я ничего не могу с собой поделать. Я просто чудовище. Разве ты так не думаешь?

Чжао Чжэн промолчал.

Плечи Руань Синьсинь задрожали.

Тогда Чжао Чжэн неожиданно спросил:

— Синьсинь, ты сегодня не замечала ничего странного? Что-то, чего раньше не было?

Руань Синьсинь замерла. Её заплаканные глаза уставились на него. Она долго вспоминала и, наконец, с трудом выдавила:

— Ты… пахнешь особенно вкусно. Не знаю почему, но сегодня ты пахнешь невероятно соблазнительно.

Чжао Чжэн приподнял бровь.

— Вроде бы три дня назад мы уже контактировали, и такого эффекта быть не должно… Но в машине я чуть не сорвалась… — Руань Синьсинь умолчала самые неловкие подробности. — А потом ты вдруг поцеловал меня — я совсем не была готова.

Чжао Чжэн кивнул:

— Значит, всё целиком и полностью моя вина.

Руань Синьсинь сквозь слёзы возразила:

— Нет, виновата только я.

Чжао Чжэн не знал, смеяться ему или плакать. Убедившись, что эмоции девушки немного стабилизировались, он попытался сесть рядом:

— Думаю, главная проблема в том, что мы до конца не понимаем природу наших тел. Возможно, сегодня мы случайно нарушили какое-то правило. Я обязательно сообщу об этом доктору Дину, и впредь будем осторожнее.

Руань Синьсинь посмотрела на него:

— Правда?

Чжао Чжэн лукаво улыбнулся:

— Конечно. Сейчас речь идёт о моей жизни — разве я сам не хочу жить?

Руань Синьсинь немного успокоилась, но всё равно чувствовала себя виноватой. Она судорожно переплетала пальцы и то и дело косилась на забинтованный палец Чжао Чжэна, но тут же отводила взгляд.

Заметив её движения, Чжао Чжэн сказал:

— Ладно, давай прямо сейчас вызовем доктора Дина. Иначе ты всю ночь будешь рыдать.

Примерно через час Дин Хаоюй в белом халате появился у двери. Зайдя в дом, он сначала осмотрел раны на пальце и шее Чжао Чжэна, затем перевёл взгляд на Руань Синьсинь:

— Это ты укусила?

Руань Синьсинь смущённо кивнула.

Дин Хаоюй не осуждал её за укус — его удивляло другое: как такой здоровенный мужик, как Чжао Чжэн, позволил себя укусить? Скорее всего, сам добровольно предложил кровь.

Про себя он только цокнул языком и велел Руань Синьсинь рассказать всё по порядку. Хотя ей было неловко, она всё же честно поведала всё, что произошло.

Дин Хаоюй задумался:

— Кровь вдруг стала пахнуть особенно аппетитно? А до встречи с ним — не происходило ли чего-то необычного?

Руань Синьсинь покачала головой:

— Только интенсивная тренировка. Сегодня я прошла десять километров марш-броска.

Дин Хаоюй решил, что это несущественно: физическая нагрузка вряд ли могла так обострить обоняние.

Если причина не в Руань Синьсинь, значит, всё дело в другом человеке.

Дин Хаоюй перевёл взгляд на Чжао Чжэна:

— А у тебя? Случилось ли сегодня что-нибудь особенное?

Чжао Чжэн чуть прищурился:

— Мой ежедневный график составляется ассистентом.

— А еда?

— Ничего необычного.

Дин Хаоюй всё равно чувствовал, что здесь что-то не так. Он посмотрел на Руань Синьсинь:

— Синьсинь, у тебя есть кабинет? Мне нужно поговорить с ним наедине.

Чжао Чжэн приподнял бровь. Руань Синьсинь поспешно ответила:

— Есть! Я провожу вас.

Втроём они прошли в кабинет, после чего Руань Синьсинь вежливо вышла, оставив мужчин наедине.

Дин Хаоюй сразу же заговорил:

— Теперь можешь сказать. Обязательно что-то произошло.

Чжао Чжэн опустил глаза и молчал.

— Братец! Сейчас речь может идти о ваших жизнях — о двух жизнях! Неужели ты хочешь, чтобы Синьсинь однажды перекусила тебе горло?

Чжао Чжэн наконец ответил:

— Не драматизируй. На самом деле, я уже кое-что понял.

— Что именно?

Лицо Чжао Чжэна слегка вытянулось. Он чуть отвёл взгляд и произнёс:

— Когда я приехал за ней, увидел, как к ней приставала целая компания парней.

Дин Хаоюй опешил:

— Ты разозлился?.. Из-за этого у тебя участилось кровообращение?

Чжао Чжэн покачал головой и серьёзно сказал:

— Нет. Если говорить профессионально, я просто… ревновал.

Дин Хаоюй не сдержался и фыркнул от смеха.

А тем временем Руань Синьсинь всё ещё переживала в гостиной. Она перебирала в уме все события последних дней, но так и не находила ничего подозрительного в себе.

Значит, проблема в Чжао Чжэне? И он только что отказался говорить об этом… Неужели у него какая-то скрытая болезнь?

От этой мысли её бросило в холодный пот. Если из-за её укуса с ним что-то случится — это будет ужасная вина.

Сердце колотилось, будто муравьи ползали внутри. Руань Синьсинь встала и неуверенно направилась к двери кабинета.

Руань Синьсинь хотела узнать, как обстоят дела, но как раз в этот момент двое мужчин вышли из кабинета.

Она тут же спросила:

— Ну и что?

Дин Хаоюй посмотрел на Чжао Чжэна и ответил:

— По моему предварительному анализу, возможно, ваши эмоции повлияли друг на друга.

Руань Синьсинь растерялась:

— Эмоции?

Дин Хаоюй про себя подумал: «Да, именно ревность», — но вслух сказал лишь, ухмыляясь:

— Конкретные механизмы ещё нужно изучить. Но я уже договорился с Чжао Чжэном: в этом месяце вы будете находиться под режимом изоляционного наблюдения.

Лицо Руань Синьсинь исказилось от ужаса:

— Изоляционное наблюдение? Меня запрут?

Дин Хаоюй поспешил успокоить:

— Нет-нет, не так всё страшно! Просто в течение месяца вы не должны встречаться. В прошлый раз действие его крови длилось десять дней. Я буду регулярно доставлять тебе свежую кровь, так что за здоровье переживать не надо.

Услышав, что им нельзя видеться, Руань Синьсинь сначала опешила, а потом в груди поднялась тяжесть невыразимой тоски. Она посмотрела на Чжао Чжэна — тот стоял бесстрастный, и ей стало ещё грустнее.

Она опустила голову.

Тем временем Дин Хаоюй зевнул:

— Уже поздно, жена дома ждёт, чтобы лечь спать.

Чжао Чжэн бросил на него взгляд. Дин Хаоюй тут же подтолкнул его:

— На что смотришь? Раз договорились об изоляции, пошли скорее. Не задерживайся в доме у девушки.

Чжао Чжэн посмотрел на Руань Синьсинь. Та стояла с опущенной головой. Он тихо спросил:

— Завтра я пришлю водителя за тобой. Во сколько тебе ехать в базу?

До базы два с половиной часа езды, плюс сборы — выходит, выезжать надо в пять утра. Руань Синьсинь уныло ответила:

— Примерно в пять… Но не слишком ли это обременительно для водителя? Я лучше на такси поеду.

Чжао Чжэн улыбнулся:

— Я дам ему завтра выходной.

Настроение у Руань Синьсинь было подавленное. Она тихо кивнула.

Дин Хаоюй не вынес этой атмосферы и поскорее потащил всех к выходу. Он шёл первым, за ним — Чжао Чжэн, а Руань Синьсинь шла следом, не желая отпускать Чжао Чжэна.

Проходя мимо кухни, она вдруг вспомнила:

— Погодите! Мы же не съели торт!

Дин Хаоюй удивился:

— Какой торт? У кого-то день рождения?

Он будто вовсе не знал о празднике, но тут вспомнил:

— Ах да! Сегодня же день рождения Чжао Чжэна! Я ещё видел в соцсетях, как Ци Миньхуай устраивал тебе вечеринку — там одни модели!

Руань Синьсинь: …

Дин Хаоюй заглянул на кухню:

— Ну уж нет, день рождения — это святое! Чжао Чжэн, ты обычно такой холодный, но сегодня я пожертвую собой и помогу тебе задуть свечи.

Он сам вытащил коробку с тортом в гостиную, снял ленту — и перед ними предстал ярко-розовый торт с фигуркой танцующей принцессы.

Дин Хаоюй расхохотался:

— Это ещё что такое?

Руань Синьсинь опешила. Она просила горничную заказать торт, но та, видимо, решила, что у хозяйки детский праздник, и выбрала такой девчачий вариант.

Было бы не так стыдно, если бы Дин Хаоюй не присутствовал. Руань Синьсинь поспешила оправдаться:

— Простите, я не уточнила у горничной оформление торта.

Дин Хаоюй всё ещё смеялся:

— Да ладно, ничего страшного! Очень даже мило. У меня, кстати, дочка трёх лет — ей бы такой точно понравился.

Руань Синьсинь стало ещё неловче. Она робко взглянула на Чжао Чжэна.

Тот посмотрел на Дин Хаоюя:

— Ты не собирался задувать свечи?

Дин Хаоюй тут же уступил место:

— Ладно-ладно, я не справлюсь с такой ответственностью. Синьсинь, скорее ставь свечи!

Руань Синьсинь кивнула, вынула из пакета розовые свечи и воткнула их в торт. Заметив внутри музыкальную шкатулку, она спросила:

— Чжао-гэ, включить «С днём рождения»?

Чжао Чжэн отрицательно покачал головой:

— Без музыки.

Руань Синьсинь тихо кивнула, зажгла свечи зажигалкой и с надеждой посмотрела на Чжао Чжэна:

— Тогда… ты хочешь загадать желание?

Чжао Чжэн молчал.

Рядом Дин Хаоюй воскликнул:

— Ой, да вы что, издеваетесь?! Чжао Чжэн, быстрее загадывай! Пожелай, чтобы в этом году встретить девушку, в следующем жениться, а через год родить двойню — мальчика и девочку!

Чжао Чжэн бросил на него ледяной взгляд:

— А я пожелаю тебе, чтобы в следующем году отношения с твоей свекровью наладились. Как тебе?

Лицо Дин Хаоюя сразу вытянулось, и он замолчал.

Убедившись, что Дин Хаоюй заткнулся, Чжао Чжэн посмотрел на Руань Синьсинь — та смотрела на него с таким ожиданием… Он помедлил, но всё же подошёл к торту.

Закрыв глаза, он быстро загадал желание.

http://bllate.org/book/10467/940780